Подарки будущему мужу

Чан сел на кровать и скрестил ноги.

Чан: И?

Тут-то Бин и заметил, что этот долбоёб всё ещё не надёл футболку. Бин мгновенно стал красным как рак и резко закрыл глаза руками.

Бин: Дебил, надень ты, блядь, футболку! Там в шкафу мои валяются, возьми любую!

Чан: Я же вижу, что тебе нравится. Вот, решил сделать, так скажем, подарок будущему мужу.

Бин: Иди нахуй!

Чан: Не ори ты так.

Бин: Тут везде звукоизоляция, так что я буду орать! Извращенец!

Бин резко развернулся, открыл дверь и пулей вышел в коридор.

Бин шёл по коридору, сердито топая ногами и мысленно проклиная Бан Чана, его идеальный пресс и дурацкие шуточки про «подарки будущему мужу». Лицо Со всё ещё горело от смущения, а в ушах до сих пор эхом отзывался хриплый утренний смех этого белобрысого узурпатора.

Бин: Извращенец несчастный... Наглый, самоуверенный дед! — бубнил он под нос, сворачивая к лестнице. — «Там кровать будет одна»... Мечтай больше!

Ему срочно нужно было выпить ледяного кофе, чтобы охладить свой пыл. Но стоило Бину дойти до поворота, как дверь одной из комнат со скрипом приоткрылась. Бин обернулся и увидел Минхо. Тот выходил из спани, где всю ночь спал в гордом одиночестве. Выглядел операционный директор B-CORE Industries как всегда безупречно: ни одной складки на одежде, идеальная причёска, а в глазах — привычный холодный расчёт.

Хо: О, малявка проснулась. Чего топаешь, как слон? На тебе лица нет. Кто-то помял твои драгоценные кубики пресса?

Бин: Я не малявка! И вообще, Минхо, почему твой старший брат считает, что ему всё позволено?! Он мало того, что мои штаны нацепил, так ещё и футболку надевать отказывается! Извращенец! — Бин взорвался, даже не подумав, что выдаёт Минхо подробности их утренней стычки.

Минхо лишь тихо, низко рассмеялся, хитро сощурив глаза и став похожим на чеширского кота.

Хо: А, Чан-хён... Ну, привыкай, вице-президент Со. Наш лидер если видит то, что ему нравится, из рук уже не выпустит. Кстати, мой будущий «бельчонок» ещё спит?

Бин: Джисон-то? Спит, конечно. Он с Феликсом в комнате. Их обоих сейчас и танком не разбудишь, сони несчастные.

Хо: Отлично. Пойду сварю ледяной американо. Нужно задобрить моего будущего мужа, когда он проснётся, — хмыкнул Минхо и ленивой, уверенной походкой направился вниз на кухню.

Бин проводил его взглядом, качая head. Но не успел он сделать и шага к лестнице, как из соседней гостевой комнаты, зевая во весь рот и потирая затылок, выполз Хёнджин. Он выглядел жутко помятым, а его чёрно-жёлтые волосы торчали во все стороны. Хён уставился на Чанбина сонным взглядом.

Хён: Бин-хён... Доброе утро. Слушай, а где мой сожитель? Я посреди ночи проснулся от какого-то грохота, а Сынмина в комнате нет. Его подушки тоже нет. Он что, сбежал от меня? Неужели я так сильно храплю?

Бин прикусил язык, чтобы не заржать в голос. Перед глазами у него моментально всплыла картина, которую он видел пять минут назад: тихий Сынмин, который мёртвой хваткой обнимает Чонина под одним одеялом.

Бин: Э-э... Хёнджин, твой Сынмин не сбежал. Он... скажем так, нашёл себе компанию поуютнее на эту ночь. Пойдём на кухню, там Минхо кофе варит, я тебе всё расскажу. Тебе понадобятся силы, чтобы это переварить.

Хёнджин удивлённо приподнял бровь, но спорить не стал и поплёлся следом за старшим Со вниз по лестнице. Дом семьи Со постепенно оживал, хотя Джисон, Феликс, Чонин и Сынмин всё ещё крепко спали в своих комнатах, даже не подозревая, какие кухонные разборки их ждут, когда они откроют глаза...