Ответный удар

"По милости Семерых, которые суть Одно, взгляните на славу народа Андал, как далеко они продвинулись в величии человечества". Архиепископ Бонифаций, стоя на кафедре Звездной Септы, в лабиринте разноцветных бликов, пробивающихся сквозь витражи, заполнявшие окна, оперся руками о кафедру. Одежда свободно облегает его худощавое тело, волосы седые, лицо морщинистое, но он полон энергии. "Вы видели их величие с самого начала, когда они пересекали Узкое море на одних только длинных кораблях. С самого начала сражаясь с ордами дикарей и их карликовыми демонами, они были почти сброшены в море и все же вышли победителями!"

Сидя на передней скамье, Септон Барт с трудом сдерживал хмурое выражение лица. Он знал, что это было необходимо, учитывая, что за его спиной были десять тысяч верующих, собравшихся под огромным куполом центра Веры в Вестеросе… во всем мире. Но гнев все еще переполнял его. Ярость и стыд от неудачи в его усилиях.

Принц был все еще жив. Как и принцесса, хотя он и смирился с возможностью того, что Рейна будет жива, но сломлена. Но она не была сломлена, а стала счастливой матерью здорового, красивого ребенка.

Отсюда и нынешняя проповедь Бонифация, гораздо более великого проповедника и оратора, чем Хьюгор. Сильный, неутомимый, бесстрашный, он, как известно, проповедовал день и ночь, без сна и еды. Прославляющий Веру и зло их врагов. "Мы построили этот континент! Города возникли, когда дикие обезьяны, которые обращались с этой землей как с навозной кучей, жили только в тени своих демонических деревьев! Мы жили по принципам Семерых, которые принесли это славное будущее Хьюгору с Холма, и все же сегодня, после таких тысячелетий славы, что мы можем показать за это? Что нам предстоит вынести?

"Взгляните на этот самый священный континент! Побеждены мерзким драконьим отродьем, чья порочность навлекла на мир Гибель Валирии, где Отец и Незнакомец бросили их в земное пламя! Теперь они пришли сюда и правят нами!"

Барт должен был испытывать страх. Все они в септе должны были испытывать страх. Такие фанатики, как Бонифаций, прикрывались своей Верой как щитом от всего, что находится за ее пределами, имели свое оправдание, но другие… Если бы Эйгон Завоеватель правил вместе со своими Королевами - всеми другими завоевателями, - этот страх присутствовал бы. Страх перед драконьим огнем, поглощающим все, но они больше не были главными. Эйнис Таргариен ничего бы не сделал. Мейгор больше не был его Десницей, вместо него был Мурмисон.

Он слабак, и у нас есть планы на Мурмисона. Итак, проповедь продолжилась, настоящий залп требушетов по Таргариенам и их союзникам. Война без сражений, и, надеюсь, король еще больше ослабит свои позиции в борьбе за мир. Все было слишком просто.

Думайте о чем угодно, только не о банальной проповеди, в которой было подобающее пламя и кровь на благо тех, кто не входит в число старших - большинство верующих, Барт уловил остальное, только когда Бонифаций хлопнул ладонью по кафедре. Украшенная драгоценными камнями копия Семиконечной звезды была проигнорирована, когда он закричал от всего сердца. "Они отняли у нас свободу! Они лишили нас морали и уважения через славу наших королевств, подчинив нас своей порочности. Заставляя нас терпеть это или столкнуться с огнем. Но не более того! "

"Хватит!" - взревели многие, крики эхом прокатились по всему куполу Звездной Септы.

"В логове разврата живет мальчик. "Принц", как его называют эти драконьи отродья, эти дикари, поклоняющиеся деревьям, эти богохульники и отступники, которые отрекаются от Семерых ради собственной выгоды… он не принц! Он мерзость! Сын от кровосмесительного союза племянницы и дяди! Отец - это союз брата и сестры, а мать - дочь человека из того же союза! Деймон Таргариен, принц Мерзости! Мейгор Таргариен, принц Мерзости! Рейна Таргариен, принцесса Мерзости!"

Барт фыркнул. На самом деле Бонифаций сам это придумал. Надо отдать должное ретивому идиоту.

"Эйнис Таргариен! Король Мерзости! Демон, который пережил Рок, чтобы ходить по земле!" Он гремел, слюна летела с его губ. "Вперед, верующие! Вперед и обрушьте гнев Отца на неверующих! Приведите их к Незнакомцу с силой Воина и посмотрите, к чему приведет правосудие! Вперед! Идите вперед и восстановите справедливость!"

За исключением первого ряда скамей, на которых сидела элита верующих, весь зал встал и закричал в знак согласия. Охваченный религиозным пылом.

"Я слышал, что наш дорогой Бонифаций произнес вдохновляющую проповедь", - сказал Верховный септон Хьюгор, сидя в кресле посреди своего большого кабинета. Оформлен в строгом стиле, если не считать нескольких артефактов Веры, бюста отца Верховного Септона и знака Дома Садовника за бюстом. Все грани Высшего Септона сочетаются с большим количеством бутылок лучшего Arbor Gold или безалкогольного сока лайма, настоянного на щепотке сахара. Последнее он пил чаще, желая, чтобы его разум был при нем. "Теперь пути назад нет".

"Не обязательно, ваше Святейшество", - ответил Барт. "Слова можно забыть. Действия, к которым подстрекают дураки, слушающие эти слова, могут быть похоронены несколькими казнями. У нас еще есть время все организовать."

"Ты имеешь в виду привлечь Мурмисона на нашу сторону?" Ответил Хьюгор с понимающей улыбкой на лице. "Или выдвинуть подразделения на позиции?"

Барт кивнул. "Оба".

Хьюгор вздыхает, откидываясь на спинку стула. "Отдан приказ переместить людей туда, куда повелели Лорды, хотя я не могу санкционировать полное наступление или поднятие знамен, пока не будет сделано соответствующее заявление". Взгляд снова переместился на Барта. "Или ваша неудачная попытка обеспечить малышке Рейны ту же участь, что и многим малышкам Серизы, должна стать призывом к сплочению?"

Его лицо побледнело, Барт знал, что лучше не отрицать. "Ты знаешь об этом, я полагаю".

"Я не дурак, Барт. Это я овладел твоими навыками еще до твоего рождения - о чем ты думал? Просто потому, что принц Джейхейрис оскорбил тебя?"

"Оскорбление… - неподходящее слово".

"Да, унизить - более подходящее слово, но прошлое есть прошлое, и проповедь Бонифация гарантировала, что твоя ошибка спасла наше положение". Он наклонился вперед. "Не будь снова таким глупым, иначе моему терпению и прощению придет конец".

"Как я могу снова завоевать ваше доверие, ваше Святейшество?"

Выражение лица Хьюгора было твердым. "Найди мне предлог, чтобы по-настоящему заклеймить драконов как бросающих нам вызов… ты можешь использовать это и для уничтожения Джейхейриса, если пожелаешь, хотя мелочность тебе не идет. - Ухмылка скользнула по лицу Верховного Септона. "У тебя уже есть идея, не так ли?"

Глаза Барта блеснули. "Возможно, я ... нет лучшего способа причинить вред человеку, чем через того, кого он больше всего любит". Кого Джейхейрис любил больше всего, что любил и король? Возможностей было немного, но все они казались ему замечательными.

****************

"Ваша светлость", - произнес мейстер Олвин, молодой человек лет тридцати - его цепи были обширными, но из-за молодости его назначили на неблагоприятные должности на Севере. "Пожалуйста, продолжайте".

"Нет… это больно ..." Рейнис застонала, вцепившись в простыни.

"Пожалуйста, любовь моя", - сказал Брэндон, целуя ее в потный лоб. "Все будет хорошо".

"Ты сделал это со мной", - прошипела она, бросая на мужа кинжальные взгляды усталых глаз. "Ты знал, что я слишком стара, чтобы вынашивать ребенка, и все же наполнил меня своим волчьим семенем!" Рейнис попыталась вцепиться в него когтями, но сильные схватки сотрясли ее. "О черт!… о черт!… малыш идет!"

Элвин махнул рукой акушеркам, державшим в руках простыни и миски с теплой водой. "Хорошо, леди Старк. Мне нужно, чтобы вы тужились, когда я буду говорить".

Стон боли вырвался у Рейнис. "С каждым разом это становится все труднее!" Эйгон, Аларик, милая Саэра - все родились легко. Почти восемнадцатичасовые роды, которые она пережила со своим новорожденным ребенком, невозможно описать словами. Конец должен был принести сладкое облегчение, но Рейнис колебалась между криком от невыносимой агонии и дрожью от ужасного предчувствия за свое любимое дитя.

Рейна была молода и обладала прекрасным здоровьем, ее роды были быстрыми по сравнению с официальными воронами из Королевской гавани. Ее рассказы были какими угодно, но только не такими - Рейнис наполовину ожидала, что ее муна прибудет на спине дракона, пока она еще рожала.

Гнев покинул ее. "Брэндон..." Она потянулась к нему и вскоре обнаружила своего мужа рядом с собой. "Не оставляй меня".

"Я не буду". Он поцеловал ее в губы. "Я прямо здесь".

"Обними меня… держи меня за руку ..." Брэндон добровольно подчинился. "Я люблю тебя. Боги, ты лучший муж". Это было правдой. Несмотря на то, что они были в "Пакте льда и пламени", Рейнис тоже нашла любовь к своему тихому, свирепому волку. Влюблена в него и в ледяную землю, которую он называл домом, в дикую, неиспорченную красоту.

Главная акушерка Винтерфелла, присевшая рядом с ним - еще одна молодая женщина, у которой, по мнению Рейнис, была любовная связь с мейстером - Элвин кивнул. "Хорошо, миледи. Push."

"ААААААААА..." Брэндон вздрогнул, тяжело дыша, когда она сильно сжала его руку.

"Push..."

"ААААААА!"

"Младенец выходит на коронацию, моя леди". Акушерка развернула одно из полотен. "Еще раз, тужься!"

Кричит во всю глотку - издалека доносится слабый рев дракона, Арракс визжит, беспокоясь за свою муну - Рейнис сильно толкнула его. Тратит последний запас энергии, который у нее был после стольких часов. После такого истощения и боли. Ей предстояла долгая ванна, а затем целый день сна, но сначала малышка должна была появиться на свет.

Поток криков, заполнивший спальню, лишь сменил боль и изнеможение на чистейшую радость. "Маленькая девочка, миледи", - крикнул мейстер, перерезая ножницами пуповину и оставляя младенца одного, чтобы акушерка обмыла и перепеленала его.

"Девушка", - выдохнул Брэндон с широчайшей улыбкой на лице. "Я люблю тебя".

Глаза Рейнис наполнились слезами. "Позволь мне обнять ее ... отдай ее мне сейчас!" - умоляла она, слабо протягивая руку. "Я хочу свою девочку".

"Пожалуйста, подождите, Миледи. Позвольте мне почистить ее". И вот Рейнис заставили ждать - на самом деле всего минуту или около того, но ей показалось, что прошли дни. Вынужденная пережить самое печальное событие, когда она не могла даже подержать ребенка, которого родила ... но в конце концов боги сжалились над ней, и Брэндон принес ей сверток, завернутый в белое полотно. На его лице написано неподдельное благоговение. "Наша дочь, Рейнис… наша прекрасная девочка".

"Отдай ее мне", - взмолилась Рейнис, и на этот раз приказ был услышан, и тепло вернулось в ее мир. Глядя на пухлые щечки и темную копну волос прекрасной малышки. "О боги ..." - воскликнула она, слезы застилали ее глаза. "Она прекрасна". Рейнис могла сказать, что эта девушка была суровой внешне. Единственная из ее четырех, в которой не было внешних валирийских черт.

И она обожала малышку за это. Мой милый волк. Ее сердце наполнилось любовью.

"Ты сказала, что выбрала название, любовь моя. Какое оно было?"

Глядя сверху вниз на свою дочь, наблюдая, как ее глаза слегка приоткрываются, открывая темно-серо-суровые глаза, Рейнис поняла, что выбранное ею имя идеально. "Лианна", - пробормотала она, целуя копну темных волос. "Лианна Старк, волчица Винтерфелла, в жилах которой течет кровь Древней Валирии".

Протянув руку, Брэндон провел пальцем по щеке Лианны, малышка тихо заворковала, когда наклонилась навстречу прикосновению. Как будто зная, что это ее кепа. "Лианна Старк… Мне это нравится, милая драконица. Он поцеловал ее в щеку. "И я люблю тебя".

Ее улыбка могла растопить стену. "Мы тоже любим тебя, лорд Старк". Их губы искали друг друга, томно целуясь.

"Милорд, миледи ... дети хотят увидеть своего младшего брата или сестру".

Взглянув на мейстера Олвина, Рейнис устало кивнула. "Впустите их на десять минут, а затем я хотела бы, чтобы меня сопроводили в мою спальню. Приготовь ванну, а затем чистые простыни, потому что эта крошка меня утомила ". Как будто получив приглашение, Лианна зевнула, вытянув пухлые ручки над головой, когда потягивалась. "Леди Лианна тоже ".

Он поклонился. "Конечно, ваша светлость".

Объятия ее новейший милый рядом, пришло внезапное чувство по Рэйнис. Порхаю тепло, которое заставило ее закрыть глаза. Представляю флэша - могучего дракона, парящего над землей, дракона ее муны, но с кем-то молодым на нем. Волосы цвета Воронова крыла развевались за спиной, радостный возглас слетал с ее губ, когда она летела рядом с кроваво-красным драконом, намного меньшим, но таким же свирепым.

Приоткрыв веки, Рейнис посмотрела на свое прекрасное дитя. Слабо провела пальцем по щеке. "Тебе суждено стать великой, моя маленькая Лианна". Лианна просто спала, уютно устроившись в объятиях Рейнис.

************

Тяжелая поездка всегда изматывает мужчину, как и правильное соблазнение женщины. Учитывая, что последняя продолжалась, в то время как первая была сделана в течение всего одного прохождения солнца на всем пути от Королевской гавани до Штормового предела, Рогар Баратеон был очень увлечен relief . Прежде чем плюхнуться в постель и надолго уснуть, ему потребовалось что-нибудь успокоительное.

Что может быть лучше, чем теплый, влажный рот, обхватывающий его член. "Ах,… Я действительно скучал по этому ..."

Рыжевато-русые волосы в сочетании с веснушками и пышной грудью, юная леди Корианна Уайлд была не самой красивой. Не такая, как у королевской семьи, но она была нетерпелива и всегда так хороша. "Ммм… Я действительно скучал по этому потрясающему члену". Она лизала его как профессионал, точно зная, где ослабить давление его пульсирующего члена, одновременно разжигая его. Сжимает основание, прежде чем пососать кончик. "Столичные девушки довольно снобистки, не так ли?"

"Ты ... блядь ... и половины всего не знаешь". Она обволокла его, практически полностью поглотив. Рогар с первого взгляда почувствовал вожделение к этой девушке и к тому, какой распутной она была. Лишила себя девственности, обвинив в этом мальчика-конюха, которого наказал ее отец. Добилась того, что ее перевели в Штормовой Предел после того, как она родила бастарда.

Он предполагал, что этот ублюдок, заложенный каким-то землевладельческим рыцарем много лет назад, принадлежал ему, но предпочел не знать. Эта девушка, какой бы приятной она ни была, когда он внезапно излился в нее, не была достойна родить ему наследника.

Только один. Возможно, есть и другие, но только один был правдоподобен для wed.

После того, как она вымыла его с помощью ванночки для языка, он засунул свой член обратно в ее брюки и туго завязал их. "Что ж, это определенно попало в точку".

"Ммм", - подмигнула она. "Я очень рада, что вам понравилось, сир Рогар". Облизнув губы, Корианна встала. "Я знаю, что вы будете готовы приступить к настоящему раунду в кратчайшие сроки".

"Нет", - ответил он, ухмыляясь. "Приходи вечером ко мне в постель, после того, что мы обсудили ... и тогда я, возможно, возьму тебя с собой в Королевскую гавань".

"Правда?" Ее глаза заблестели, как будто она ни о чем другом не мечтала. "Конечно, любовь моя. Я обещаю, ты можешь на меня рассчитывать ". Зная, что не стоит злить его, заставляя попробовать собственное семя, она поцеловала его в щеку, ее глаза наполнились обожанием.

С некоторыми женщинами было просто слишком легко, будь то вторая дочь лорда Уайлда или королева Семи королевств.

Завернув за угол в замке, насладившись ею в довольно уединенной нише, Рогар столкнулся со своим младшим братом Ронналом. "Да?" спросил он немного раздраженно. "У меня был долгий день, и я хочу спать, так что лучше бы это было важно".

Роннал был тихим, очень похожим на их отца, но его лицо было суровым. "Дедушка требует твоего присутствия".

"О?" Он был беспечен, но сердце Рогара бешено колотилось. "Зачем?"

"Ты думаешь, он рассказал бы мне? Наш отец тоже там".

Поджав губы, Рогар в конце концов вздохнул и кивнул. "Показывай дорогу, брат". Лучше покончить с этим. Все равно скоро все закончится.

Солар лорда Ориса Баратеона - внебрачного брата короля Эйгона Таргариена, королевы Рейнис Таргариен и королевы Висении Таргариен - был довольно хорошо оформлен. Трофеи с его охот были развешаны на стене рядом со знаменами Дюррандонов. Его военными трофеями служили щиты и шлемы с вмятинами, а боевой молот из валирийской стали, о котором Рогар часто мечтал в детстве, был установлен над очагом. Вся слава, о которой заботился Орис, поскольку его собственная травма лишила его ее. Потерянный меч, любезно предоставленный лордом Малкольмом Уилом во время неудачного вторжения в Дорн десятилетиями ранее. Это сделало его суровым и неумолимым по отношению к большинству, хотя его семья сохранила былую общительность.

"Семья" означает его братьев и сестер, из которых в живых остался только один, и его жену, дорогую леди Аргеллу. Ее сегодня не было, но был сир Давос Баратеон. Наследник, и настолько полная противоположность по характеру, насколько это возможно. Тихий и нежный, несмотря на то, что у него такое же быкообразное телосложение. Рогар видел, что его отец казался расстроенным, но это бледнело по сравнению с гневом его деда. "Сидеть", - скомандовал Орис.

Рогар подчинился. "Да, дедушка? Отец?"

"Сынок ... до нашего сведения дошло, что..."

Орис прервал Давоса, желая перейти к сути, а не танцевать вокруг да около. "Почему, во имя семи преисподних, ты флиртуешь с Королевой?"

Итак, он все-таки собрал это воедино. Рогар не думал, что старый воин способен на это. "Кто сказал, что я это делаю?"

Удар кулаком по столу привлек его внимание. "Ты думаешь, я глупый? Да? Ты сопляк!"

"Отец, пожалуйста..."

"Заткнись и отрасти мужество хоть раз!" Давос заткнулся, остались только Орис и Рогар. "Просто поблагодари богов, что твоя бабушка ничего не знает об этом, и что я держал это в секрете, чтобы его светлость не узнал". Спасибо тебе за это, дедушка. Это намного упростило его планы. "Но подумать только, что ты такой глупый и самоуверенный ... или, возможно, это просто какое-то мерзкое отвращение, которое могло прийти в голову только больному разуму ... неважно, это сейчас закончится ".

"Ничто не заканчивается".

Орис выглядел так, словно хотел придушить своего внука, но почему-то сдержался. "Просто ... убирайся с глаз моих. Я отправлю своего сына в Королевскую гавань, чтобы он занял твое место в Малом совете. Глаза Рогара расширились. "Не смей пытаться спорить. Некоторое время вдали от Алиссы Веларион пойдет на пользу всему Королевству, а теперь проваливай! Хотя его отец пытался одарить его сочувственным взглядом, у Рогара ничего подобного не получилось. Он выбежал, не желая их видеть.

По прошествии времени гнев начал остывать, когда Рогар полностью откинулся на спинку кровати, заложив руки за голову. Уставившись в потолок в ожидании. Позволяя времени течь.

Он не знал, прошли часы или всего лишь минуты, но вскоре дверь со скрипом отворилась, и на пороге появилась Корианна. С ухмылкой на губах в слабом лунном свете она сбросила платье на пол. Ее груди выпятились, дерзкие и совершенно неуместные на ее стройном теле - но восхитительные. "Дело сделано", - промурлыкала она, оседлав колени Рогара. "Пришло время забрать мой гонорар".

Рогар ухмыльнулся. "Говорят, что Ланнистеры платят свои долги, но я считаю, что мои долги оплачены полностью". Его руки сжали ее бедра, прижимаясь своим членом к ее входу. "Я знаю, ты знаешь, что нужно вести себя тихо".

Корианна прикусила губу, тихо напевая. "Это ... тяжело… учитывая, насколько ты хорош ..."

Отключившись после нескольких раундов, Рогар наслаждался ощущением ее тела, плотно прижатого к его боку, когда мощный стук в дверь разбудил его. "Черт возьми..." - пробормотал он, садясь на кровати. "Кто бы это ни был, я выпотрошу его на месте!"

"Брат!" Это был Оррин, его младший брат. И в его голосе звучал ужас. "В замке пожар!"

Огонь. Не важно кто, Андал, Первые Люди, Ройнар… все боялись огня. Он резко выпрямился, расталкивая Корианну, пока искал рубашку. "Где?!" Дыма не было.

"Солнце отца! Поторопись!"

*************

Руки вдовствующей королевы Висении Таргариен, сжимавшей лист бумаги в костлявых пальцах, дрожали. Ее лицо было бледным, а ноги так сильно дрожали, что ей пришлось прислониться к одной из колонн. Клянусь богами, нет ... как это могло случиться? Он был старше Эгга, но все еще энергичен для своего возраста. Почему ... почему?!

"Муна", - почти рассеянно слышит она, как Мейгор зовет ее. "Из Стоунбриджа прилетел ворон, сообщающий о возвращении Джейхейриса в капитолий. Я повторяю, что могу взять Беларион и ... Войдя в ее покои, он остановился, увидев ее, выражение его лица сменилось беспокойством. "Семь кругов ада, муна. Что случилось?"

С вороном в руке Висенья едва могла прохрипеть слова. "От ... твоей тети… Аргеллы. Дядя Орис и кузен Давос мертвы".

Мейгор разинул рот. "Что? Как это могло быть?" Несомненно, его мысли обратились к дорнийским ассасинам или даже действиям ревностных сторонников Веры. Учитывая текущую ситуацию с новым принцем Солнечного Копья и проповедь архиепископа Бонифация, продать его было несложно.

Покачав головой, Висенья протянула своему сыну ворона. Дорниец был бы гораздо менее заметен, а Веры было бы гораздо больше. "В его солярии был ... пожар. Они пытались потушить его, но, по-видимому, он вышел из-под контроля. Аргелла говорит, что вся крепость могла сгореть ".

"Черт возьми,… Мы думаем, что это было сделано намеренно?"

"Скорее всего, несчастный случай, поскольку кто бы рискнул устроить пожар, но я не могу быть уверен". Письмо было заплаканным, как будто Аргелла плакал, когда писал его. "Аргелла казалась достаточно здравомыслящей, когда писала письмо, и даже она строит догадки".

Мейгор покачал головой, сжимая кулаки. "Я отправлю туда Брэндона Сноу"… или, по крайней мере, попрошу его сделать это.

"У тебя нет официальных полномочий", - проговорила Висенья сквозь свое горе, напуская на себя королевскую позу. Это необходимо на данный момент - она сможет должным образом погоревать позже, а сейчас нужно разобраться с этим вопросом. "Как бы ни хотел твой наставник с Севера оказать тебе такую услугу, малый совет этого не допустит. Ты слишком запятнан в глазах большинства королевства по самым безумным причинам, а твой брат слишком труслив, чтобы понять, что мы, драконы, должны считать себя выше других."

"Muna…"

"Нет, не оправдывай его действия". Она закрыла лицо руками. "Я воспитывала его не так, и Рейнис воспитала бы его не так. Я не могу быть уверен, откуда взялся этот недостаток в характере, но если мы не будем действовать с готовностью, то все, что я, Рэй и Эгг построили, развалится ". Легкая улыбка появилась на ее лице. "По крайней мере, Рейна скроена из приличной ткани".

Кивок. "То, что она есть ... получает это от своей собственной муны".

"Жаль, что с ней все так вышло, сын мой". В ответ Висенья тоже натянуто улыбнулся, поэтому она сменила тему. "Пришлите Тианну".

"Тианна, спутница Рейны?"

"Да, она абсолютно лояльна и не занимает никакой официальной должности. Баратеоны все равно будут знать о ее связи как с Рейной, так и со мной, так что у нее не возникнет проблем с их сотрудничеством ... если только в Storm's End не задействованы гнусные актеры. " Возможно, она искала, чем бы отвлечься, но Висенья прикусила губу. Посмотрела на сына с… почти заговорщическим видом. "Я надеюсь, ты в курсе истории ее и Рейны".

Его бровь приподнялась. "Откуда ты знаешь?"

Пожатие плечами. "Они хорошо пытались это скрыть, но я не вчера родился". У нее были такие отношения, в конце концов, со своей собственной сестрой - Висенья могла различить маленькие признаки тех женщин, которые действительно вступали в такие отношения с другими женщинами. Не фетишизированные версии, которые бордели или откровенные шоу продавали за деньги тем мужчинам, которые могли заплатить. "Так ты знаешь?"

"Она рассказала мне", - ответил Мейгор. "Никаких секретов".

"Тианна все еще с тоской смотрит на Рейну, ее чувства никуда не делись". Висенья усмехнулся. "И я недавно видел, как Рейна отвечает взаимностью на эти полные тоски взгляды ... после героизма Тианны. Кажется, они восстанавливают связь ".

Мейгор отвернулся. "О? Так ты предупреждаешь меня о ее грядущей неверности?"

Висенья ухмыльнулся. "Нет, просто мужчина, который уже пожертвовал всей своей властью и репутацией, чтобы взять вторую жену, без проблем возьмет третью". Это привлекло широко раскрытые глаза Мейгора, на что Висенья похлопал его по плечу. "Ну, хватит об этом. Дай мне увидеть моего внука. Желание, которое Мейгор был более чем готов исполнить.

Принц Деймон был внуком короля, не заслужив такого презрения в семье Эйнис и Алиссы, какое Мейегор испытывал в силу политической ситуации. Он проживал в королевской детской, поскольку она была незанята после того, как принцесса Алисанна переехала в свои собственные покои, под присмотром почти полудюжины нянек и кормилиц, пока Рейна оправлялась неподалеку от своих довольно травматичных родов. Деймон не пострадал, магия в его крови и собственные заклинания Тианны защитили его и даровали ему самообладание могущественного дракона. Тяжелый, здоровый и энергичный, настоящий Принц, который обещал быть таким же сильным, как его кепа.

Держа его на руках, Висенья ворковала, щекоча ему нос и заставляя Деймона хихикать. Ее первый внук от семени Мейгора и ее первый правнук. Когда Орис ушел, новая жизнь, тем не менее, заняла его место, предлагая надежду, в то время как первая приносила только горе. Только смерть может заплатить за жизнь. Старая поговорка валирийцев, некоторые из которых связывали ее с определенными ритуалами, но Висенья знал, что одна из них ложная.

Поговорка, уходящая корнями в благосклонность богов. В борьбе жизни и смерти.

"Я люблю тебя, милый мальчик", - прошептала она. "Ты унаследуешь это Королевство, я обещаю".

Из тех, кто создал Семь Королевств, теперь исчезли все, кроме нее. Эгг, Рэй, Торрен Старк, Орис... Единственными, кто остался, кроме нее, были Аргелла, старый Лорен Ланнистер, Шарра Аррен и Вивьен Гарденер…

И, как ни странно, цветы Хьюгора.

Эгг, Рэй ... дай мне сил.