23 декабря 1987

Дорогой Дневник!

Помнишь ли ты тот вечер, когда Лео, Бобби и я ездили в Лоу Таун за кокой? Помнишь? Я украла кило коки, и тут началось светопрестав- ление, и нам пришлось срочно смываться, потому что все кругом начали палить из своих пушек? Мне только что снился про это сон. Я ведь никогда толком не думала, что Бобби скорей всего убил того парня, в которого стрелял. Он же, правда стрелял в него, и я это видела — и мне было всё равно!Я думаю, что говорила себе тогда: это всё какой-то сон. Но я же знаю, что сама себя обманываю, от начала и до конца. Тогда я позвонила Бобби домой и поговорила с ним об этом деле пару минут. Вначале он держался нормально. Мы старались говорить шепотом, всё время перебивая друг друга, чтобы нас никто не подслушал... И тут он начал плакать. Так мне показалось, хотя полностью я не была уверена. Наверное, он так же лгал сам себе, как и я. Ни он, ни я, по-видимому, не отдавали себе отчёта в том, что мы натворили. Я разговаривала по телефону из своей комнаты, и всё то время, пока Бобби на другом конце провода молчал, не сводила глаз со спинки кровати, где под набалдашником хранились мои запасы. Да, я завязла в коке по горло, но остановиться уже не могу. Кроме занятий с Джонни Хорном и поисков всё новых сексуальных развлечений, кока это единственное, что меня всё это время поддерживало... Хотелось бы мне знать, не означает ли тот сон, что мне суждено попасть в ад? Я и Бобби Бриггс в аду рядом друг с дружкой сидим и нюхаем коку вместе с дьяволом. Знаю, что это не смешно. Конечно же, не смешно. В том сне я видела, как парень, в которого стрелял Бобби, вдруг поднялся, хотя пуля вошла ему прямо в грудь, и говорит: "Смерть дала мне ровно одну мнуту, чтобы предсказать вам ваше будущее". Потом он произнес: "Ты, с пушкой... берегись. Те, кто умирает, как я, запоминают лицо своего убийцы, и смерти оно тоже становится известно. Тогда смерть начинает охотиться за ним. Забирает твоих друзей или кого-нибудь из родителей. Забирает то, что ты позволил ей взять. Ведь убийство — это всё равно что поздороваться за руку со смертью и сказать ей: "Что моё — то твоё". Во сне Бобби поглядел на меня, а потом снова на парня, которого он застрелил. Парень перехватил его взгляд и сказал: "Присматривай получше за своей подружкой. Кое—кто здесь уже держит для неё место". И я проснулась. Я рассказала Бобби о своём сне, а он ответил, что ему надо идти. Не сказал куда, а просто, что пора кончать этот разговор, потому что ему некогда. На Рождество я купила Бобби в подарок пару башмаков. Я знаю, такие ему должны понравиться. Довольно дорогие, но я скопила порядочную сумму — ты не поверишь, но это только за счёт занятий с Джонни. Подспудно я всё время чувствовала, что тратить эти деньги на коку грех. Впрочем всё последнее время мне и не надо было этого делать, потому что Жак и Лео постоянно снабжали меня им, и я не вылезала из кайфа и секса. Мне даже не приходится теперь им больше звонить. Это обычно делает Жак. А если к телефону подходят мама или папа, он говорит им, что это по поводу работы, которой я интересовалась. Всякий раз, когда мама передает мне, что мне звонит... "какой-то джентльмен относительно твоего заявления", я уже знаю, что мне предстоит бурная ночь. Настоящая работа мне действительно нужна. Такое место, куда нужно ходить при параде и чтобы всегда можно было быть немного под кайфом, красивой и получать приличные деньги. Дневник, надеюсь, тот мой сон был просто кошмарным воспоминанием, и если парень из Лоу Тауна мёртв, то он же не обязательно в аду, а где-нибудь в более приятном месте. По крайней мере не мучается от боли. Потому что, боюсь, если это не так, то смерть на самом деле придержит для меня местечко. Вазможно, она сделает это с помощью БОБА. Не хочется об этом думать. Сейчас приму душ и пару раз нюхну. Надо ещё закончить мой подарок к Рождеству для Донны. Я про него рассказывала? Нет, наверно. Просмотрела записии вижу, что нет. Так вот, мне хотелось сделать что-нибудь хорошее для неё, как между настоящими друзьями. Подарить такое, чтобы она перестала думать, что в моей жизни одни лишь неприятности. Вот чем я сейчас занята. Я позвонила доктору Хэйворду, поговорила о том о сём и попросила его незаметно взять джинсовую куртку Донны, когда её не будет дома. Как только её куртка очутилась у меня, я тут же пошла в магазин художественных изделий и накупила там всё что подходило по расцветке и узору — бусы, цветные заплатки и люрекс. Словом, то, что ей так нравится. Все последние вечера я только тем и занята, что нашиваю свои покупки на её куртку, стараясь, чтобы украшения выглядели как можно аккуратнее. Донна сама хотела сделать это и мечтала целую вечность. Надеюсь, мой подарок придётся ей по душе. Мне так хочется, чтобы она перестала беспокоиться на мой счёт. Чем больше беспокоишься, тем беды можно накликать.

Увидимся позже, Дневник.

С любовью, Лора.