Глава 2

Дорога заняла не больше 10 минут. Мы, полностью, уложились по времени. Дашка шла очень счастливая, и, неудивительно, ведь каждый год - это новые знакомства. Да, Дашка любит быть в центре внимания. Ей только повод дай лишний раз покрутится. Хотя, о чем я говорю? Ей можно даже не давать повод, она сама его найдёт. Тем не менее, я не разделяю её радости. Во-первых, я никогда не любила быть в центре внимания, всегда предпочитала тихие компании, с людьми, которых я хорошо знаю. Со стороны может показаться, что я девочка-паинька, но, я просто беспокоюсь за свою безопасность. Сколько всяких разных случаев. Бррр! Лучше и не знать. Во-вторых, я от старых знакомых отойти, до сих пор, не могу, куда уж там новые. Ничего личного, просто ненавижу одну компанию. Компанию, самых ужасных людей, которые вызывают ненависть до скрежета зубов, до ненавистной боли в теле. Не знаю, что ещё можно сказать, чтобы показать свою ненависть к ним.

Подходя к школе, мы как всегда увидели толпу людей. И так каждый год, история повторяется. Ух, как я ненавижу эти толпы людей, которых просто бесконечность. Они никогда не заканчиваются. Здесь можно увидеть самых разных людей. На разный вкус и цвет. В большинстве, родителей, которые пришли провожать своих детей в школьную жизнь. Они даже не представляют, что их там ждёт. Сколько они испытают боли и прольют слез.

"Удачи", - лишь могу прошептать им я, но они наврядли меня услышат.

Я иду вперёд, сквозь толпу, прямо за Дашкой. С великим трудом, мы протискиваемся прямо к сцене. На ней уже стоит довольный директор и завуч, готовые выдать свою речь. Каждый год, по мне, одинаково скучную и однообразную. Нина Васильевна, наш директор. Женщина за 50, но в  полном расцвете сил. Никогда не любит, когда речь идёт о возрасте, ведь в душе ей всегда 18. Небольшого роста, узенькая в плечах, всегда выглядит потрясно. Даже не скажешь, что ей за 50. Екатерина Викторовна, наш завуч. Молодая девушка, прилетевшая с Питера 5 лет назад, тоже с небольшим ростом, но, на каблуках выглядит просто замечательно. Чтоб вы знали, она такая молодая, что сначала наши мальчишки приняли её за ученицу. Ой, как мы тогда хохотали, а мальчики получили хороший выговор. Эх, были времена.

Время 8:35. Все встали, как по струнке. Такие нарядные. Такое бывает, лишь 1 сентября. Дашка, что-то очень воодушевленно, печатала в телефоне. Я не стала её беспокоить. Смотрела, как заколдованная, на сцену. Как-будто, в ней таилась какая-то скрытая сила. Магия, которая пленяла. Сзади же, я услышала перешептывания и смешки.

-Ну, что? Ты готова? - рядом со мной, вдруг, зашептала Дашка

-Ну, а что тут готовится? Только, если переживать. Да, я переживаю, ведь спокойные дни для нас закончились, - шепнула я Дашке в ответ.

-Ой, да ну тебя, - Дашка закатила глаза, - Смотри, начинается, - она показала в сторону сцены.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Да, я готова. Рядом с Дашкой, мне ничего не страшно.

Перед самым началом, прозвучал гимн Российском федерации, и, мы стояли смирно, позже, началась речь. Казалось, она ничем не изменилась. Нам пожелали хороших отметок, удачи и успехов в новом учебном году, бла-бла-бла. Екатерина Викторовна же, её закончила и попросила всех, аккуратно, без спешки, подойти к своим классным руководителям и пройти в кабинеты. Нам, с Дашкой, пришлось идти с самого начала. Точнее, снова протискиваться сквозь толпу. На этот раз, я шла спереди и вела за собой Дашку. Мы медленно и верно шли к цели, пока....Пока я не оступилась и не упала прямо перед какой-то компанией. Когда я подняла глаза, я обомлела. Это был Влад и его свита. Не знаю, что было ужаснее: упасть перед свитой Влада или испачкать свое новое пальто. Чувствовала себя униженной и втоптанной в грязь.

-Ух ты, какая куколка. Парни гляньте. Прям сама свалилась к моим ногам, - они выглянули и засмеялись.

Я сидела, опустив голову вниз. Дико болела нога. Не могла даже пошевелиться. Тут подбежала Дашка.

-Сашка, родная, ты как? - она села на корточки и начала причитать, - Где болит? Сашка, не молчи.Дико ныла нога. Пульсировало всё тело. Такое чувство, что температура, мгновенно, поднялась до 40 градусов и ,снова, опустилась до 36. Он отодвинул Дашку в сторону и сел на корточки передо мной.

-Где болит? - твёрдо сказал он.

Я могла видеть его волчьи глаза. Одинокие, но, как небо, чистые и голубые. В них можно было запросто утонуть. Именно я, представляю его в образе волка.

-Так, понятно. Говорить не хотим значит, - он увидел, что я держусь за ногу и надавил на то место. Я только вскрикнула.

-Ай!!!

Из глаз невольно брызнули слезы. Была такая невыносимая боль, словно мне сломали тысячу костей разом.

-Идиот! Ей же больно!! Ты не видишь? - Дашка завопила и присела рядом со мной, - Тише, я тебе сейчас помогу.

-Уйди. Я сам, - он перешел на крик, но тут же успокоился, когда Дашка отошла.

-Что же Вы такая невнимательная, Александра? - словно насмехаясь, сказал он мне, - Не умеете ходить на каблуках, не ходите.

ОН унижал меня. И с каждым его словом, мне становилась больнее, словно сердце резали ножом.

-Не твоё дело, Орлов, - только и смогла сказать я.

-А ты не изменилась, Александра, - он встал, отряхнул руки, подошёл к своей компании.

Я слышала, как он что-то говорил своим, и только сейчас заметила, что Дани, среди них, не было. Неужели, набрался ума и ушёл от этих дураков. Я бы даже похлопала ему.

Я потихоньку попыталась встать. Дашка была моей опорой. Поддержала меня, и вот я уже на ногах. Мальчишки разошлись, народ весь ушёл. Влад повернулся ко мне и собрался идти на встречу, как у меня подкосились ноги. БУМ! И я уже в чьих-то руках. Черт! В руках Влада, кого же ещё? Он держал меня на руках. Я видела, как у Дашки отвисла челюсть, она просто застыла, как кукла.

-Кто тебя просил вставать, вот скажи? - он устало вздохнул и сказал Дашке, - Скажи, что я отнесу её в мед.кабинет.

-Ок. Саша, я напишу, - сказала она немного растерянно и пошла. Мне кажется, она будет долго приходить в себя.

-Ну, что ж, пошли, горе ты луковое, - я увидела, как он улыбнулся, а у меня пошли слезы.

"Горе ты луковое." Именно так, звала меня моя бабушка до смерти. Я очень сильно по ней скучаю. Никто меня так не любил, как бабушка. Она уделяла мне столько внимания, сколько никогда не уделяла мама. Всегда говорила, что диеты - это ерунда. Говорила мне, что я в отличной форме и кормила меня вдоволь. Когда я была маленькая, я была жуткая непоседа. Очень часто била коленки в кровь, играя на улице. Я любила активные игры, и, иногда даже играла с мальчишками. Бабушка обрабатывала мои раны, а я плакала от жгучей боли. Она всегда успокаивала и говорила: "Терпи, казак, атаманом будешь." Сейчас, я понимаю. Ни одна моральная боль не сравнится с физической. До сих пор помню каждое её слово и каждый жест.

"Бабушка, если ты меня слышишь, я очень скучаю. Мне так тебя не хватает."

Слезы текли из моих глаз, сменяясь всхлипами.

-Эй, ты чего рыдаешь? Успокойся. Ну, - он посмотрел мне в глаза, но я отвела взгляд.

Забота. Ненависть. Тепло. Любовь. Всё смешалось в эту минуту. Это мгновение. Я чувствовала аромат его дорогого парфюма и потихоньку сходила с ума. Наверное, на моем месте, сейчас, хотела бы оказаться любая, но меня бы здесь тоже не было, если бы не воля случая. Я бы могла прекрасно дойти и сама, но с ним спорить бесполезно. Он даже не спросил меня: хочу ли я, не хочу. Ему плевать на моё мнение. Взял и сделал. Мы оба упрямые и гордые.Вот мы и дошли до мед.кабинета.

-Не сказал бы, что ты тяжёлая, - он аккуратно поставил меня, - Но и не лёгкая, - он усмехнулся, взял меня под локоть, а я залилась краской.

-Спасибо, дальше я сама, - я дёрнулась и чуть не упала.

-Тише. Тише. Спокойно. Куда сама, не смеши, - он, снова, взял меня под локоть, - Не дергайся, куколка, и все будет хорошо.

-Какая я тебе куколка? Хам. Не трогай меня, - я попыталась убрать руку, но безуспешно.

-А ты забавная, - он перехватил мою руку и прижал меня к стене. Сердце начало биться с бешеной скоростью, как-будто выпрыгнет из груди. Щеки залились румянцем. Тело горело. Он приблизился к моему лицу, так близко, что я чувствовала его дыхание.

"Он что? Поцелует?"

Но, в последний момент, он отвернулся и прошептал:

-Пошли, куколка, покажем твою ногу.

Я вздохнула от разочарования.

"Не может быть, эгоист."

Я гордо подняла голову и вошла вместе с ним в кабинет.

"Он мне безразличен. Поскорее бы от него избавиться."