О том, как Джил исчезла

Свет, как это ни странно, ничего внизу не освещал. Было слышно, но не видно, как Джил пытается взобраться кваклю на спину. Точнее, было слышно, как он говорит ей: «Не обязательно тыкать мне пальцем в глаз... и ставить ногу мне в рот...», а попозже: «Давай, давай, я держу тебя за ноги, руками ты сможешь опереться».

Юстэс и принц подняли головы и увидели тёмный контур головы на фоне слабого света.

- Ну как? - закричали они оба.

- Это дыра, - ответила Джил. - Я бы проскользнула в неё, если бы поднялась ещё немного.

- А что там видно? - спросил Юстэс.

- Пока ничего, - ответила Джил. - А ну-ка, Хмур, встану-ка я тебе на плечи, чем сидеть на них. Я могу держаться за край.

Они услышали, как она возится, затем увидели её силуэт на фоне серого света.

- Знаете... - начала Джил и вдруг закричала, но не от испуга. Звук был такой, словно рот ей прикрыла чья-то ладонь или в него что-то натолкали. Затем она вновь обрела голос, и ей казалось, что она кричит изо всех сил, но никто ничего не слышал, и тут случилось сразу две вещи: во-первых, пятно света на секунду пропало; во-вторых, все услышали шорох и пыхтение. Голос квакля проговорил, задыхаясь:

- На помощь! Быстрее! Держите её за ноги! Кто-то тащит её! Вон там! Нет, здесь! Ой, уже поздно!

Отверстие и холодноватый свет по-прежнему были видны, но Джил исчезла.

- Джил! Джил! - в отчаянии кричали они. Ответа не было.

- Ты что, не мог её удержать? - возопил Юстэс.

- Не знаю, - тяжело вздохнул квакль. - Такой уж я уродился, неудачник. Судьба, что называется. Из-за меня погибла Джил, я ел говорящего оленя - всё не вина моя, а судьба.

- Позор нам и печаль! - сказал принц. - Мы послали отважную юную деву в стан врагов, а сами - в безопасности.

- Ну, не так уж всё плохо, - возразил Хмур. - Мы не в безопасности, мы умрем с голоду.

- Интересно, а я смогу пролезть там, где Джил? - спросил Юстэс.

А с Джил произошло вот что. Когда она высунула голову из дыры, то оказалась не в люке, а как бы на балконе. Она так долго была в темноте, что поначалу ничего не могла различить и разобрала только, что вокруг не солнечный дневной мир, как она надеялась. Воздух был мертвяще-холодным, свет - бледно-голубым. Что-то шумело, в воздухе летали какие-то белые шары. Затем она услышала топанье ног, звуки скрипок, дудочек и барабана. Джил осмотрелась. Она выглядывала из дыры в склоне холма. Все было белым-бело, вокруг толпилось множество существ, и она открыла рот от изумления, узнав невысоких ловких фавнов и дриад с волосами-ветками. Приглядевшись, она поняла, что они танцуют, но танец их столь сложен, что разобраться в нём сразу никто бы не смог. До неё вдруг дошло, что бледный свет исходит от луны и что белизна кругом - снег. В тёмном морозном небе сияли звёзды, тёмные колонны позади танцующих оказались деревьями. Значит, путники не только поднялись в свой верхний мир, но и очутились в самом сердце Нарнии. У Джил голова закружилась от радости, а музыка - весёлая, волшебная, лёгкая, исполненная добрых чар, - привела её в полный восторг.

Всё это быстрее увидеть, чем описать. Джил почти сразу повернулась, чтобы сказать друзьям: «Знаете, всё отлично! Мы выбрались, мы дома!» - но произнесла только «знаете», и вот почему. Вокруг танцующих кольцом кружили гномы в лучших своих нарядах. На головах у них были красные капюшоны, отороченные мехом, с золотыми кисточками, а на ногах - высокие меховые ботинки. Они бросались снежками, это и были те белые шары, которые видела Джил. Они не швыряли их в танцующих, как глупые мальчишки, - нет, они бросали их в такт музыке, и столь точно, что, если бы танцоры ни разу не сбились с ноги, ни один снежок не попал бы в живое существо. Танец этот - Большой Снежный Танец - исполняют ежегодно в первое снежное полнолуние. Конечно, это ещё и игра, потому что танцоры нет-нет да сбивались и получали снежком в лоб, и никто не насмехался, все радовались. Если танцуют уж очень хорошо, снежок ни в кого не попадает. Когда мороз, и уханье сов, и лунный свет разгорячат лесных созданий, они пляшут до утра, и я бы очень хотел, чтобы вы их увидели.

Едва Джил произнесла «знаете», она запнулась просто потому, что огромный снежок, пролетевший между танцорами, попал прямо в неё и залепил ей рот. Сейчас она не обиделась бы, если бы в неё попали и двадцать снежков; однако с набитым ртом говорить невозможно. Когда Джил выплюнула снег и обрела голос, она почти всё забыла от возбуждения. Она просто высунулась из дыры, как могла, и закричала танцорам:

- Помогите! Помогите! Мы зарыты в холме! Откопайте нас!

Нарнийцы, никогда не замечавшие дыры, очень удивились и стали осматриваться. Наконец они поняли, откуда идёт голос. Увидев Джил, они бросились к ней, мигом взобрались на бугор и протянули к ней руки. Джил ухватилась за них и вывалилась из дыры в снег. Она поднялась и сказала:

- Давайте откопаем остальных!.. Там трое людей и две лошади. Там принц Рилиан!

Её окружила толпа, потому что, кроме танцоров, здесь было много зрителей, которых она сначала не заметила. Белки посыпались с деревьев вперемешку с совами. Ежи спешили на коротких лапках, медведи и барсуки шли степенно. А пантера, взволнованно крутя хвостом, присоединилась к обществу последней.

Едва они поняли, что сказала Джил, как развили бурную деятельность.

- Живо за лопаты! - крикнули гномы. - За кирки! - И помчались к лесу.

- Разбудите-ка кротов, им и копать, - сказал кто-то. - А что она там сказала о принце Рилиане?

- Тсс! - прошипела пантера. - Бедная девочка не в своем уме. Шутка ли, столько пробыть внутри холма! Не понимает, что говорит.

- Вот именно, - сказал медведь.

- Да нет, она сказала, что принц Рилиан - это лошадь, - возразил кто-то.

- Нет, не говорила! - дерзко крикнула белка.

- Говорила, - возразила другая, еще более дерзкая.

- Да чт-т-то вы! Это п-п-правда! Какие вы глупые! - говорила Джил, стуча зубами от холода.

Дриада накинула на неё меховой плащ, а один услужливый фавн поспешил в пещеру за горячим питьём. Он ещё не вернулся, когда гномы принесли лопаты и заступы и работа закипела. Тут Джил услышала крик: «Эй, что ты делаешь! Опусти-ка меч!», а потом: «Ну, ну, юноша, полегче», - и даже: «Да, норов у него!» Джил поспешила к этому месту и, не зная, плакать ей или смеяться, увидела в дыре бледное и грязное лицо Юстэса. Он неистово размахивал мечом, пытаясь проткнуть всякого, кто к нему приблизится.

Конечно, для Юстэса последние минуты проходили совсем не так, как для Джил. Он слышал её крик и видел исчезновение. Как и принц и Хмур, он думал, что её схватили враги. Он решил, что дыра ведёт в другую пещеру, освещённую каким-то жутким светом и населённую неведомыми злыми тварями. Когда он уговорил Хмура подставить плечи и ему, выхватил меч и высунул голову, он проявил большую храбрость. Другие бы тоже так сделали, но для них дыра была уж слишком мала. Юстэс был побольше Джил и не так ловок, вылезал он неуклюже и обрушил вниз целый сугроб. Когда он смог разглядеть хоть что-то, к нему мчались десятки странных существ; удивительно ли, что он стал защищаться?

- Юстэс! - закричала Джил. - Это друзья! Неужели ты не видишь? Мы в Нарнии. Всё хорошо.

Тут Юстэс всё понял, извинился перед гномами (они сказали: «Не за что, не за что!»). Множество коротких волосатых рук протянулось к нему. Джил сунула голову в тёмный проём и крикнула добрую весть остальным. Когда она снова подняла голову, то услышала, как Хмур сказал: «Бедная Джил! Столько испытаний! Последняя капля... Повредилась умом... Ничуть не удивляюсь! Вот всякое и мерещится!..»

Юстэсу тоже принесли тёплый плащ и горячий грог. Пока они с Джил медленно пили его, гномы очистили весь снег вокруг дыры, так же весело работая кирками и лопатами, как плясали десять минут назад. Здесь на холоде, при лунном свете, под крупными нарнийскими звёздами (они там ближе, чем у нас), среди добрых весёлых лиц трудно было поверить, что где-то существует Подземье.

Грог ещё пили, когда появилось с десяток заспанных и недовольных кротов. Едва услышав, в чём дело, они охотно включились в работу. Даже фавны помогали, отвозили землю в маленьких тачках. Белки скакали туда и сюда, медведи и совы давали советы, и все уговаривали детей пойти в пещеру и поужинать у огня. Но дети и слышать не хотели об этом прежде, чем их друзей освободят.

В нашем мире никто не может так хорошо рыть землю, как гномы и кроты в Нарнии. Правда, они не считают это работой, они любят копать. Очень скоро в холме открылась большая дыра. Из темноты на лунный свет вышло длинноногое создание в остроконечной шляпе (те, кто не видел кваклей, могли бы испугаться). За ним, ведя за поводья лошадей, следовал принц Рилиан.

Когда появился Хмур, со всех сторон раздались крики: «Да это же квакль! Хмур с Восточных болот! Как поживаешь, старина? А тебя ищут! Лорд Трам издал указ, назначил награду!» Но все смолкли в один миг, едва увидели принца, - так замирает шум в классе, если заглянет директор. Все сразу поняли, кто это. Многие звери, гномы, дриады и фавны помнили его, а те, кто постарше, - и самого короля в молодости (принц был очень похож на отца). Но его узнали бы всё равно. Он был бледен, растрёпан, утомлён, в чёрной пыльной одежде, но что-то было в его лице, что есть у всех славных королей Нарнии, правящих волей Аслана и восседающих в Кэр-Паравале на троне короля Питера. Все сразу обнажили головы и преклонили колена. А в следующий миг запрыгали, закричали, стали кувыркаться, целоваться, обниматься, так что у Джил даже слёзы выступили на глазах.

- Ваше высочество, - произнёс старший из гномов, - мы просим вас отведать вон в той пещере наш скромный ужин, приготовленный по случаю Снежного Танца...

- Охотно, - ответил принц. - Наверное, ни один принц, рыцарь или медведь не были так голодны, как мы.

И все двинулись к пещере. Джил слышала, как Хмур говорил своим ближайшим спутникам:

- Нет, нет, моя история подождёт. Ничего особенного со мной не было. Я хотел бы услышать новости. И не пытайтесь ничего приглаживать, приукрашивать, я хочу узнать всё сразу. Королевский корабль потерпел крушение? Сгорели леса? Прилетели драконы?

А все громко смеялись и говорили:

- Ах, квакли, квакли...

Дети падали с ног от усталости и голода, но тепло пещеры, огонь очага, отблески, пляшущие по стенам, и деревянный стол, как на ферме, и каменный пол, и разноцветная посуда оживили их. И всё же они задремали, пока готовился ужин. А пока они дремали, принц Рилиан рассказывал об их приключениях старейшим зверям и мудрейшим гномам. Теперь всё было ясно: и как злая Колдунья (конечно, та самая, что заморозила некогда Нарнию) убила королеву, а потом заколдовала самого принца; и как она вела подкоп под Нарнию, собираясь разделаться с ней и править от имени принца; и как он даже не подозревал, что земля, где он должен стать королем (лишь по имени, конечно), - его собственная страна. Судя по тому, что случилось с детьми, Колдунья была в сговоре со злыми великанами Харфанга.

- А урок из этого, ваше высочество, можно вывести такой, - сказал самый старый гном. - Ведьмы всегда хотят одного и того же, но в каждом столетии действуют иначе!