И не видали иного век, но

Таких, как он - единицы. Тряхнув волосами, входит в класс ЗОТИ, словно по подиуму. В его глазах хрусталь, глянец и стекло, в пальцах сигарета, в голове ветер. В который раз с нуля, у него хоть и шатко-валко, но обнадеживающе, даже если его партнеру слово «надежда» ни по нутру, ни по натуре.

- Всем встать, секс идет! – вздернув носик, провозгласил Гарри, проходя по классу под взглядами гриффиндорцев и слизеринцев.

- Нет, ну вы только гляньте на эту профурсетку! – пробасили за его спиной. – Как дела, пиздюлина?

- Деньги в банке, семья в достатке, строим империю – всё в порядке, – самодовольно дернул плечиком Гарри.

- Я и не представлял, что ты такой самодрочер, - выгнул бровь Долохов, проходя за учительский стол, пока остальные ученики занимают свободные места.

- Спросил бы у меня – я бы тебе сказал, - улыбнулся Гарри, присаживаясь с Роном и Гермионой.

- Сигарету туши, - кивнул в сторону Антонин.

- Уф-ф, какие мы серьёзные! Ну, давай, давай, за Россию, - ухмыльнулся Поттер и заставил окурок исчезнуть.

Мужчина обвел взглядом класс и негромкие разговоры стихни. Слизеринцы знали его по рассказам отцов, многие видели могучего «русского медведя» лично, но сейчас он внушал ещё больший трепет.  Гриффиндорцы смотрели на нового преподавателя с интересом, недоумевая откуда он знаком с Поттером и поражаясь его фривольному поведению. Некоторые, особо внимательные, вспомнили его на листовках Министерства двухгодичной давности и с настороженностью на лицах вглядывались в лицо Пожирателя Смерти.

- Приветствую, дети. Меня зовут Антонин Геннадьевич Долохов, и я ваш новый преподаватель Защиты от Темных Искусств. Можете называть меня просто «Антонин», я не сторонник излишнего официоза, уважения я добиваюсь другими методами, – не обращая внимания на насмешливое фырканье Избранного, он продолжил, - Начнем с того, что меня категорически не устраивает называние вверенного мне предмета. Итак, я задаю вопрос, вы отвечаете: В чем смысл предмета Защита от Темных Искусств?

Гермиона несмело подняла руку, и Антонин одобрительно кивнул, давая ей слово:

- Предназначение седьмого курса ЗОТИ: обучение защите от вредоносных заклинаний, дабы спасти свою жизнь от покушений на неё террористов и неблагонадежных лиц, преступивших закон, прописанный в Своде Законов Магической Англии. Прежде всего, он направлен на изучение Непростительных Заклятий.

- И что же такого в этих заклятиях «непростительного»? – насмешливо спросил Долохов, переглядываясь с Гарри, что, сложив руки на груди, сидел, помалкивая. – Только по одному, у меня на всех патронов не хватит.

Класс начал переглядываться в замешательстве. Казалось бы, простой вопрос выбил их из равновесия, и они замерли, не понимая, как объяснить этому ненормальному учителю элементарную вещь, которую знает каждый первоклашка.

- Что за глупый вопрос? С их помощью над другим человеком совершают насильственные действия, нет?  - приподняв брови, спросил Симус Финниган.

- Вот! Это и есть последствия многовекового забивания в детские головы тупых, ненужных постулатов, с целью их отупения! – разведя руками, улыбнулся Антонин, - Да будет вам известно, что не заклинание определяет волшебника, как вам это говорили из года в год, а волшебник - заклинание. Например, заклятие «Круциатус» было разработано колдомедиками для лечения нервно-паралитических заболеваний. Всем известное «Империус» всего лишь средство для самообслуживания психически-тяжелых пациентов, а «Авада Кедавра» наиболее гуманный из вариантов эвтаназии.

- Но как же это! – вскричал с места Кормак Маклагген, - Вы хотите сказать, что Смертельное Заклятие запретили зря? Что Защита ненужный предмет? И какой же, по Вашему, мы должны изучать на его месте?

- Думаю, «Углубленный Курс Темных Искусств» звучало бы куда лучше. Вы должны знать с чем можете столкнуться, должны понимать как вам от этого защититься, и что может грозить вашему противнику при применении вами тех или иных практик. Вы должны знать, что вам будет грозить при причинении вреда другому волшебнику, чем могут грозить вам и окружающим те или иные ритуалы, примененные вами заклинания или зелья.

- Это же просто чушь! Вы предлагаете узаконить Непростительные? – не выдержав, соскочил со своего места Невилл Лонгботтом, покраснев от негодования.

- Я предлагаю рассматривать судом каждый случай отдельно, а не грести всё под одну гребенку, - отрубил Долохов, с видом «за Русь усрусь», - Я прямо сейчас могу вскипятить твою кровь безобидным, а главное, разрешенным заклинанием, которым обычно волшебники заваривают чай. Ослепить усиленным Люмосом. Удалить из твоего тела половину органов обычным «Эванеско» или содрать твою кожу парой слов, которыми волшебники выворачивают и складывают одежду. Главное, это намерение, мальчик, понимаешь?

- Я не понимаю, почему мы Вас слушаем, «профессор»! – выплюнул последнее слово гриффиндорец, под удивленными взглядами остальных, - Такие, как вы, должны сидеть в Азкабане, а не преподавать в школе! Чему вы можете научить студентов? Вы Пожиратель Смерти!

- А я и не скрываю, - хохотнул Антонин, уперев руки в бока, - Что же в этом плохого?

- Вы со своим предводителем - террористы, пытаетесь захватить власть Министерства и творить аморальщину, геноцид и беззаконие… - распалялся Невилл.

- Это называется революция, перемена курса политического ориентирования и смена внутреннего режима, мальчик! – перебил его профессор, снисходительно улыбаясь. – Присядь, пожалуйста. Насчет аморальщины и тому подобного мы ещё поговорим, задержись после урока, а на счет того, чему бы я вас мог научить…

Он повернулся к Гарри, с хитрым видом наблюдавшего за жаркой полемикой и жестом пригласил выйти к нему на возвышение:

- Не подсобишь? Или тебе за выступление доплачивать нужно, звездень?

- Ну, почему же? Мы ебем бесплатно, - мурлыкнул Гарри, одним плавным движением поднимаясь со стула.

- Всем рассредоточиться вдоль стен класса, - скомандовал Долохов, - У этого студента немного протекает башка, поэтому я советую вам выставить щиты, дабы не пораниться в случае чего.

Он засучил рукава рубашки, без стеснения открывая чужим взорам Черную Метку на предплечье и, взмахом палочки, разогнал мебель по углам.

- Страховка-то есть, а, Тох? – сверкнул зубами Гарри, вставая в стойку. – Может, сдашься пока не поздно?

- Уже лечу, плача от восторга! Спасибо-то, ебать, какое, что пощадил! – пробасил Тоха и, поклонился. – Ну, щас посмотрим, чему ты научился, красивый мальчик. Expelliarmus!

- Перун бы тобой гордился! А чего не Rictusempra? – захохотал Гарри, легко отбивая красный луч. – Aguamenti Maxima!

На Долохова с оглушительной скоростью понеслась огромная волна воды, но тот испарил ее и ответил ярко-желтым лучом невербального заклинания.

- Опаньки! Да мы никак по-взрослому играть начали, наконец? – вскинул брови Гарри, разбив заклятие трансфигурированной преградой. – Flagrum! – метнул он модифицированное пыточное.

- Чувствуется почерк Мастера! – улыбаясь, кивнул Долохов.

- Ну да, мы недавно занялись углубленным изучением самых разных… - парень отбил заклятие слепоты, - дисциплин. Telum Palatum!

- Эва как, заинька! Шутки кончились, что ли? – притворно изумился Долохов, увернувшись от направленного потока электрических разрядов высокого напряжения. – Ignis Sjpitur!

Черную водолазку чуть зацепило, и она осыпалась пеплом, павшая жертвой «Чуть Тлеющего Огня». Взору учеников, что тут же зашептались, и Долохова открылась израненная стеклом спина парня и многочисленные синяки на его плечах и запястьях.

- Ну и что это? – недовольно поинтересовался Антонин, отбивая Заклятие Окаменения.

- Следы любви, блять! – рявкнул Гарри, - Вас ебать не должны.

Он подскочил к учительскому столу и, схватив тяжелую пепельницу, метнул ее в Долохова, одновременно с этим пуская связку из Incarcerous и Silencio.

Долохов отбил заклятия и поймал летящую ему в голову пепельницу и дал знак Гарри о прекращении дуэли.

Поттер трансфигурировал себе футболку и, сунув палочку в карман, натянул её на себя, недовольно зыркнув на перешептывающихся учеников.

- Спасибо, принцесса. Примерно так должна выглядеть зачетная дуэль на вашем выпускном экзамене. Все свободны, домашнего задания я не задаю. Гарри, вечером зайдешь, потолкуем с тобой кое-о-чем. Невилл, останься.

- А хули нам пиздатым бабам, - махнул на него рукой Гарри, сбегая с возвышения.

В сопровождении Рона и Гермионы, всё ещё находящихся под впечатлением, он вышел из кабинета, оставляя ошарашенных одногруппников позади.