Часть 23. Начать всё сначала

[Вас приветствует Система. Добро пожаловать в мир новеллы «Луна и солнце». Вы попали в тело персонажа Юн Хэна, являющегося лучшим другом главного героя. На данный момент вашему персонажу 15 лет] проговорила программа, заставив юношу резко открыть глаз.

— Что? Почему я....

[Должно быть, вы знаете о печально исходе вашего персонажа? Система даёт вам на два варианта пути:

1: Вы можете идти по сюжету. В таком случае вам доступны все преимущества вашего персонажа и его жизнь, но в итоге закончить так же, как и обладатель данного тела

2: Вы можете менять сюжет истории, но в таком случае... ]

— Хватит! — заткнул программу переродившийся, даже и думать не желая проходить через все строки новеллы заново, — Можно мне сразу выйти? Я не хочу больше нести ответственность за других своими действиями. Я не хочу... — сев на колени, парень сжался в комок, помня мгновения своих последних минут жизни, — Снова навлекать неприятности на тех, кто мне дорог...

Хоть сейчас перед Мин Вэньянь открывалась идеальная возможность начать всё с чистого листа, он не хотел снова марать бумагу. Он не герой и никогда им не станет. Своим появлением юноша погубил души герой и злодея, заставив и одного и другого спадать из-за его предательства и нерешимости.

[Вас приветствует Система. Добро пожаловать в мир новеллы «Луна и солнце»] вновь заладила программа, и лишь Мин Вэньянь желал крикнуть на неё, как та стала слишком странно себя вести.

[Вас приветствует Система. К сожалению, ваш персонаж выбыл из новеллы: «Луна и солнце».]

[Вас приветствует Система. Добро пожаловать в мир новеллы «Луна и солнце»]

[Вас приветствует Система. К сожалению, ваш персонаж выбыл из новеллы: «Луна и солнце».]

[Вас приветствует Система...]

«Глючит что-ли?» — не понимал юноша действий Системы, то ли встречающая его, то ли провожающая в мир иной. Недавно появившееся поле, куда парень попал изначально, стало растворятся, а сам Мин Вэньянь провалился в пропасть, лишь успев открыть рот и очутиться в новом месте.

С потрясёнными глазами смотря на потолок, парень некоторое время пытался осознать происходящее, но пока понимал лишь то, что находится в какой-то маленькой комнате, лёжа на кровати.

[Вас приветствует Система. Добро пожаловать в мир новеллы «Луна и солнце»]

«Опять глючишь...»

[На сей раз нет] наконец-то ответив чётко, программа удивила парня, без вопроса бросив пояснения, [Вы погибли, поэтому ваш персонаж был удалён из Системы, но позже программа обновилась, и вы ожили]

«Чего блин?» — не понял и слова Системы Мин Вэньянь, всё же думая, что та сломалась...

[Ваш персонаж умер, но другой персона смог Вас оживить. Поэтому вы всё ещё живы и можете продолжать свою роль в романе «Луна и солнце»]

«Другой персонаж? Оживить? Но как...» — на данный вопрос окошко системы растворилась, а в комнату вошёл тот, в котором парень в миг узнал друга. Немного повзрослевшего друга, уже не походившего на могущественного злодея романа, будучи одетым в какие-то дешёвые серые тряпки.

Вэй Чан очень изменился, явно повзрослев на пару лет, но не только этим. Огромные мускулы и весь важный вид уже был не присущ тому, кто стоял напротив Юн Хэна, взирая на него с удивлёнными, красными глазами. Сейчас злодей походил на обычного, второстепенного персонажа, не сильно выделяющегося среди остальных.

Юн Хэн и Вэй Чан смотрели друг другу в глаза, в которых читалось удивление. Никто не смел первый прервать тишину, будто боясь всего одним вздохом растворив столь важный момент.

— Чан...

Всё же сдавшись первым, юноша произнёс лишь одно слово, но оно словно дало злодею сигнал, и тот бросился на друга, заключив того в крепкие объятия.

— Хэн... Хэн ты... ты правда очнулся... — голос демона дрожал, как и всё его тело.

— Видимо, да... — неуверенно изрёк парень, сразу уточнив, — Сколько лет?

— Три года.

Юн Хэн с недоверием посмотрел на демона, но тот не шутил. Со смерти юноши прошло три года, а значит сейчас он именно в том возрасте, в котором умер оригинал.

— Вот, выпей эти травы. Они помогут телу восстановиться, — протягивая другу чашу с какой-то жижей, Вэй Чан выдавал своё напряженно состояние, покуда содержимое чаши ходило ходуном.

В романе чётко были прописаны идеальные руки злодея, что хоть и видели в детстве тяжёлый труд, но после становления Императором забыли что это, превратившись в совершенство. Сейчас же ладони мужчины походили на обычные мужские руки. Никакой гладкости и ухоженности...

— Прости, я снова оставил тебя на столько лет, и...

— Почему ты снова извиняешься? — с растерянным взглядом спросил злодей, — Почему каждый раз я слышу от тебя извиняешься? Ты же не в чём не виноват, это я...

Голос парня звучал хрупко. Казалось, он давно не с кем не говорил, от чего отвык от этого. В прошлом, когда Юн Хэн очнулся, злодей говорил властно, но сейчас в голосе слышали нотки опустошения.

— Нарушил слово и стал монстром...

От слов друга, юноша поднял голову, увидев мрак в глазах демона. Тот всё ещё помнил о том, как дорогой человек назвал его: «Монстром». На сколько сильно одно слово может ранить душу? А слово произнесённое дорогим человеком? Юн Хэн догадывался, что это слово ударило по Вэй Чану сильней, чем от полученного удара мечом в грудь.

— Чан, это не так. Ты не монстр и я никогда не считал тебя таковым! Честно, это была ошибка и...ке! — не сумев договорить, юноша ощутил жжение в горле, от чего разговор был прекращён.

Вэй Чан сразу же подал человеку чашу, которую тот тут же выпил. Юн Хэн ощущал слабость в теле, но не такую сильную, как при первом пробуждении. То ли из-за короткого срока, то ли из-за своих сил, что уже помогали заклинателю восстановиться.

Выпив лекарства, юноша на некоторое время уснул, а проснувшись увидел за окном темноту. Приподнявшись, Юн Хэн заметил, что одет в чистые, беле одеяние, в то время как на Вэй Чане висели коричневые тряпки. Что это за одежда и откуда злодей её достал, юноша даже не хотел спрашивать.

Обойдя небольшой домик, Юн Хэн поразился умелости демона. Хоть помещение имело максимум пятидесяти квадратных метром, но сделано в них всё на совесть из зелёного бамбука. По мимо комнаты, где проснулся переродившийся, в помещении так же имелась кухонная зона и уборная.

Не найдя злодея в доме, парень вышел на улице, сразу заметив одинокую фигуру, сидевшую на ступеньках. Услышав скрип, Вэй Чан обернулся, сразу же привстав с места, с волнением подойдя к дорогому человеку.

— Зачем ты встал? Ты же только проснулся, тебе нужно отдыхать и...

— Всё хорошо. Я отдыхал целых три года, так что выспался на совесть. — остановив заботу демона, парень прошёл вперёд, сев на ступеньки.

Присоединившись к человеку, Вэй Чан вновь поднял голову на тёмное небо. Два друга расстались на печальной ноте, а затем не говорили друг с другой три года. От этого у них должен был произойти сильный разрыв, но от чего-то Юн Хэн не ощущал его.

Проснувшись в первый раз, парень не мог спокойно принять нового Вэй Чан, каждый раз видя в нём чужого. Взгляд злодея, его слова и действия... Всё это вызывало в человеке тревогу, но сейчас... Перекинувшись всего парой слов, Юн Хэн от чего-то тянулся к злодею, чувствуя, что на этот раз он настоящий...

— Так красиво... — проговори человек, видя в небе миллионы звёзд, а дальше поля и горы. — Вэй Чан, а ты когда-нибудь задумывался о том, как звёзды похожи на нас? — вдруг выдал Юн Хэн слова злодея многолетней давности.

С удивлением повернув голову на человека, парень сначала выглядел озадаченно, но затем опустил голову, смотря уже не на небо, а в землю. Казалось, что поднявшись в небеса, злодей вдруг рухнул с самых высот в самые низы, больше не желая тянуться к ним.

— Помню, что когда-то желал стать луной, но лишь сейчас понимаю твои слова... — проговорил Вэн Чан, с грустной улыбкой взглянув на юношу, — Быть луной и вправду жутко одиноко....

Поняв к чему клонит злодей, Юн Хэн задумался. Вэн Чан вечно ощущает себя никому не нужной пешкой, потому желал стать Императором всего мира, дабы все склонили перед ним головы. Но теперь он понимал, как ужасно быть луной, восседая над пешками, при этом обрекая себя на вечное одиночество.

— Я очень хотел стать самым великим. На столько сильным, чтобы никто не смог одолеть меня или... — кулаки демона сжали, а веки прикрылись, — Бросить меня.. Но в итоге лишь вызвал гнев всего мира и оттолкнул тебя. Мне так жаль.

«Это мне жаль» — желал сказать юноша, но понимал – эти слова не надут никакого толку. В чём смысл жалеть о том, чего не вернуть? Жалеть об испорченном сюжете? Всё уже случилось, и остаётся лишь пожимать плоды своих многолетний трудов, большую часть из которых Юн Хэн провёл во сне.

— Мы оба хороши. Нет, чтобы поговорить друг с другом и ничего не скрывать, начали злиться и врать друг другу. Я больше так не хочу... — облокотившись на плечо демона, Юн Хэн ощущал как тот напряжён.

Кажется, злодей ожидал совсем иной реакции от проснувшегося человека. Возможно, Вэй Чан боялся, что открыв глаза дорогой друг продолжит называть его «Монстром», а может и вовсе больше никогда не заговорит с ним...

— Но, всё же я правда виноват перед тобой. Ты так долго ждал меня, и каждый раз спасал с того света, а я лишь разжёг в тебе ту ярость... — вспоминая ужасные слова дорогого демона, Юн Хэн ощутил себя настоящий монстром... — Не знаю, как теперь смогу расплатиться тебе за все эти годы ожидания

— Я вовсе не хочу, чтобы ты заплатил мне за что-то... — произнёс он вслух, но не смотря на человека, словно обращаясь к самому себе. — Я просто не мог обуздать свой гнев, потому что с твоего пробуждения, я ни разу не видел тебя счастливым. Тебе всё не нравилось, и чтобы я не делал, всё было не то...

От данных слов Юн Хэн ощутил себя капризной дамой. Да, он правда вечно ворчал в Царстве демонов, но только потому, что ему действительно не нравилось то место. Оно не было его домом, а владыка в нём не был его... Вэй Чан вечно был занят, а в свободное время словно надевал маску, пытаясь быть милым и услужливым, но на деле желая просто отдохнуть и по случайности не выплеснуть гнев на любимом. Тяжёлое было веря...

— Я был готов мериться с этим и работать над собой, чтобы тебе было хорошо. Но, когда ты ушёл с ним... — Вэй Чан сжал дрожащие кулаки, помня тот ужасный день, — Я словно сошёл с ума. Мне хотелось уничтожить весь мир и самого себя за то, что не смог уберечь то единственное, что мне дорого. Я.. я желал скорейшей встречи, но увидев тебя с чужими воинами я испугался и подумал... — запинаясь, повторил он, — Что ты и вправду ушёл от меня навсегда... Что ты предпочёл остаться с ними...

— Это не так! — взяв демона за руку, Юн Хэн желал докричаться до него, но тот не стал поднимать взгляда, всё так же смотря в землю.

— Возможно, но когда я протянул тебе руку, ты смотрел на меня как на... — с трудом справляясь с собой, он закончил дрожащим голосом: — Монстра...

— Ты не монстр! — крикнул юноша, подскочив с места и теперь стоя над злодеем, закрывая всё небо собой одним, — Чан, мои слова были ошикай! Я никогда не считал тебя монстром! — приложив руку к груди, парень клялся в своих словах, ведь это было правдой, — Ты единственный в этом мире, о ком я так много думаю и с кем желаю прожить свою жизнь, и...

Юн Хэн остановил свои речи, поняв, что они не сходятся с действиями. Юноша ушёл от Императора демона для защиты людей. Парень дал Вэйч Чану выбор: или я, или власть. А ведь герой поступил так же, и после этого их дружба распалась. «Так чем же я лучше?» — говоря так уверенно и громко, Юн Хэн опустил руки и глаза, чувствуя стыд перед злодеем. Почувствовав, как человек погружается в мрак, Вэй Чан так же поднялся на ноги, теперь стоя с ним на ровне, но будучи на голову выше.

— Когда ты упал, я находился на грани, но смог совладать с собой и броситься к тебе на помощь. Успев поймать в последний момент, я сразу же вложил все свои силы в твои раны, но даже это не помогало спасти тебя, поэтому мне пришлось ввести тебя в кому...

Юноша поднял голову, наконец встретившись с кроваво-красными глазами демона. Вэй Чану трудно вспоминать тот день, когда он из-за своего гнева чуть не погубил самое дорогое, но он не хотел больше скрывать ничего от друга, помня как прошлая тайна чуть не стала для них фатальной.

— Я думал над тем, чтобы отнести тебя в свой дворец и там заняться лечением. Думал всё начать с начала, но вспомнив твои слова остановился...

«Если продолжишь, то потеряешь меня» — как эхо произнеслись собственные глаза в ушах Юн Хэна. «Я правда так сказал?» — замялся парень, опустив голову, ещё больше стыдясь за свои необдуманные речи, — «Я столько сделал и наговорил... Как он может прощать меня после всего?» не понимал юноша, но рука демона вдруг ухватила его подбородок, вновь приподняв вверх.

— И сделал выбор. Хэн, я больше не император и не имею ничего, кроме этого маленького домика, который я сам построил. Простишь ли ты меня за то, что я обманул тебя и запечатал силы? Мне правда очень жаль, я лишь хотел уберечь тебя, зная как мир ужасен и жесток...

Юн Хэн поразился нежностью и преданностью своего злодея. Бросить всю власть, доставшуюся ему большим трудом, Вэй Чан сделал это только чтоб не выглядеть в глазах дорогого человека монстром, даже не зная простит ли он его после пробуждения или нет. Это казалось таким отчаянным и безумным шагом, на который вряд ли пошёл бы сам герой.

Обычно герои готовы убить даже самого дорогого человека ради мира. Злодей же желал поработить весь мир ради одного единственного. Это не могло не тронуть Юн Хэна, больше не храня в душе желания быть «Героем», решив перейти на иную сторону.

— И ты прости. Я слишком много думал о лишнем, но теперь обещаю, отныне... — обняв дорогого демона, парень впервые за долги годы ощутил в груди те самые чувства, которые явились ему перед их последней встречей в лесу. Это была настоящая любовь... — На первом месте я буду думать о тебе.

Услышав данные слова, Вэй Чан с удивлением бросил на человека взгляд, не веря, что тот может выбрать его, а не весь мир. Но Юн Хэн мог. Да, ему жаль рабов и захваченные города, но пусть с этой неразберихой занимается герой, а он отныне заживёт обычной жизнью с тем, кто так дорог его душе.

Хватит с него героизма...

— Чан, я люблю тебя, — прошептал юноша, сам не поняв как это произошло, но в миг завёл бедного злодея.

Кожа Вэй Чана покрылась мурашками, а нижняя часть значительно приподнялась. Думал ли злодей, что когда-то услышит эти слова? Только если во снах...

— Чтож, я согласен на такой ответ, — будучи невероятно смущённым, Юн Хэн уже ничего не стыдился рядом с демоном, открыв ему самую глубину души, в которую ещё никто не смел заходить...