Пролог

17 мая 2021, Анапа

В наушниках на полной громкости играла «death bed". Обычный почти летний вечер, полупустой автобус, монотонно покачивающийся на кочках. Я просто ехала на ночевку к подруге, лениво уставившись в окно и держа на коленях спортивную сумку со смешным брелоком. Однако секундная, ослепительная вспышка за окном и автобус резко, со странным скрипом заносит. Земля уходит из под ног, я лечу и падаю плашмя на... траву?

Что за бред? Вместо ожидаемого грязного пола автобуса и чужих ног, под моими ладонями оказываются сырые листья и влажная земля. Но осознать я этого не успеваю, как и понять как я здесь очутилась. В ту же секунду через мое тело будто пропускают мощнейший высоковольтный ток, меня скручивает от судорог, а воздух вокруг становится таким плотным, как будто я нахожусь глубоко в толще воды. Меня саму с такой силой давит к земле, что в голове лишь останется мысль: «Черт, на меня кит чтоли приземлился?!»

Легкие начинают невыносимо гореть изнутри от чего-то странного в атмосфере. Голова кружится и, кажется, будто весь мир пытается войти мне под кожу, не в силах даже закричать от этой внезапной агонии, я наконец проваливаюсь в спасительную глухую темноту.

«Кир, ты где? Я уже пирог поставила», - мысленно услышала я голос Миры. Голос, который звучал так часто в последние месяцы..

***

- Приезжай, серьезно. Мы не виделись пол года, ты превратилась в отшельника? - голос Миры в трубке был бодрым - у меня нашлись бенгальские огни и на крыше мы сейчас ставим бассейн, давай устроим ночевкуу

Я сидела на кухне своей квартиры и смотрела на пустую кружку. Рядом лежал мой толстый скетчбук, почти пустой, а последний рисунок был не законченный, совсем не в моем стиле ведь это и не я рисовала.

- Ладно, - выдохнула я. - Приеду. Но если включишь новости, я уйду.

Мира вздохнула на том конце провода. Мы обе знали о чем я говорю. За окном был город, запертый на карантин. Маски, ленты в супермаркетах, бесконечная статистика. Лицо Тани всплывало в голове каждый раз, когда я видела цифры там.

- Договорились, - тихо сказала Мира. - Без новостей. Только мы, пирог иии.. -обратно вернула она себе настрой, - летний вайб заранее! Тебе надо загореть хоть чуть-чуть, вампирюга.

- Эй! Это только ты так считаешь, так как живешь в ебаной Анапе блять, - и мы в унисон рассмеялись

- Ойй, столица холода высказалась, - в парадийном тоне «блин, я такая тупая, класс»  она ответила. - как там в Якутске? Через сколько дней как думаешь сможешь прилететь и остановишься в той квартире? Давай назначим дату..

***

Больничная стерильность. Таня. Ее голос по видеосвязи, хриплый, как наждак.

- Не реви, дура. Я просто посплю, ладно? - улыбалась она из под кислородной маски, а я сжимала телефон так, что белели костяшки. Это был март 2020. Нас не пускали в больницу. Вокруг был карантин. Мира рыдала в соседней комнате, да и я не далеко ушла, еле сдерживала слезы, шептала в трубку «Ты сильная, ты выкарабкаешься, ты ... ты мне еще рисунок докончить должна, помнишь?»

Таня смеялась сквозь кашель: «может сама докончишь?»

-... Ни за что в жизни.

Она не проснулась через три дня. Врачи развели руками: «легкие не справились, к сожалению новый вирус очень агрессивный». Мира кричала в трубку, требовала пустить, угрожала, умоляла. Но мы так и не увидели ее живой. Мы прощались по видео. Таня лежала в пустой палате, а вокруг нее никого не было. Она умерла одна. Без нас.

Я ненавидела этот мир за то, что он позволил ей умереть так глупо, в одиночестве, без прощания.

С тех пор я рисовала и рисовала, всю свою боль запечатлела на картинах, возможно у меня даже поднялся скилл от этого? Не смешно. Я уничтожила все свои работы и скетчбуки, рисовала на всех поверхностях разными материалами, а потом стирала с лица земли. Не тронутым остался лишь тот толстый скетчбук где Таня не дорисовала рисунок. Скетчбук был большим и пустым, а разрисованных страниц меньше десяти.

***

- Кир, - голос Киры вырвал меня из воспоминаний. По экрану текли слезы, но она старалась улыбаться. - Я так по тебе скучаю. Приезжай быстрее, ладно? Годовщина. Я не хочу одна.

- Приеду. - ответила я и повесила трубку.

***

18 марта 1999, лес на юге континента Йорбиан