Разрушенные зеркала

Кабинет Ин Хо поглотил его как могила. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что со стены слетела рамка с дипломом, разбившись о пол вдребезги. Он не обратил на это внимания. Его пальцы впились в край стола до побеления костяшек, а в висках стучала только одна мысль — Ки Хун и Ми Су. Их тела, переплетенные в кабинете, его шея, которую целовала она...

Ин Хо рванул ящик стола, вышвырнув его содержимое на пол. Папки, бумаги, ручки — все полетело в хаотичном танце, но даже этот беспорядок не мог сравниться с тем, что творилось у него внутри.

Стук в дверь.

— Войдите! — его голос прозвучал хрипло, будто он бежал километры без остановки.

Дверь открылась, и в проеме возникла Лиа. Она стояла, облокотившись о косяк, ее губы растянулись в той самой ухмылке, от которой у Ин Хо сжималось горло.

— Ну что, любимый, — она протянула слово, наслаждаясь каждым звуком, — кажется, теперь ты знаешь, каково это.

Он замер.

— Что?

— Ки Хун. Он тоже изменяет тебе.

Слово «любимый» прозвучало как плевок в лицо. Ин Хо почувствовал, как что-то рвется внутри — последняя нить, удерживающая его от края.

— Это всё из-за тебя... — он прошептал, но голос набрал силу с каждым словом. — Сучка! Это всё твоя вина!

Его рука взметнулась в воздухе прежде, чем он успел подумать. Пощечина прозвучала как выстрел.

Лиа не успела даже вскрикнуть. Ее голова резко дернулась в сторону, тело рухнуло на пол, ударившись плечом о край стола.

Тишина.

Ин Хо оцепенел, глядя на то, как тонкая струйка крови вытекает из уголка ее рта. Она приподнялась на локте, ее глаза — широкие, наполненные не столько болью, сколько шоком — уставились на него.

— Ты... — она коснулась пальцами губ, рассматривая кровь с каким-то странным любопытством.

Ин Хо сделал шаг вперед, его руки дрожали.

— Лиа, я...

Но в этот момент его взгляд поймал движение в дверном проеме.

Ки Хун.

Он стоял там, бледный, с глазами, полными ужаса. Их взгляды встретились на долю секунды — и этого хватило, чтобы Ин Хо понял: он только что потерял его окончательно.

Ки Хун развернулся и бросился бежать.

— Нет! — крик вырвался из груди Ин Хо. Он сделал шаг к двери, но Лиа внезапно схватила его за запястье.

— Пусти! — он рванулся, но ее хватка была неожиданно сильной.

Ин Хо застыл, глядя на кровь на ее губах, на след своих пальцев, проступающий на ее щеке.

Где-то вдали хлопнула входная дверь.

Ки Хун ушел.

А он остался — среди осколков своего гнева, с окровавленной женщиной на полу и с осознанием, что перешел черту, за которой нет возврата.

Лиа медленно поднялась, вытирая кровь рукавом.

— Поздравляю, — ее голос снова стал ядовитым. — Теперь ты такой же, как я.

Она повернулась и вышла, оставив дверь открытой.

А Ин Хо опустился на колени среди разбросанных бумаг, понимая, что самое страшное — это не то, что видел Ки Хун.

А то, что в момент, когда его рука ударила Лию, он почувствовал облегчение.