Воздух

Глава 7

— Просыпайся, — тихо сказала Хелен, слегка встряхнув Аннору за плечо.

Аннора медленно открыла глаза. Несколько секунд она непонимающе смотрела на подругу, пытаясь вспомнить, где находится. Она даже не заметила, в какой момент уснула — еще до того, как Хелен села в машину, или уже после.Девушка потерла затекшую шею и тихо поморщилась. Сон в неудобной позе дал о себе знать.

— Давай быстрее, соня. Мы приехали. До вылета осталось всего десять минут, — воодушевленно сказала Хелен.

Аннора окончательно пришла в себя и огляделась.

— А где Энцо? Почему мы здесь одни?

На мгновение сердце неприятно кольнуло.Неужели что-то случилось?

— Да успокойся ты, — рассмеялась Хелен. — Наш красавчик уже на улице. Чемоданы выгружает. А ты, между прочим, нас бросила и сладко спала. Еще и разговаривала во сне.

Аннора удивленно подняла брови.

— Разговаривала?

— Ага. Сейчас вспомню... — Хелен на секунду задумалась. — Что-то вроде: «Перестаньте смотреть на меня, господин...»

Она рассмеялась.

— Имя, к сожалению, разобрать не смогла.

После этих слов воспоминания о сне начали медленно возвращаться. Перед глазами вновь возник высокий темноволосый мужчина. Массимо Моретти. Тот самый человек, который весь вечер выводил ее из себя.

— Кажется... я поняла, о каком господине говорила, — ошарашенно произнесла Аннора.

— Отлично. Расскажешь потом. А сейчас нам действительно пора. Франция сама себя ждать не будет.

Хелен уже потянулась к дверной ручке, собираясь выйти из машины, но Аннора неожиданно остановила ее, осторожно коснувшись плеча.

— Подожди.

По голосу подруги сразу стало понятно — дело серьезное.

— Что случилось?

Аннора несколько секунд молчала, словно собираясь с мыслями.

— Есть кое-что, о чем я могу рассказать только сейчас. Пока Энцо нас не слышит.

Лицо Хелен мгновенно стало серьезным.

— Ты меня пугаешь.

Аннора глубоко вдохнула.

— Сегодня вечером мне передали коробку.

— Коробку?

— Внутри лежала красная роза... и записка.

Хелен внимательно смотрела на подругу, не перебивая.

— В записке была угроза. Кто-то знает, что я улетаю именно этой ночью. И этот человек явно дал понять, что ему известно гораздо больше, чем должен знать посторонний.

Она выдержала короткую паузу.

— О нашей поездке Лоренцо никому не рассказывал. Знали только самые близкие.

Хелен медленно побледнела.

— Подожди...

Она нахмурилась.

— Ты хочешь сказать... ты ничего не сказала своему отцу?

Аннора виновато отвела взгляд.

— Нет.

— Потому что понимала: если он узнает, поездка сразу отменится?

Аннора молча кивнула.

Несколько секунд Хелен просто смотрела на нее.

— Ты с ума сошла? — тихо, но жестко произнесла она. — Аннора, если это люди, которые хотят ударить по твоему отцу через тебя...

Она не договорила.

— Ты понимаешь, что эта поездка перестала быть обычным путешествием? Это уже угроза твоей жизни. Ты должна была сразу рассказать Лоренцо.

Аннора хотела ответить, но в этот момент в окно машины постучали. Обе девушки одновременно повернули головы. За стеклом стоял Энцо. Он открыл дверь и, улыбнувшись, театрально развел руками.

— Милые дамы, я, конечно, понимаю, что частный самолет позволяет опаздывать чуть больше обычного... Но вы так долго мечтали об этой поездке, а в итоге уже семь минут держите меня на улице.

Он демонстративно взглянул на механические часы на запястье.

— Может, все-таки вспомните, что нам еще лететь?

Хелен первой вышла из машины, наградив Энцо своей привычной хитрой улыбкой.Аннора последовала за ней.

Перед ней возвышался белоснежный частный самолет.На мгновение ей показалось, будто все происходящее — продолжение сна. Лишь тревожный взгляд Хелен напоминал, что происходящее совершенно реально.Подруга переживала за нее.И Аннора прекрасно это понимала.Теперь мне действительно придется быть осторожнее.

Поднявшись по трапу, они вошли внутрь самолета. Пилот поприветствовал гостей легким кивком, а стюардессы сразу предложили напитки. От алкоголя все трое отказались.

Полет должен был занять не больше трех часов. Лоренцо специально выбрал ночной рейс. Во Францию они прилетят глубокой ночью — тихо, незаметно и без лишнего внимания.

Анноре так и не удалось снова уснуть.Все три часа полета она сидела у иллюминатора, погруженная в собственные мысли.

Действительно ли мне угрожает опасность?Она вновь и вновь прокручивала в голове содержимое записки.„Птичка покидает клетку сегодня ночью..."

Каждое слово теперь звучало иначе.А если это вовсе не пустая попытка напугать меня?В следующую секунду в голове всплыла другая мысль.Может быть... это мать?Селин была способна практически на все, лишь бы сорвать поездку дочери. Запугать, подстроить неприятности, испортить настроение — подобное вполне соответствовало ее характеру.Но почти сразу Аннора покачала головой.Нет... Это слишком очевидно.Она глубоко вздохнула.Тогда кто?

Неожиданно перед глазами вновь возникло лицо Массимо Моретти.

— Приставучий червь... — едва слышно пробормотала девушка. Даже во сне он не оставлял ее в покое.

А вдруг это он?

Массимо казался человеком, способным узнать практически любую информацию. У него были деньги. Влияние. Люди. Связи.Он мог многое.Но... Нет.

Аннора снова отвергла собственную догадку.

Лоренцо никогда бы не доверил ему сведения о настолько секретной поездке.

Да и во время ужина Массимо вел себя так, будто понятия не имеет о предстоящем отъезде.

Конечно, он был умен.

Очень умен.

Именно это больше всего раздражало Аннору.

Но даже он вряд ли смог бы незаметно пройти через всю систему безопасности Лоренцо.

Тогда кто?

Ответа по-прежнему не было.

                                   ~~~~~~~~

Кресло рядом едва заметно скрипнуло.Аннора повернула голову.Рядом молча села Хелен.Почти весь полет она провела в другом конце самолета, слушая музыку в наушниках и стараясь ни с кем не разговаривать. Аннора знала эту особенность подруги. Когда Хелен сильно переживала, ей требовалось немного одиночества. Поэтому она не мешала ей.

Хелен сняла один наушник, осторожно положила голову на плечо Анноры и почти шепотом произнесла:

— Кто бы это ни был...

Она ненадолго замолчала.

— Прежде чем добраться до тебя, ему придется пройти через меня.

Аннора невольно улыбнулась. Именно за такие моменты она любила свою подругу.

— Энцо тоже ничего не знает? — спросила Хелен.

Аннора покачала головой.

— Нет. О записке знают только три человека. Ты , я  Беатрис.

— Би уже вернулась домой? — удивилась Хелен.

Аннора кивнула.

— Вернулась.

— И ты даже не сказала мне?

В ее голосе прозвучала искренняя обида.

— Я ведь тоже успела соскучиться по этой маленькой фурии. Теперь целый месяц придется ждать нашей встречи.

Аннора тихо рассмеялась.

— Прости. Последние дни были слишком сумасшедшими.

Хелен понимающе улыбнулась.

Несколько секунд они просто молчали. Затем Хелен хитро прищурилась. Аннора сразу поняла, к чему идет разговор. Эту улыбку она знала слишком хорошо. Так улыбалась лиса, почуявшая добычу.

— Ладно... — протянула Хелен. — А теперь рассказывай.

— Что именно?

— Кто такой тот загадочный мужчина, которого ты просила перестать смотреть на тебя во сне?

Аннора тяжело вздохнула.

— Массимо Моретти.

— Так...

— Новый партнер моего отца. Молодой. Очень успешный. Невероятно самоуверенный.

Она скрестила руки на груди.

— И весь вечер действовал мне на нервы.

— То есть красивый?

Аннора бросила на подругу укоризненный взгляд.

— Хелен...

— Что? Я просто уточняю.

— Да, красивый.

— Вот!

— Но ужасно раздражающий.

— Еще лучше.

— Не начинай.

— Даже не собиралась.

Хелен тихонько засмеялась.

— Просто интересно посмотреть на человека, который сумел вывести тебя из себя за один вечер.

Аннора только закатила глаза.

— Поверь, тебе бы он тоже не понравился.

— Посмотрим...

Именно в этот момент рядом раздался знакомый мужской голос.

— Миледи... Я думал, вы обе спите.

Девушки одновременно подняли головы.К ним направлялся Энцо.Выглядел он значительно бодрее, чем при взлете.Правда, лишь потому, что почти весь полет благополучно проспал.Энцо никогда не скрывал, что панически боится летать.Сон был его единственным способом пережить перелет.

Хелен не смогла удержаться.

— Не все так боятся самолетов, как ты.

Она хитро улыбнулась.

— Мы еще даже высоту не набрали, а уже слышали твой храп.

— Предательницы...

Энцо театрально схватился за сердце.

— Зря я вообще согласился лететь с вами.

— Почему? — невинно спросила Аннора.

— Потому что ближайший месяц вы не дадите мне спокойно жить.

— Конечно не дадим, — улыбнулась она. — После этой поездки ты сможешь написать книгу.

— Какую?

— «Тридцать бессонных ночей».

Несколько секунд стояла тишина.Потом все трое одновременно рассмеялись. Энцо лишь обреченно покачал головой.

— Вы совершенно сумасшедшие.

— И ты нас все равно любишь, — победно сказала Хелен.

— Это уже диагноз.

Он сел напротив девушек и наконец стал серьезным.

— А теперь послушайте внимательно.

Из внутреннего кармана пиджака Энцо достал три конверта.

— Здесь новые сим-карты.

Он протянул их девушкам.

— Все необходимые номера уже сохранены.

Следом на стол легли три паспорта.

— И это тоже внимательно изучите.

Аннора открыла документ первой.

— Изабель Лорен...

Она задумчиво улыбнулась.

— Красиво звучит.

Хелен тоже раскрыла свой паспорт.

— Амели Гарнье?

Она недовольно посмотрела на Энцо.

— Почему у меня такая фамилия, а у нее такая красивая?

Энцо усмехнулся.

— Это еще не все.

Он открыл свой паспорт.

— Согласно нашей легенде, я — Ноа Лорен.

Он посмотрел на Аннору.

— Твой старший брат.

После чего перевел взгляд на Хелен.

— А Амели Гарнье...

Он специально сделал драматическую паузу.

— Моя невеста.

Хелен широко улыбнулась.

— То есть почти целый месяц мы будем официально помолвлены?

— Только на людях, — быстро ответил Энцо.

— Какая жалость...

— Не начинай.

Аннора тихо рассмеялась, наблюдая за друзьями.

Энцо тем временем продолжил уже серьезным тоном:

— И еще один важный момент.

Он положил ладони на стол.

— У всех нас французские документы. Но акцент остается  итальянским.

Он посмотрел на Аннору.

— Если кто-то спросит, почему так, ты отвечаешь, что вы с братом родились во Франции, но еще детьми переехали в Италию.

После этого он повернулся к Хелен.

— А ты выросла во Франции, поэтому говоришь без акцента.

Хелен уверенно кивнула.

— Французский у меня действительно почти как родной.

— Отлично.

Энцо удовлетворенно улыбнулся.

— Значит, проблем быть не должно.

Он посмотрел на девушек.

— Все понятно?

Аннора и Хелен переглянулись.

— Да, босс, — одновременно ответили они.

Энцо тяжело вздохнул.

— Чувствую, этот месяц будет очень длинным...

Спустя несколько минут самолет плавно коснулся взлетной полосы.

Франция встретила их тишиной. За иллюминаторами простиралась темная ночь, лишь редкие огни аэропорта мягко освещали посадочную полосу.Когда трап был установлен, друзья спустились вниз. Стоило Анноре сделать первый вдох, как она невольно остановилась.

Прохладный ночной воздух оказался совсем другим.

Свежим.

Легким.

Свободным.

Она закрыла глаза всего на секунду.

Я действительно здесь...

Все происходящее казалось невероятным.

Месяц назад она даже представить не могла, что однажды окажется так далеко от дома — без постоянного контроля, бесконечных обязанностей и вечного давления.

За воротами аэропорта их уже ожидал черный автомобиль.

Возле машины стоял высокий мужчина в темном костюме.

Заметив гостей, он сразу открыл заднюю дверь.

— Добро пожаловать во Францию, мадемуазель.

Аннора вежливо улыбнулась.

— Спасибо.

Мужчина слегка поклонился.

— Господин Лоренцо просил передать, что особняк полностью подготовлен к вашему приезду.

Энцо коротко кивнул.

— Благодарю.

Чемоданы быстро погрузили в багажник, и автомобиль плавно тронулся с места.

                                 ~~~~~~~~

Ночной город завораживал.

Аннора, не отрываясь, смотрела в окно.Она почти ничего не помнила из своих детских поездок во Францию.Тогда она была слишком маленькой.Теперь же каждый дом, каждая улица, каждый фонарь казались ей чем-то новым.

Хелен тоже не скрывала восторга.

— Здесь невероятно красиво...

— Особенно ночью, — тихо ответила Аннора.

Энцо усмехнулся.

— Не расслабляйтесь раньше времени.

Девушки одновременно повернулись к нему.

— Почему?

— Потому что завтра днем вы вообще перестанете смотреть под ноги.

— Почему это?

— Потому что будете разглядывать всё вокруг.

Хелен рассмеялась.

— Абсолютно точно.

Дорога оказалась недолгой.

Через некоторое время автомобиль свернул с основной трассы.

Перед ними появились высокие кованые ворота.

Они медленно распахнулись.

Машина плавно въехала на территорию поместья.

Аннора замерла.

Перед ней открылась широкая аллея.По обе стороны дороги возвышались огромные старые деревья.Их густые кроны почти смыкались над дорогой, образуя настоящий зеленый тоннель.Легкий ночной ветер покачивал ветви.Листва тихо шелестела.Казалось, сама природа приветствовала хозяйку дома.

Никто не произнес ни слова.

Все трое просто смотрели вперед.

— Это... невероятно... — наконец прошептала Хелен.

Аннора медленно кивнула.

Она не могла отвести взгляд.

В памяти начали всплывать давно забытые образы.

Когда-то эти деревья казались ей огромными.

Теперь они стали еще выше. Еще величественнее.

— Их посадил мой дедушка, — тихо сказала девушка.

В голосе прозвучала едва уловимая грусть.

— Я почти не помню этого места... но почему-то оно кажется родным.

Энцо внимательно посмотрел в окно.

— Теперь понимаю, почему твой отец так любит приезжать сюда.

Автомобиль медленно двигался вперед.

Аллея казалась бесконечной.

Лишь спустя несколько минут за деревьями появился особняк.

Белоснежное здание мягко освещалось садовыми фонарями.Высокие французские окна отражали лунный свет. Изящные колонны, балконы с коваными перилами, светлый фасад с голубыми декоративными элементами — все выглядело так, словно дом сошел со страниц старинной европейской сказки.

Даже Хелен потеряла дар речи.

— Вот это...

Она тихо присвистнула.

— Теперь я понимаю, что значит жить красиво.

Аннора улыбнулась.

— Знаешь... — тихо произнесла она. — Мне кажется, именно это я нарисую первым.

Хелен перевела взгляд на аллею.

— Я тебя понимаю.

От этого места невозможно оторваться.

Автомобиль остановился у центрального входа.

Друзья вышли наружу.

Несмотря на поздний час, возле дверей уже горел теплый свет. Дом словно ждал их возвращения.

Поднимаясь по широким мраморным ступеням, Аннора неожиданно почувствовала странное тепло внутри.Она не понимала почему. Ведь большую часть своей жизни она провела совсем в другом доме. Но именно здесь сердце почему-то билось спокойнее.Наверное... так ощущается место, где тебя действительно любили.

Она даже не заметила, как улыбнулась.

Энцо осторожно открыл массивную дверь.

Перед ними открылся просторный холл. Высокие потолки. Широкая лестница из светлого дерева. Французская мебель. Картины. Старинные часы. Свежие цветы в больших вазах. Дом выглядел так, будто хозяева покинули его всего несколько часов назад.

Все было идеально.

В глубине холла послышались тихие шаги.Из коридора вышла пожилая женщина.Она была одета безупречно.Темно-синее платье, аккуратно собранные в длинную косу седые волосы, благородная осанка и удивительно теплый взгляд.

Несмотря на возраст, в ней чувствовалась настоящая французская элегантность.

Женщина остановилась перед Аннорой и мягко улыбнулась.

— Добро пожаловать домой, ma chère.

Аннора смутилась.

— Простите... — тихо сказала она. — Боюсь, я совсем не помню вашего имени.

На лице женщины появилась добрая улыбка.

— Ничего страшного, леди.

Она слегка поклонилась.

— Меня зовут Клара Дебуа.

Женщина посмотрела на девушку с такой нежностью, словно перед ней стоял родной человек.

— Я была близкой подругой ваших дедушки и бабушки.

Аннора почувствовала, как сердце дрогнуло.

Клара продолжила:

— Следуйте за мной.

Она улыбнулась.

— Думаю, сначала вам всем нужно увидеть свои комнаты.

Клара неспешно повела гостей на второй этаж.По дороге она показывала расположение комнат, столовой, библиотеки и гостиной. Дом был меньше итальянского особняка Розавелли, но казался гораздо уютнее. Здесь не чувствовалось холодной роскоши — каждый предмет словно хранил историю семьи.

Комната Энцо оказалась в конце коридора.

Следующая принадлежала Хелен.

— Надеюсь, вам будет здесь комфортно, мадемуазель, — с доброй улыбкой произнесла Клара.

— Спасибо огромное, — искренне ответила Хелен. — Здесь просто невероятно красиво.

— Мне приятно это слышать.

Энцо забрал чемодан и уже собирался пожелать девушкам спокойной ночи, когда Клара неожиданно остановила Аннору.

— Леди... если позволите, я хотела бы поговорить с вами наедине.

Хелен и Энцо понимающе переглянулись.

— Тогда увидимся утром, — сказала Хелен.

— Не проспите завтрак, — усмехнулся Энцо.

— Особенно ты, — сразу парировала Хелен.

Он только закатил глаза и скрылся за дверью своей комнаты.

Аннора осталась с Кларой.

Женщина некоторое время молчала, словно подбирая слова.

Затем остановилась возле последней двери.

— Что-то случилось? — осторожно спросила Аннора.

Клара покачала головой.

— Совсем наоборот.

Она ласково улыбнулась.

— Просто мне хотелось, чтобы именно эта комната встретила вас первой.

Аннора непонимающе посмотрела на женщину.

Клара положила ладонь на дверную ручку.

— Возможно, вы уже ничего не помните...

Она на мгновение замолчала.

— Но именно здесь вы жили каждый раз, когда приезжали к дедушке и бабушке.

Аннора удивленно подняла глаза.

— Правда?

— Конечно.

Клара открыла дверь.

— Ваш дедушка настоял на том, чтобы эта комната принадлежала только вам.

Дверь медленно распахнулась.

Аннора сделала несколько шагов внутрь.

И замерла.

Комната словно сошла со страниц старой сказки.Стены были окрашены в нежный пудрово-розовый цвет. Пол покрывал мягкий белоснежный ковер. Над большой кроватью струился легкий полупрозрачный балдахин.Возле окна стоял туалетный столик с овальным зеркалом. Рядом — изящное кресло.Лунный свет проникал через французские окна , которые выходили на Аллею ,и мягко ложился на мебель.Все выглядело удивительно уютно.Казалось, здесь до сих пор жила маленькая девочка.

Аннора медленно обернулась.

— Это...

Она улыбнулась.

— Это прекрасно.

Клара наблюдала за ней с особенной теплотой.

— Когда вы родились, месье Габриэль лично занимался этой комнатой.

Аннора внимательно слушала.

— Он сам выбирал мебель, сам  выбирал цвет стен. Даже рисунок на шторах утверждал тоже он.

Женщина тихо усмехнулась.

— Мы лишь недавно заменили кровать, старая  была совсем детской.

Аннора провела ладонью по покрывалу.

Ей казалось невероятным, что столько лет спустя комната почти не изменилась.

Взгляд неожиданно остановился на небольшой деревянной коробке, стоявшей возле туалетного столика.

— А что там?

Клара тоже посмотрела на коробку.

Ее глаза стали особенно мягкими.

— Ваши игрушки, ma chère.

Аннора медленно подошла ближе. Она осторожно открыла крышку.Внутри лежали плюшевые игрушки. Фарфоровая кукла. Деревянная музыкальная шкатулка. Маленькие книжки. Ленты для волос. И десятки других вещей. Она аккуратно взяла в руки небольшого плюшевого медвежонка.

На глазах неожиданно выступили слезы.

— Неужели...

Голос дрогнул.

— Неужели все это сохранилось?

Клара кивнула.

— Каждая вещь.

Аннора опустилась на край кресла. Она медленно перебирала игрушки одну за другой.Каждая казалась частью жизни, которую она почти забыла.

— Дома... — тихо произнесла девушка. — У меня ничего не осталось.

Она грустно улыбнулась.

— Когда мы выросли, мама приказала выбросить все наши игрушки. Даже самые любимые.

Клара тяжело вздохнула.

— Мне очень жаль.

Женщина подошла ближе.

— Но здесь никто не позволил бы прикоснуться к вашим вещам.

Аннора подняла на нее благодарный взгляд.

— Спасибо.Правда...спасибо вам огромное.

Клара осторожно коснулась ее плеча.

— Благодарить нужно не меня.

Она улыбнулась.

— Ваш дедушка взял с нас слово. После его смерти никто не имел права выбросить хотя бы одну вашу игрушку. Он говорил...

Женщина на секунду замолчала.

— «Когда-нибудь моя маленькая принцесса обязательно вернется домой.»

У Анноры вновь защипало глаза. Она крепче прижала медвежонка к груди. В этот момент она впервые за долгое время почувствовала себя не наследницей огромной империи Розавелли... А просто внучкой.Маленькой девочкой, которую когда-то очень сильно любили.

Клара некоторое время молча наблюдала за Аннорой.

Затем ее взгляд остановился на прикроватной тумбочке.

— Есть еще кое-что, что должно принадлежать только вам.

Она медленно подошла к кровати и осторожно взяла небольшую фотографию в серебристой рамке.

— Возьмите.

Аннора приняла рамку обеими руками. Стоило ей взглянуть на снимок, как сердце болезненно сжалось. На фотографии была совсем маленькая девочка в светло-зеленом платье. Она широко улыбалась, стоя между двумя пожилыми людьми. Высокий седовласый мужчина крепко держал внучку за плечо, а женщина с добрыми глазами ласково обнимала ее. За их спинами шумела та самая аллея. Та самая, по которой Аннора только что приехала к особняку.

Она невольно провела пальцами по стеклу.

— Дедушка...

Тихо прошептала она.

— И бабушка...

Клара улыбнулась.

— Да.

Несколько секунд в комнате царила полная тишина. Аннора не могла отвести взгляд от фотографии. Перед глазами начали всплывать давно забытые воспоминания. Теплые руки дедушки. Его громкий смех. Бабушка, которая читала ей сказки перед сном. Долгие прогулки по саду. Запах свежей выпечки. Все это она считала навсегда утраченным. Но теперь эти воспоминания медленно возвращались.

— Они ушли слишком рано... — едва слышно сказала девушка.

— Вам было всего пять лет, — мягко ответила Клара. — После смерти месье Габриэля мадам Катрин словно потеряла часть себя. Она прожила без него всего полгода.

Аннора крепче сжала рамку.

— Я помню их...

Голос дрожал.

— Но с каждым годом воспоминаний становилось все меньше.

Клара подошла ближе.

— Знаете...

Она тепло улыбнулась.

— Каждый вечер мадам Катрин заходила в эту комнату.

Аннора подняла глаза.

— Даже когда вас здесь не было. Она подходила к этой фотографии, проводила по ней рукой и говорила: "Когда-нибудь наша девочка обязательно вернется."

Губы Анноры дрогнули. Она больше не могла сдерживать слезы. Они медленно покатились по щекам.

— Они...

Она попыталась улыбнуться.

— Они действительно так меня любили?

Клара посмотрела на нее с удивлением.

— Любили?

Она тихо рассмеялась.

— Нет, дитя. Они  любили вас гораздо сильнее, чем можно описать этим словом. Для них вы были настоящим чудом. Первой внучкой. Их маленьким ангелом. После вашего рождения месье Габриэль изменился. Он стал чаще смеяться.Чаще приезжал сюда. Сам сажал цветы возле окон вашей комнаты. Строил планы, как однажды научит вас ездить верхом, играть в шахматы и ухаживать за садом.

Аннора уже не пыталась скрывать слез.Она смотрела на фотографию, словно боялась отпустить ее хотя бы на секунду.

— Простите...

Тихо произнесла она.

— За что? — удивилась Клара.

— За то... что я почти их забыла.

Женщина осторожно взяла девушку за руку.

— Нет.

Она покачала головой.

— Вы не забыли.Вы были слишком маленькой. Это разные вещи.

Аннора закрыла глаза.Слова Клары словно сняли тяжелый груз с ее души.Несколько минут они просто молчали. Тишину нарушал лишь шелест деревьев за открытым окном.

Наконец Клара мягко улыбнулась.

— Нам с вами еще предстоит много разговоров.

Она осторожно поправила выбившуюся прядь волос Анноры.

— Мне есть что рассказать о ваших дедушке и бабушке. И... о вашей маме.

Аннора удивленно подняла взгляд.

Но Клара лишь загадочно улыбнулась.

— Не сегодня. Всему свое время.

Она ласково коснулась плеча девушки.

— А сейчас вам нужно отдохнуть. Завтра начинается новая глава вашей жизни.

Пожилая женщина направилась к двери.Уже на пороге она обернулась.

— Спокойной ночи, ma chère.

— Спокойной ночи, Клара.

Дверь тихо закрылась.

Аннора осталась одна.

Она еще долго сидела на кровати, держа фотографию в руках.

За окном тихо покачивались деревья, которые когда-то посадил ее дедушка. Теперь она знала, почему эта аллея показалась ей такой родной.Здесь ее ждали. Все эти годы. Даже после смерти.

Спустя почти час Аннора переоделась, бережно поставила фотографию обратно на прикроватную тумбочку и забралась под теплое одеяло. Перед тем как закрыть глаза, она еще раз посмотрела на снимок.На этот раз — с улыбкой.Завтра начиналась новая жизнь.Жизнь, в которой впервые за долгое время у нее появился шанс почувствовать себя свободной.С этой мыслью Аннора наконец уснула.