Первая и Последняя

Я боюсь, мне страшно. Прошу тебя, вернись. Возьми мои холодные руки в свои ладони и согрей мою растерзанную, затоптанную душу. Умоляю. Закрываю глаза. Шепчу одними губами «Вернись». Ты слышишь? Открываю глаза. Оглядываюсь по сторонам. Я в пустой комнате с узкими белыми стенами. Тут ни окон, ни дверей. Абсолютно замкнутое пространство. Я одна. Это мое жалкое одиночество, что терзает меня глубоко изнутри. Здесь нет воздуха. А зачем мне он, когда я забыла, как дышать, когда забыла кем я являюсь?! Но я живу. Живу, когда давно уже мертва. Закрываю глаза и вновь открываю. Жду чуда? Нет, я давно в него не верю. Давно? Буквально три недели. Три недели. Три недели, которые ползли, всё это время, задыхаясь и пыхтя. Закрываю, проходит полминуты - открываю. Лежу на старой, жесткой кровати из сухой древесины. Без матраса. Руки сложены на груди. Я в потертой, поношенной черной футболке. И только лишь. Она олицетворяет мою убогую жизнь, поэтому она мне нравится. В бездушной комнате гробовая тишина. Смешно, правда? Она везде. Вселенная решила успокоить свой слух и притушить всё, что издает звук. В рифму. Я так не планировала. Всё выходит так, как я не планирую. Просто не тратьте свое жалкое время на такое безделье. Не планируйте. Нет ничего прекрасней крутых, неожиданных поворотов своих внутренних догадок и представлений. Спонтанность - вот, чего мы остерегаемся. Зря. Всё, что происходит спонтанно - это то, чего желает наш внутренний герой. Обдумывая некоторые вещи -, мы усугубляем не существующую проблему. В этом вся проблема человечества. Мы слишком глупы. Закрываю. Вдыхаю тяжелый гнусный воздух. Открываю. Смотрю в потолок. Там воспоминаний больше, чем в твоей крошечной памяти. Убийство незваных гостей, что отразилось светло-коричневыми следами крови, которые никогда не сотрутся. И будут напоминать нам о нашем глупом страхе перед безобидными существами нашей безнадежной планеты. И безнадежных нас. Злорадных гигантов, которые уничтожают всё, что не похоже на них. Как эгоистично! Мы не были похожи. Закрываю, чувствую боль в эпицентре сердца. Открываю. Какой сейчас час? Завтрак, обед или ужин? Я все равно выберу голод. Ты же знаешь, я люблю задавать бессмысленные вопросы. Почему? Так лучше скрывать истинную себя. Больше тайн, больше интриг, больше потайных дверей. Ты вовлекаешь человека, мысленно прося его раскрывать тебя постепенно. Медленно, но интересно. Поэтапно, но красиво. Умный поймет всё сразу, а жалкий человек посчитает жалким тебя и уйдет, зло усмехаясь. Ты был странным. А это увлекло меня в тебе. Закрываю. Копаюсь в не раскрытых записях моей головы. Открываю. Я постригла свои золотисто-каштановые волосы... Маленькими розовыми ножницами, которые не возлагают с виду никаких надежд. Это обман. Они так остры, что могут послужить холодным оружием для убийства ущербных людей. Тебя. Они подобны нам. Снаружи вечно обман. Внешность - одурманивает каждого. Мы бессильны перед этой чертовой иллюзией. Только погрузившись немного в глубь - находишь черствевшую душу. Это горькая стабильность жизни. Ты сидишь, связанный на стуле, я достаю свою малышку и тихо-тихо, подпевая нашу песню подхожу к тебе. С острым концом провожу по твоей шее. Ты чувствуешь эти приятные ощущения? По твоему телу пробегает дрожь, ты вздрагиваешь от моего прикосновения. Я смеюсь. Ты напуган. Ты ненавидишь меня. Я ищу любимый теплый взгляд в твоих ледяных голубых глазах, которые словно осколки айсберга. Но не нахожу его. Ты больше не тот, а я давно уже не та. Прощай. Труп я брошу в ледяной океан. Волны о тебе позаботятся. ... Я надеялась, вместе с ними исчезнут и тяжелый груз воспоминаний о жизни. Я пишу. Зачем? Дабы передать всю горечь невинному листку бумаги, а после сжечь. Всё. Зловеще наблюдая за адской радостью голодных алых языков пламени маленького костра. Закрываю. Представляю сценку страстной месте. Открываю. Растягиваюсь во всю голую кровать. Обнимаю саму себя. Ты мне больше не нужен. Я в крупном выигрыше. Со мною я, а ты утерял все свои шансы. У тебя их было много. Они не помещались в твоих ладонях, и ты выкинул их в заржавевший ящик для мусора, выбрав, без грузную, дорогу. Ухмыляюсь над твоей неудачей, но слезы круто скользят по моим бесцветным щекам... ...Спускаюсь на пыльный мягкий коврик. Хочется поесть мятных пряников и плитку шоколада с орехами и изюмом, да запить всё холодным апельсиновым соком. Коврик щекочет мои сухие подошвы ног. Открываю шторы, впускаю улыбчивые лучи счастливого солнца. Распахиваю все окна. Птицы на деревьях щебечут и поют о своем, о неведомом нам повести. Залезаю на подоконник. Вдыхаю давно забытый чистый воздух. Давно? Три недели. Три недели загробной жизни. Я начну жить заново, когда три недели как мертва.