Глава 7: Турецкий кофе и «минное поле»

Глава 7: Турецкий кофе и «минное поле»Стамбульское утро пробивалось сквозь плотные шторы отеля, окрашивая номер в янтарные тона. Джереми, верный своему режиму, уже сидел за столом, просматривая отчеты. Он был безупречен — идеально отглаженная рубашка, холодное спокойствие, в которое он закутывался, словно в доспехи.Рей вышел из ванной, на ходу взлохмачивая мокрые волосы. На нем была только легкая домашняя футболка, и он выглядел до невозможности расслабленным. Хищный блеск в глазах был притушен утренней ленью, но самоуверенности не убавилось ни на грамм.— Ты все еще пялишься в свои цифры? — голос Рея прозвучал мягко, почти вкрадчиво. — Сегодня Босфор выглядит так, будто просит, чтобы на него посмотрели, а не на графики прибыли.Джереми не ответил, лишь перелистнул страницу. Его пальцы слегка дрогнули. Он чувствовал присутствие Рея каждой клеточкой кожи.— Я сварю кофе, — внезапно сказал Рей, направляясь к мини-кухне, встроенной в номер. — Настоящий. По-турецки. Ты ведь пьешь только тот безвкусный итальянский эспрессо, который приносят на подносе, верно?Джереми поднял глаза, собираясь отрезать что-то резкое, но запнулся. Рей уже достал медную турку — очевидно, привез свою, зная, что в отелях кофе «не тот». Его движения были отточенными, почти ритуальными. В этом было что-то странно завораживающее.Рей насыпал кофе, добавил щепотку специй, о которых Джереми даже не слышал. Он работал молча, но вся его фигура выражала спокойную уверенность.— Когда-то давно, — начал Рей, не оборачиваясь, — мой дед сказал мне: «Кофе — это единственная вещь, которую нельзя пить в спешке, иначе ты пропускаешь вкус самой жизни». Ты всегда спешишь, Джереми. Ты боишься замедлиться, потому что если ты остановишься, тебе придется признать, что ты несчастлив.Джереми замер. Слова попали в цель с пугающей точностью. Он медленно отложил отчеты.— Ты слишком много о себе возомнил, если думаешь, что можешь читать меня, как сценарий своего сериала.Рей обернулся. В руках он держал две крошечные чашки. На его губах играла та самая полуулыбка — ироничная, опасная, хищная. Он подошел к столу и поставил одну чашку перед Джереми.— Я не читаю тебя. Я просто наблюдаю за тем, как ты строишь вокруг себя стену, которую сам же хочешь разрушить.Джереми взял чашку. Горячий фарфор обжег пальцы. Он сделал глоток — вкус был густым, пряным, ошеломляюще насыщенным. Совсем не тот стерильный эспрессо, к которому он привык. Это было… живо.— Ну? — Рей присел на край стола, вторгаясь в личное пространство Джереми, и наблюдал за его реакцией. — Как тебе вкус настоящей жизни, наследник?Джереми поднял взгляд. Их глаза встретились. Между ними возникло напряжение, которое было сильнее, чем любая перепалка. Джереми почувствовал, как внутри него что-то дает трещину. Он не хотел признавать, что кофе — лучший, что он пил в жизни, и что присутствие этого «хищника» в комнате заставляет его забыть о существовании инвесторов.— Слишком крепко, — ответил Джереми, хотя голос его предательски дрогнул.Рей рассмеялся, подаваясь чуть ближе.— Слишком крепко для тебя или слишком искренне?Джереми поставил чашку на стол с легким стуком. Он хотел ответить резко, хотел отстраниться, но не смог. Он просто смотрел на Рея, понимая, что этот месяц в Стамбуле станет для него не просто деловой поездкой. Это будет самая опасная игра в его жизни.— Ты опасен, Рей, — тихо сказал он.Рей лишь улыбнулся — его глаза потемнели, словно обещая, что это только начало.— Опасность — это мое второе имя. Привыкай, Джереми. На ближайший месяц ты принадлежишь мне.