Глава 20. Парные танцы

Первым делом я сбрил бороду, мой эльф помог с мытьём, потому что ноги едва держали, надел теплую ночную рубашку, так как трясло от перенапряжения, и лёг спать. Беспробудно проспал три дня, вставая только при необходимости.Десятого сентября я выполз из постели, отчаянно зевая. В гардеробе меня ожидали выходные костюмы к завтраку, на праздничный ужин, на выход в свет и несколько мантий.— Совсем другое дело, — проворчал я.На приготовления ушло довольно много времени, и я едва поспевал к концу приёма пищи. Сел на конец стола. Эйлин ощутимо вздрогнула, когда я взглянул на неё. Видимо, глаза и вправду внушают ужас.— Возьми, Тобиас, — сказал Элоис, и ко мне приплыли по воздуху магловские солнцезащитные очки.Какая приятная предусмотрительность! Я нацепил их себе на нос и теперь взирал на всех со скрытым превосходством.— Завтрак.Передо мной появился торт. Да не простой, а печеночный, с жареным лучком, нежным суфле из паштета и с драконьей кровью. Вкусно!— Это не Запретный лес, — глубокомысленно заметил я, откусывая кусочек.— Это точно, — согласился мой супруг.— Передавайте мою благодарность Бенджамину. Торт великолепный.Мои невинные слова вызвали бурю негодования у домочадцев.— Что ты знаешь об эльфах?! — вскипел Эдуард. — Тебя не было здесь десять лет!— Мы уже забыли, как ты выглядишь, — добавила Элизабет.— Да кто ты такой?! — вскипел Энтони. — Откуда ты знаешь имена наших эльфов? Ты их даже не способен увидеть!Это удар ниже пояса. Я холодно улыбнулся.— Зато я всё знаю о вас. Энтони, например, по пятницам ходит в бордель и снимает мальчиков. Эйлин втихаря курит ментоловые сигареты, думая, что избавится от скуки. Эйлин, заведи себе поклонника. Эдуарду эльфийка Дженни сменила шампунь, и она ещё не знает о аллергии на пыльцу первоцвета в составе. Элизабет страдает от грибка и никак не избавится. Смени мазь, пожалуйста.Тут поднялся гвалт. Энтони тряс от возмущения вилкой, и бекон разлетелся во все стороны, Эйлин покраснела, хотя в ее возрасте курение не стыдно, как и наличие любовника, Эдуард побагровел, и я стал опасаться, что его хватит удар, а Элизабет стала быстро тараторить, думая, что я разберу алхимический рецепт на слух, совершенно не разбираясь в Зельеварении.Элоис легко хлопнул ладонью по столу и встал. Все мгновенно замолчали, возмущённо сопя во все дыры, будто огнедышащие драконы.— Благодарю за завтрак. Всем доброго дня!И только на выходе из столовой он остановился и сказал:— Я тоже об этом знаю. Давно. По запаху. Энтони, мальчики, серьёзно? Приятного аппетита, Джон!Галдящая толпа Принцев вылетела в коридор, а я продолжил уминать свой торт.— Это ещё что? — услышал я голос Элизабет.— Молоко единорога, госпожа, — раздался голос эльфа Чуи, тащившего бутылку из кухни в столовую пешком, а не появляясь, как чёртик из табакерки, опасаясь за сохранность содержимого.— Оно стоит уйму денег, и этот... плебей его просто выхлебает?!— Этот плебей заработал пятьсот тысяч галлеонов за десять лет, Бетти, и ещё... Он — мой супруг! Прошу любить и жаловать. Счастливого дня, дорогие мои родственники!День обещает быть прекрасным, и он стал ещё прекраснее, когда я увидел, что эльфы в спальню притащили письменный стол и устроили уголок типа кабинета. На столе лежали документы на мое полное имя с добавлением фамилии супруга Принц на открытие сейфа в Гринготтсе и вклад на сумму пятьсот тысяч галлеонов. Кроме того, лежал увесистый мешочек с золотыми галлеонами и бумажник с магловскими деньгами с запиской «Приятно проведи время, дорогой мой супруг».— Ну что же, Элоис, ты побывал в моей шкуре, теперь нужно научиться танцевать не только по отдельности, но и в паре, — пробормотал я еле слышно.Для начала я отправился в кино и с удовольствием просмотрел «Семейку Аддамс». При этом я вспоминал хитрые-хитрые глазенки Гарри, когда он выпрашивал вампирскую кровь. Но я поил своей кровью не просто так, а чтобы уничтожить дурную Поттеровскую кровь без наследия и проклятий, мешать поискам Гарри на кровавых обрядах, если кровь мальчика где-то и хранилась, а также выполнял просьбу души Гарри, когда я его встретил вместе со смертью. В результате Гарри имел совершенно колдовской взгляд, мощный ментальный блок и симпатичные вампирские клычки. Что он ещё приобрёл, выпивая по капле крови на протяжении многих лет, я даже не мог представить.Смешная девчонка Венсди напомнила о Луне, о том как Гарри ухаживал за ней, совершенно не робея и по-рыцарски достойно. Посиделки с Ксено, с которым я полюбил играть в шахматы, хотя не очень понимал эту игру, предпочитая более простую в шашки, я тоже вспоминал с ностальгией.Я вспомнил о ещё некоторых вещах и заказал линзы разных оттенков, чтобы пугать домочадцев и развлекать Гарри, как только его увижу. Пообещал письма писать, потому что мог представить выходки взрослых и малых своих сыновей в Хогвартсе. Запланировал навестить Петунью, которая так и не вышла замуж. Надо бы поболтать с Нарциссой, чтобы подготовить почву для изъятия крестражей. Кстати, вспомнил обряд по извлечению крестража из Гарри, как он, совсем ещё маленький, трёх лет от роду, кричал, избавившись от огрызка души Волдеморта.В общем, день незаметно подходил к концу, как ноги сами привели в парк, где бегали спортсмены. Мне вдруг пришла безумная мысль, настолько дикая, что только немедленное её исполнение могло быть удачным. Если бы я раздумывал, то дело затянулось надолго.В общем, я ограбил... нет, не банк, а тренажерный зал, точнее его содержимое. Перетаскивал железки мой личный эльф, которого нисколько не смутило моё распоряжение. Я честно оставил деньги, но всё равно, думаю, репутации клуба был нанесён непоправимый урон.На ужин я явился с небольшой сумкой на плече, в джинсах, кроссовках и ковбойской рубашке. Энтони скривился, будто съел лимон. Я подошёл к Элоису и, наклонившись, чмокнул в щеку:— Добрый вечер, дорогой.— Хорошо погулял?— Замечательно!Пока Принцы ужинали, болтали и веселились, я ел рыбу, уткнувшись в ворох магловских газет. Энтони не выдержал:— Обязательно читать газеты вечером? Мы тут общаемся и веселимся, а ты тут...— Договаривай, внук, — жёстко произнёс Элоис.Энтони прорычал:— Читаешь газеты!— Утром читать вредно, — спокойно ответил я, не отрываясь от газеты. — Очень вредно для пищеварения и общего настроения за день. Снижает мозговую активность и способствует появлению нежелательных мыслей в конце дня.Энтони прошипел от негодования за толстый намёк, как он проводит ночи.— Вот и отлично! — сложил салфетку Элоис и отодвигая от себя тарелку. — Значит, будем читать газеты вечером, — и вышел, напевая какую-то песенку.Все Принцы встали, потому что это был знак закончить с трапезой. В отличие от меня. И я сидел допоздна в столовой, потому что до сих пор библиотека Принцев мне не была доступна.В ближайшие выходные навестил Петунью в Литтл-Уингине (да-да, именно там). Она так и не изменила своему вампирскому-готскому стилю и выглядела как Мортиша из семейки Аддамс. Мы посидели в кафе, пили кофе и ели мороженое, пока Петунья рассказывала появление моих сыновей возле своего дома.— Гарри — такой очаровательный мальчик. Просто прелесть! Северус — красавчик! А мускулы у Ремуса — это нечто! Но ты, па, выглядишь круче их всех. Глаза — жидкий огонь, клыки, черные волосы в хвост, очки, выдающийся нос, и тебе только не хватает мантии, чтобы выглядеть, как граф Дракула.— Весьма польщён, — улыбнулся я.Петунья в ответ тоже, демонстрируя вставной вампирский оскал. Официантка даже испугалась.— Это муляж, — успокоил я её.После встречи я хотел дать ей денег.— Нет-нет, па, свою ипотеку я выплачу сама. Ты лучше пришли подарок, какой-нибудь запоминающийся. Чтоб и красиво было, и полезно.— Я подумаю, — серьезно ответил я, и мы тепло попрощались.Я крепко спал, когда Элоис пришёл ко мне в постель. Инстинктивно я укрыл нас одеялом, потому что он был холоднее меня. Но всё же я проснулся, потому что такое родное тело сложно было игнорировать. Я первым поцеловал его, воруя воздух и уничтожая желание дышать. Он же не торопился, и прикасался ко мне как-то робко, несмело поглаживая плечи. Я прижал Элоиса к себе ещё крепче и стал срывать многочисленную одежду.— Почему не разделся? — спросил я между поцелуями.— Не знал, что ты не выгонишь.Боже, какой он был узкий. Он был в своей любимой позе наездника, но было видно, что ему очень больно, несмотря на подготовку.Каждое движение и прикосновение — как открытие, как признание, как взрыв Сверхновой. Мне хотелось схватить Элоиса в охапку, зацеловать до полусмерти и хорошенько оттрахать его, всадив по самые яйца. Но нельзя. Хорошо, что наконец-то он признал, что у нас равноценные отношения.— Хочу тебя ещё больше, — простонал он.Я рыкнул, перевернул нас и дал себе волю. Элоис завороженно смотрел мне в глаза, и я тонул в ответ в его.— Сильнее! Жёстче! — приказал он мне.Он наказывает себя? Не похоже, просто он так же сильно хочет меня, как и я — его. Я не в силах остановиться и кричу, когда накатывает оргазм. Он настолько всепоглощающий и бесконечный, что я не сразу реагирую, когда Элоис соскальзывает с меня и, обнажённый, с потоками спермы и крови, исчезает в тени.Я ещё дышу, кровь стучит в ушах, пальцы поджимаются от удовольствия, но моя кровать уже пуста и холодна. Я одинок. Ну что же, мой теневой танцор, осталось только вместе попадать в такт, удерживая твои пальцы в своей ладони. Я засыпаю.