Глава 30. Соглашение

Я собрался дорого продать свою жизнь. Мои чувства обострились до предела, и я явственно ощущал дыхание восьмерых нападавших. У одного была одышка, у другого сердечная недостаточность, третий был пьян... Да они все пьяны, дошло до меня. Я нервно засмеялся. Нападавшие отступили на шаг, будто видели некое опасное животное. Я не сразу сообразил, что нахожусь в полной боевой вампирской форме, и вряд ли мог оценить собственный вид, и судя по всему, недопожиратели боялись меня не меньше своего господина. Эх, дорогая Пожирательская шайка, не дожить вам до возрождения Волдеморта, я обещаю. Если и придётся Волдеморту сражаться против Гарри, то в одиночку. Не договориться о союзе с вампирами, дементорами, великанами. Не терроризировать Министерство. Кстати, насчёт Министерства... Я так неожиданно задумался, что лишь спустя долгую минуту сообразил, они не собираются наносить удар. Пожиратели выжидали. Чего же?Наконец я услышал хлопок аппарации, и сразу же произошло несколько вещей.— Да бейте же! — взвизгнул женский голос, единственный изо всей шайки. Затем один Пожиратель обнажил меч, и тут же появился из вихря аппарации Люциус Малфой. Ещё один, первый, обратившийся ко мне с вопросом, так засмеялся, что у меня самого мурашки по коже прошлись. Я вдруг догадался, кто это. Барти Крауч, безумец, пребывавший десяток лет под Империусом. Возможно ли его вылечить?— Как зародыш твоего господина поживает? — бросил я ему в лицо, так как он стоял ко мне ближе всех. — Уродлив, не так ли?— Что ты понимаешь? — вскричал Крауч. — Он силён и вернёт свое могущество!— За счёт Гарри Поттера или Невилла Лонгботтома? Почему они оба со шрамом? — спросил я, так как меня самого интересовал этот вопрос.— Не знаю насчёт малыша Невилла, но мы с Басти знатно повеселились над Фрэнком, — глумливо усмехнулась тварь по имени Барти Крауч. — Круцио!Мои симпатии к неудачливому затворнику мигом испарились. Я же на сверхскорости скользнул в сторону, избегая луча заклятия.— Крауч, прекрати!Одним взмахом руки Малфой добился перемены в своем окружении. Выпившие подбодрились и немного протрезвели. Но бой их не радовал, и я понял почему. В то время, как я усиленно тренировался, ожидая худших времён, Пожиратели расслабились от сытой жизни и, как ни смешно, поправились. Одышка, сердце и подагра были не единственными их проблемами. Они перестали бояться. Сейчас же они ждали... Чего?— Вы хотите договориться, — сказал я. — О чем же?— Мы хотим, чтоб ты выступил на нашей стороне, — ответил за всех Малфой. — Мы наслышаны о твоём отряде из весьма вышколенных вампиров. В нём правда состоит тысяча вампиров?— Слухи весьма преувеличены, — усмехнулся я, но расслабляться было рано. — Но я не хочу присоединяться к вам.— Убейте его! — воскликнул всё тот же раздражающий женский голос.— Могу предложить ответную услугу. Вы присоединитесь ко мне.Мысль была невероятной, немыслимой, но имела право на существование.— Я помогу избавиться от Тёмной метки, — с вдохновением ответил я, — я, мы, — исправился я, — победим демоническую сущность Волдеморта и будем тихо и спокойно править страной.— Ты лжешь!Эта женщина стала меня раздражать, и я кинул заклятие огненной плети. На мгновение переулок озарило светом, а женщина вскрикнула.— Ты же маггл, как можешь колдовать?! — вскричал Барти.Малфой молчал. Мои чувства всё ещё были обострены, и я ощутил его решимость, раздражение и внезапное облегчение.— Подумайте над моим предложением, — коротко сказал я и взмахнул мантией. Мантия свернулась вокруг меня, я уменьшился и в облике летучей мыши умчался прочь и вверх. Подальше от проклятых людей и проклятого места.Надо было передохнуть и переварить свалившиеся события. Слишком много событий свалилось на меня. И я с удивлением отметил рассвет, озарявший собственную спальню. Элоис сладко спал. На столе стоял ужин со свечами.Я знатно проголодался, и запечённая курочка была весьма кстати. Несколько десятков минут я наслаждался ранним завтраком, пусть холодным и застывшим. Под крышкой стоял торт с клубникой и сливками. Я промычал от удовольствия. Жить можно!Из кровати раздалось угуканье и сопенье.— С прошедшим днём рождения, чудо мое! — пробормотал Элоис.На минуту я застыл. Вот оно что! Мне не дано помнить знаменательные даты, зато легко мог дарить запоминающиеся подарки.Спать не хотелось, благодарю переизбыток эмоций, которые пережил в последнее время. Бодрствование, к тому же частое, меня погубит, — я заказал домовику крепкий и сладкий кофе. Но ничего, я собирался к ночи хорошо отдохнуть и устроить бедняге-мужу полноценный отдых. Давненько мы не отдыхали вдвоём.Стоило подлезть под теплого спящего вампира, как тот проснулся окончательно и полез целоваться. Я не возражал и, засмеявшись, опрокинул его на спину.— Ты сладкий, — вдруг совершенно ясным, абсолютно чётким тоном произнёс Элоис и спустился вниз.Чёрт возьми! Это было великолепно! Пусть и неожиданно. Я уверовал, что я и есть самый восхитительный сладкий рожок с мороженым, с таким упоением меня вылизывали.Но не до конца. Элоис сжал мошонку чуть сильнее, чем нужно, и лёгкая боль пересилила удовольствие. Теперь я мог адекватно реагировать на близость, и не накидываться с наскоку на спящего супруга.Наша близость из игривого состояния перешла на вдумчивое, и мы со всем вниманием и осторожностью ласкали давно изведанные эрогенные места. Шея, местечко за ухом, ключицы, соски, впадина пупка. И вот уже Элоис насаживался на мои пальцы.— Каждый раз как первый, — прошептал он, зажмуриваясь от удовольствия.— Врунишка, — ответил я, и чтобы не смел возражать, набросился на его губы.Долго терпеть я был не намерен, и мой член проник в узкую горячую глубину. Меня хотели и ждали. Элоис призывно качнул бедрами, и я начал неторопливо двигаться.В глазах Элоиса горел вампирский огонь, который заставлял пламенеть меня раньше времени. Я сорвался в бездну с криком, который ещё долго отзывался в собственных ушах.— Ты как? — спросил я спустя вечность.Элоис поцеловал меня в кончик носа.— Отлично. Кажется, только в далёкой юности я кончал так ярко, как сегодня.— Врунишка, — повторил я с улыбкой.Меня неудержимо клонило в сон. Ночные похождения, сытный завтрак и супружеское поздравление сделали свою тёмное дело. Я уснул.Меня сквозь сон снова поцеловали, укрыли одеялом, и до вечера оставили в покое.После сна настроение было превосходным. Хотелось петь и хорошенько взбодриться. Пробежка была весьма кстати. Я никак не мог выбрать, стоило ли мне бегать в тренажёрном зале или пробежаться к реке. Лишь желание смыть усталость после всей этой суеты и беготни преодолело сомнения в правильности выбора.Воздух был свежим, закат золотисто-розовым, а вода приятно теплой. Я плескался и нырял, пока на небе не появились первые звёзды.Желая отогнать непрошеных мысли о Пожирателях, я думал только о хорошем. О детях, Элоисе и даже о Эйлин. Мне показалось, что у неё кто-то есть. Лёгкий, еле слышимый аромат на грани чувствительности. Наконец-то!Ужин закончился на бодрой ноте. Я поспешил за супругом в его кабинет. Надо было поговорить.— Пожиратели смерти хотят заключить с нами договор, — начал я.— О чём? — быстро спросил Элоис.Слишком быстро, чтобы не выдать заинтересованности. Я уже лучше мог читать супруга и знал о нем больше, чем кто-либо. Может, я не подозревал о его бывших любовниках и пассиях, но мне это было неинтересно. С некоторой неохотой мне была выдана отредактированная версия кодекса рода Принцев, и я с удивлением и некоторым скептицизмом погрузился в тайны рода. Так что я много узнал о своём ветреном муже и неожиданно утихшем либидо, сконцентрированным на одном вампире. То есть на мне. Это было приятно и странно. Честно, странно. И я ещё несколько недель переваривал новость, что несмотря на разногласия, споры и ссоры, Элоис сохранял верность. Мне.Что-то размышления привели не туда, и я продолжил свою мысль.— Я им предложил перейти на мою сторону, а Волдеморт пусть идёт на хрен!— Так уж?— Нет, конечно! — засмеялся я. — Вряд ли я смогу помешать ритуалу возрождения, но вот затем...— Затем он сможет диктовать собственные условия, — добавил Элоис.— Но мы же вместе? — спросил я неожиданно тихо.Мне показалось, что спасение волшебников лежит на мне, маггле, который не достоин даже ботинки лизать им, всемогущим. И от этой мысли стало ещё горше. Кому я нужен?Неожиданно меня обняли, крепко и горячо. И прошептали голосом Элоиса Принца:— Ты нужен детям, семье, роду Принцев. Особенно мне. Как ты думаешь, сколько лет мы проведём вместе, когда умрёт Эйлин, Северус или Ремус с Гарри?Я со злостью отпихнул Элоиса с коленей.— Никто не умрёт, слышишь? Я не позволю!Многозначительное молчание длилось и длилось, пока я вновь не притянул Элоиса к себе.— Никто не умрёт. Всё будет хорошо.— Все будет просто замечательно, — отозвался супруг.Я не позволил себе долго рефлексировать и мы пошли в кино на всю ночь. Смотреть Джеймса Бонда. Что чрезвычайно меня взбодрило. Я перестал ныть и жаловаться. Стальной клинок я держал ещё крепче, а разучивание заклинаний и движений палочкой были естественным процессом в течение дня.Я ни на день не прекращал свои тренировки. Я требовал от себя все возможные ресурсы. В той же мере требовал от других.И совершенно не был готов к тому, что четвёртый год учёбы Гарри закончится так быстро.