Глава 34 - Дженни

Дом запрещенных книг, остров Дохлый Кит. Владения пиратов

Я ни с чем вышла от Тара. Злая, расстроенная и с изрядно опустевшими карманами. Но путь на лестницу преградил икающий мерзавец.– Да чего тебе еще надо-то?– Четыре золотых, – криво улыбнулся наглец.– Утопись в бездне, – рявкнула я.Поборщик громко икнул и сказал, продолжая ухмыляться:– Правила Дохлого Кита, малышка. Выход дороже входа. С тебя пять золотых.– Так было же четыре!– Уже шесть.Пират гадко захохотал, а я воспользовалась его расслабленностью – нашептала расстройство живота, обежала согнувшегося в спазме проходимца и толкнула деревянную дверь, что вела на лестницу...Вжих!Разряд грозовой магии вошел в ладони и словно вывернул меня наизнанку. Перед глазами заплясали красные искры, в ушах загудело. Сквозь резкий запах озона и помутившееся от боли сознание я почувствовала чужие руки, шарящие в карманах юбки:– У-у-у, крошка, да тут всего три золотых. Не густо. Что еще ты можешь мне предложить?Грубые руки сжали бедра сильнее. Я всхлипнула, уперлась ладонями в грудь пирата, силясь оттолкнуть. Тщетно. Мужчина приблизил свое лицо и торопливо прошелся влажным языком по контуру моих губ. Я встрепенулась, попыталась отвернуться, но он грубо схватил пальцами волосы, фиксируя, вдохнул в себя мой возмущенный вопль и бесцеремонно смял мои губы своими.Я клацнула зубами со всей силы, тут же ощутив солоноватый привкус крови.– Вот же дрянь! – Мерзавец прижал пальцы к окровавленной губе, а другой рукой замахнулся и...– Леди Блумель, – прозвенело металлом по коридору, и пират тут же отпрянул от меня. – Зайдите, мы не окончили разговор.Тар стоял в дверном проеме, ведущем в библиотеку. Я двинулась в его сторону, мне хотелось бежать, спрятаться за ним, но ноги после контакта с грозовой магией слушались плохо, и походка вышла медленная и шаткая.Сам же он не вышел мне навстречу, лишь покачал головой, продолжая стоять на месте. У меня аж сердце сжалось. Показалось, что вот сейчас, прямо сейчас он закроет дверь, и я вновь останусь в ловушке, наедине с разрядами грозовой магии и разъяренным пиратом. Но Тар дождался, подал руку и буквально втянул меня в библиотеку.– Прошу извинить, что не встретил вас. Мне такое удовольствие, увы, недоступно.– То есть как? – удивилась я, но, заметив тягучую тоску на его лице, принялась рассыпаться в благодарностях.Тар на все это лишь кивнул и указал на кресло с потертыми подлокотниками. На столике рядом стоял пузатый чайник и чайная пара. Из тумбы он достал чашку и для меня. А потом началась магия.Я завороженно следила, как он шепчет заклинание, как краснеет чайник и из него со свистом вырываются тонкие струйки пара. В академии я насмотрелась на магов в действии – завидовала им, чего уж скрывать. А теперь вот и эльф...«Ну почему им всем можно открыто пользоваться силами, быть самими собой, а мне нет? Это так несправедливо!»– Этот чай с особым ингредиентом. – Тар пододвинул мне фарфоровую чашку. – Отвар должен унять эмоции, успокоить.– Корень лариохоры, – очень тихо произнесла я, едва сделав первый глоток.Но Тар услышал и так странно на меня посмотрел, вынуждая съежиться в желании глубже спрятаться в кресле.«Он ведь не понял, что я ведьма? Подумаешь, коренья узнала. Это ведь не тайна? Не тайна же?»– Корень лариохоры – особый ингредиент. Запах очень специфический... – принялась оправдываться я и сделала еще глоток. Руки слегка подрагивали от остаточной слабости после разряда грозовой магией.Вероятно, выглядело это так, будто я хотела одновременно и проявить вежливость, и отгородиться от Тара хрупким фарфором.– Я вас смущаю?– Извините. Нет. Просто... Тот пират... Это был мой первый поцелуй. – Я старательно уводила тему разговора от своей оговорки. – Как же противно! Гадко. Мерзко. Еще раз благодарю, что вмешались.Тар встал у стеллажа с книгами, пробежался пальцами по ребристым корешкам и вздохнул:– Зря вы пришли сюда. Крэйг не любит гостей. Знаете, леди Блумель, сколько желающих обсудить с ним важные, по их мнению, дела? – Тар стал загибать пальцы, перечисляя: – Предложения, проблемы, жалобы, доносы, прошения... Люди отчего-то забывают, что находятся на пиратском острове, и правление здесь нельзя сравнивать с тем, как это устроено во владениях на большой земле. Для него управление островом – докучливая морока, которую он ненавидит. Крэйг не будет разбираться с жалобами, он просто вышвырнет и виноватую, и пострадавшую сторону в Ямы.– Но почему?– Развлечения ради, – пожал он плечами. – Для вашего блага лучше придержать жалобы и прошения при себе. Это хороший совет, дорогая леди Блумель. Прислушайтесь. Я поэтому и усложнил способ попадания на аудиенцию к Крэйгу. Запись исключительно по утрам – как думаете, сколько пиратов проснется с рассветом после вечерних гулянок в тавернах и кабаках? Плата за вход и выход – идея, конечно, не моя, но тоже хорошо отбивает охоту сюда идти. Слишком уж расточительно.– Не то слово, – кивнула я. Вместе с этим движением из пучка выскочила непослушная прядка.– Звезды свидетели, после введения таких порядков поток жалобщиков сократился впятеро. – Тар взял со столика чайник и наполнил мою опустевшую чашку. – Я понимаю ваши причины прийти сюда, леди Блумель. Но вы – молодая, красивая, интересная...Я почувствовала, что зарделись щеки от неожиданного и приятного комплимента. Тар же печально улыбнулся.– Донан – тот, что охраняет коридор – подобрал бы менее благопристойные эпитеты. А Крэйг – он единственный, кто владеет грозовой магией, даже крохи которой представляют силу. Силу и власть, с которой невозможно поспорить. И он мужчина. Понимаете, к чему я клоню?Да, кажется, я начинала понимать. Одно только воспоминание о случившемся в коридоре поцелуе вызывало омерзение. Не дождавшись ответа, Тар продолжил:– Я настоятельно не рекомендую вам искать встречи с Крэйгом, леди Блумель...– Доброго дня, – внезапно раздалось со стороны входа.Я вздрогнула, а Тар посмотрел куда-то за мою спину. Чашка в его руках слегка дрогнула. И я видела, как изменилось его лицо. Нет, внешне оставалось почти таким же, но та печаль, что иногда мимолетно сквозила в его взгляде, снова выбралась наружу. Глубокая, тягучая, болезненная.– Простите, что помешал вашей беседе. – Незнакомец наконец появился в поле зрения и оказался тоже эльфом. Такой же статный, длинноволосый, глаза, правда, не синие, а цвета весенней травы. И смотрел он немного хмуро, исподлобья. Да и по возрасту будто моложе.«Хотя швахх разберет этих эльфов».– Elen sila lumen omentilmo, Tar-Surion Ringa Lome, – произнес неожиданный визитер.– Saesa omentien lle...– Anarendil Ind Taur.– Mankoi naa lle sinome, Anarendil Ind Taur?[9]Я зачарованно переводила взгляд с одного эльфа на другого. Они неторопливо выстраивали красивый диалог, что ласкал слух звонкими переливами весенних ручейков. Каждый их жест был пропитан изяществом и статью.«Породой, сказала бы бабушка Лорен».– Прошу меня извинить, дорогая леди Блумель. – Тар слегка склонил голову.Я снова вздрогнула и громко звякнула фарфоровой чашкой, которую как раз опускала на столешницу.«Выгонит? Швахх! Он меня сейчас выгонит! Нет, нет, нет...»– Мы вернемся к нашей беседе немного позже.«Точно выгонит».– А пока вы можете осмотреться здесь и скоротать время за чаем и книгой. – Тар обвел рукой пространство, заставленное стеллажами, и вновь перешел на эльфийский, переводя внимание на гостя.Едва эльфы скрылись за дверью в глубине библиотеки, я облегченно выдохнула. Первым делом кинулась к окну и отдернула тяжелую портьеру. Надежды не оправдались – прыжок с такой высоты на мощеный тракт, что пролегал как раз под окнами, чреват не только сломанными ногами, но и свернутой шеей. К тому же я заметила редкие красноватые всполохи, пробегающие словно по невидимой паутине, что опутала стекла. Прислушалась к своим ощущениям и сумела уловить легкий шлейф озона.– И здесь грозовая магия!«Это защита от воров или... Ой... Тар же обмолвился, что не мог выйти в коридор мне навстречу. Он что, пленник тут? Швахховы пираты! Да чтоб вам всем неделю из отхожего места не выползать! – ругнулась я, но древнюю магию в слова не вложила – на всех островитян все равно не хватит. – Бедняга. Теперь ясно, отчего он столь печален. Но он ведь сможет мне помочь с грозовой дверью? Так ведь? Конечно, иначе стал бы он на меня тратить чай из лариохоры. Вот только... Это ведь пиратский остров, делается ли здесь хоть что-то за просто так, бесплатно? Попросит ли Тар что-нибудь в обмен на услугу?»Я в раздумьях прошлась вдоль стеллажей, наугад вынула пару книг и, мельком пролистав, вернула на место. Не могла остановить свой выбор на чем-то конкретном. Так дошла до конца книжного зала и обнаружила узкую винтовую лестницу, ведущую вверх. Я осторожно взобралась по крутым скрипучим ступеням.«Тар же сказал, осмотрись, вот я и осматриваюсь».Я надеялась обнаружить запасной выход из библиотеки или неприметный черный ход. Хоть что-то! Но стоило подняться на этаж выше, как к горлу подступил ком, а глаза защипало. Помещение было заставлено высокими стеллажами, как и в нижнем зале. Вот только здесь корешки книг не пестрили цветовой гаммой, а переходили от темно-зеленого к черному и манили бешеной энергетикой. Непокорной, необузданной и... родной. На стене справа висела табличка «Черная магия, ведовство».Казалось, мне даже дышать стало тяжелее.Стройные ряды книжных шкафов тянулись вглубь и манили сокровенными знаниями и тайнами. У меня внутри все перевернулось: прежние цели бесцеремонно вытеснились одним-единственным желанием – изучить каждую страницу в этом зале, прочитать каждое слово в этих темных книгах.– А что, если упросить Тара взять меня своей помощницей? Остаться бы в этой сокровищнице... – размышляла я вслух, вышагивая между стеллажами и бережно касаясь пальцами корешков древних книг. Но тут же себя одернула: – Если так, то придется признаться в том, что я ведьма. А такие, как я, признаны вне закона. Но остров-то пиратский, что, если здесь другие правила? Как бы узнать наверняка? И... Швахх! Лалиса! Придется ее бросить. Нам нужно все как следует обсудить. А вдруг она тоже захочет остаться. Вернее, не она, а он. Дроу. Кста-а-ати...Я вернулась на два прохода назад, где видел указатель «Обряды и ритуалы». Глаза разбегались от обилия старых манускриптов, но вскоре я нашла то, что искала: «Ритуал обмена душ». Пожелтевшие страницы фолианта обветшали и грозили рассыпаться прямо в руках. Я бережно переворачивала листы, с трудом вчитывалась в выцветшие чернила.Чем дальше читала, тем яснее понимала, что я все делала правильно. Жесты, слова, обращения к истокам собственной души, пробуждение рунической вязи на запястьях...– Не понимаю. Выходит, никакой ошибки не было? Но откуда тогда взялся Тэхен? И как так вышло, что второй раз вместо настоящего дроу в это тело попала Лалиса?Уголок ветхой страницы оторвался вместе с окончаниями слов.– Швахх!Я решила аккуратно вложить его в самый конец книги и с удивлением обнаружила на заднем форзаце надпись, сделанную размашистым почерком и дважды подчеркнутую:«Недопустимо проводить ритуал в состоянии алкогольного опьянения объектов обмена».Я мысленно перенеслась в каюту «Хвоста дракона»: пошатывающийся Тэхен, запах хмельных шишек и отчаянная просьба отпустить его. Почувствовала, как отлила кровь от лица, и противный холодок пополз вдоль позвоночника, забираясь глубже, стремясь сковать сердце.– Что же я наделала? – прошептала я. – Тэхен...Дрожащей рукой я сунула книгу обратно на полку и побежала вниз, гонимая вопросами без ответов.«Где же он на самом деле? Что с ним? Жив ли?»

9.   – Звезда сияет в час нашей встречи, Тар-Сурион ХолодныеСумерки.– Рад видеть вас...– Сокджин Душа Леса.– Что привело вас сюда, Сокджин Душа Леса?(пер. с эльфийского)