Разговор по душам

Вечер выдался тихим.

За окном медленно сгущались сумерки, а по стеклу изредка стучали капли дождя. В квартире Вельских было тепло и уютно. На кухне пахло свежей выпечкой и мятным чаем.

Эвелина долго сидела молча.

Она крутила в руках кружку, но почти не притрагивалась к чаю.

Баба Лена и тётя Елена переглянулись.

Они прекрасно видели: внучку что-то тревожит.

Наконец бабушка мягко нарушила тишину:

— Эвочка...

Долго ещё будешь всё держать в себе?

Эвелина подняла глаза.

Несколько секунд она молчала, а потом тихо сказала:

— Наверное... пора рассказать вам всё.

Тётя Елена придвинула к ней вазочку с печеньем.

— Мы слушаем.

Эвелина глубоко вдохнула.

— Помните, вы спрашивали, почему я тогда вернулась из клуба такая грустная?

— Помним.

Ответила баба Лена.

— Ты сказала, что не хочешь говорить.

— Да...

Она опустила взгляд.

— Тогда я сама ещё не понимала, почему мне было так больно.

На кухне стало совсем тихо.

— В тот вечер мы с Мариной и Дашей сидели в клубе. Потом туда пришли Космос, Белый, Пчёла и Фил.

Баба Лена внимательно слушала, не перебивая.

— Через некоторое время к ним подсели четыре девушки. Очень красивые... ярко одетые. Одна из них сразу села рядом с Космосом.

Эвелина невольно сжала кружку крепче.

— Она постоянно смеялась, что-то ему рассказывала... а он тоже смеялся. Потом... приобнял её.

Тётя Елена нахмурилась.

— И тебя это задело?

Эвелина честно кивнула.

— Да.

Тогда я ещё не хотела себе в этом признаваться, но... наверное, уже начала к нему привязываться.

Она грустно улыбнулась.

— Потом они все ушли.

— С девушками?

Тихо спросила бабушка.

— Да.

— Они арендовали VIP-комнаты.

Я сначала не придала этому значения.

Эвелина ненадолго замолчала.

Воспоминания были неприятными.

— Когда мы с девочками собирались уходить, я проходила мимо одной из комнат...

Дверь была немного приоткрыта.

Тётя Елена нахмурилась ещё сильнее.

— И ты заглянула?

— Случайно.

Я не собиралась.

Но...

Она тихо выдохнула.

— Я увидела Космоса и ту девушку.

Больше ничего не было нужно объяснять.

Баба Лена понимающе кивнула.

Эвелина продолжила:

— Мне показалось... что между ними что-то было.

Я очень разозлилась.

Нет...

Наверное, даже не разозлилась.

Разочаровалась.

Мне стало противно.

Потом, когда мы снова проходили мимо, я увидела, как он давал ей деньги.

На кухне повисла тишина.

— После этого я решила, что больше не хочу иметь с ним ничего общего.

Тётя Елена медленно покачала головой.

— Поэтому ты так холодно разговаривала с ним в клубе?

— Да.

Он подошёл ко мне, хотел поговорить, а я...

Эвелина грустно улыбнулась.

— Сказала ему искать ту девушку, потому что у неё, наверное, ещё остались его деньги.

Баба Лена тихо вздохнула.

— А он?

— Пытался объяснить.

Но тогда я даже слушать не захотела.

Сказала, что он обычный парень, который не знает цену людям.

Потом ушла.

Она снова замолчала.

Через несколько секунд продолжила:

— Через несколько дней он всё-таки пришёл к училищу.

Сказал, что хочет поговорить.

Я согласилась... всего на пять минут.

— И что он рассказал?

Спросила тётя.

— Сказал, что между ним и той девушкой ничего не было.

Что она сама к нему подсела.

А деньги он дал ей только для того, чтобы она ушла и больше не приставала к нему.

Баба Лена задумчиво посмотрела в окно.

— Ты ему поверила?

Эвелина честно ответила:

— Не знаю.

Наверное... тогда нет.

Но...

Сейчас уже не уверена.

— Почему?

Эвелина улыбнулась совсем слабо.

— Потому что после этого он исчез.

Совсем.

Не приезжал к училищу.

Не присылал подарков.

Не пытался встретиться.

Будто действительно решил дать мне время.

Баба Лена кивнула.

— Это уже говорит о многом.

Эвелина продолжила:

— Потом мы случайно встретились в кафе.

И...

Она опустила глаза.

— Он был весь избитый.

Тётя Елена удивлённо посмотрела на неё.

— Настолько сильно?

— Да.

Разбитая губа.

Синяк под глазом.

Ссадина на виске.

Руки тоже были разбиты.

Он почти ничего не ел.

Когда поднял чашку, у него так дрожала рука, что он её уронил.

И тогда я увидела...

Она запнулась.

— Что увидела?

— Что ему действительно очень больно.

Он даже обычную чашку нормально держать не мог.

Я подошла к нему и сказала, чтобы он показал руку врачу.

Баба Лена тепло улыбнулась.

— Потому что не смогла пройти мимо?

Эвелина тихо кивнула.

— Наверное.

Потом он отдал нам свой зонт, когда пошёл сильный дождь.

Хотя сам ушёл под ливень.

А спустя несколько дней я решила вернуть этот зонт.

Космоса тогда в кафе не оказалось.

Там были только Белый, Пчёла и Фил.

И...

Она опустила взгляд.

— Я спросила, как он.

— Что они ответили?

— Сказали, что врач обнаружил у него трещину в ребре.

Несколько сильных ушибов.

Наложили несколько швов.

И строго запретили ему драться и вообще перенапрягаться несколько недель.

Баба Лена медленно покачала головой.

— Вот почему он тогда так осторожно двигался...

— Да.

Я этого сразу не поняла.

Он всё время говорил, что с ним всё нормально.

А оказалось...

Она тихо выдохнула.

— Что ему было очень больно.

На кухне снова стало тихо.

Баба Лена задумчиво смотрела на внучку.

Потом спокойно спросила:

— Эвочка...

Ответь только честно.

Эвелина подняла глаза.

— Ты его любишь?

Девушка замерла.

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что она не сразу нашла ответ.

Прошла почти минута.

Наконец она тихо произнесла:

— Нет...

Потом опустила взгляд.

И уже совсем шёпотом добавила:

— Но... он стал мне очень дорог.

Баба Лена ласково улыбнулась.

Тётя Елена тоже.

Никто из них не стал смеяться или подшучивать.

Бабушка лишь осторожно погладила внучку по волосам.

— Знаешь, Эвочка...

Иногда жизнь специально сталкивает очень разных людей.

Не для того, чтобы им было легко.

А для того, чтобы они научились понимать друг друга.

Эвелина молча слушала.

— Только запомни одно.

Продолжила баба Лена.

— Не оправдывай человека только потому, что он тебе дорог.

Но и не суди его только потому, что однажды увидела то, чему, возможно, было совсем другое объяснение.

Эвелина задумалась.

Она вспомнила серьёзное лицо Космоса возле училища.

Вспомнила, как он без слов отдал ей зонт.

Как терпел боль и никому не жаловался.

И впервые за долгое время подумала, что, возможно, ей действительно стоит выслушать его ещё раз — спокойно, без обид и поспешных выводов.