Клуб

Макс тяжело вздохнул, оглядывая толпу клуба, куда его затащили друзья. Грохочущая музыка, мигающие огни и слишком яркие наряды раздражали его до крайности. Он ненавидел такие места. Пьяные разговоры, поверхностные знакомства и попытки пустить пыль в глаза — всё это казалось ему бессмысленным.

Но хуже всего было то, что среди всей этой толпы ему постоянно попадался на глаза один и тот же человек.

Шарль.

Шарль был тем, кого он мог бы назвать воплощением раздражения, если бы слова имели форму. Невысокий, стройный, в облегающих чёрных джинсах и рубашке, расстёгнутой на две пуговицы слишком низко для его вкуса. Каштановые волосы, слегка завитые на концах, растрёпаны так, будто он только что вышел из постели, но Макс подозревал, что этот эффект стоил Шарлю полчаса у зеркала. Светло-зелёные глаза, которые подмигивали то одному, то другому собеседнику, дополняли образ полного самодовольства.

— Этот тип выглядит так, будто живёт в Instagram, — пробурчал Макс, делая глоток виски.

— Ты опять на него злишься? — усмехнулся Алексей, сидящий рядом. — Может, попробуешь расслабиться?

— Я злюсь не "опять", а всегда.

Макс не понимал, почему Шарль так бесил его. То ли из-за своей уверенности, то ли из-за манеры вести себя так, будто всё вокруг существует исключительно для его развлечения. Каждый раз, когда они оказывались в одной компании, Шарль обязательно находил способ задеть его.

Как сейчас, например.

— Макс! — раздался голос Шарля позади.

Он развернулся и тут же столкнулся взглядом с нахальной улыбкой.

— Я и не знал, что ты посещаешь такие места, — протянул Шарль, вставая рядом. — Решил попробовать что-то новое?

— Почему ты думаешь, что это тебя касается? — огрызнулся Макс.

— Ну, я же не мог пройти мимо. Ты здесь выделяешься... — он медленно провёл взглядом по его строгому чёрному пиджаку, явно неподходящему для такого места. — Как библиотекарь, затерявшийся на рейве.

Макс сжал стакан так, что костяшки побелели.

— Лучше быть библиотекарем, чем... тем, кем являешься ты.

Шарль фальшиво ахнул, приложив руку к груди:

— О, как больно, Макс! А я-то думал, что мы уже почти друзья.

— Знаешь, что смешно? — процедил Макс, резко наклоняясь ближе, чтобы его голос был слышен поверх музыки. — Я даже не хочу знать, что ты думаешь.

Но, вместо того чтобы уйти, Шарль лишь усмехнулся, как будто получил именно ту реакцию, которой добивался.

— Отлично. Значит, мы всё-таки поговорим.

Следующий час Макс провёл, пытаясь игнорировать Шарля. Но тот, как назло, появлялся рядом всякий раз, когда он думал, что наконец-то избавился от него.

Каждая реплика Шарля была колкостью. Каждое его движение — вызовом. Но чем больше Макс злился, тем яснее понимал, что за его раздражением скрывается ещё что-то. Что-то, что он не хотел признавать.

Когда Шарль вдруг наклонился ближе, чтобы сказать что-то прямо в ухо, Макс почувствовал, как его сердце пропускает удар.

— Знаешь, что мне в тебе нравится, Макс?

— Что? — процедил он сквозь зубы, ожидая очередной насмешки.

— То, что ты пытаешься меня ненавидеть, но у тебя это плохо получается.

Макс резко повернулся, чтобы сказать что-то резкое, но слова застряли в горле, когда он увидел взгляд Шарля. Он был другим. Не насмешливым, не самодовольным — тёплым и, кажется, искренним.

Это его окончательно выбило из равновесия.

— Ты просто слишком любишь раздражать людей, — пробормотал Макс, делая шаг назад.

— Может быть. А может, я просто люблю раздражать тебя, — ответил Шарль, его голос прозвучал тише, почти мягко.

И в этот момент Макс понял, что ненависть, которую он испытывал, давно перестала быть только ненавистью.