Глава 3. Точка возврата

Когда Айви открыла стеклянную дверь, воздух внутри показался ей другим. Не из-за температуры или запаха — она не могла это точно описать. Что-то было не так с пространством. Как будто время в этом месте замедлилось на полтона.

Он сидел у окна. За столиком, где обычно сидела она.

Айви остановилась. Ненадолго, почти незаметно, но всё же.

Он не был тем, кого можно представить в её ленте. У него не было «лица», которое запоминается с первого кадра. Одежда — без логотипов. Обувь — с протёртой подошвой. Волосы небрежные, взгляд — прямой. И в этом взгляде было нечто, что её тревожило: отсутствие интереса произвести впечатление.

Он просто смотрел. На неё. Как будто знал, кто она, но не знал — чем она становится.

— Айви, да? — Голос не был ни мягким, ни грубым. Он звучал... живо.

— Вы нашли мой бумажник, — сказала она. Не вопрос, утверждение. В её голосе — привычная резкость. Как броня, отточенная годами.

Он кивнул и достал её кошелёк. Аккуратно положил на стол, не протягивая, не торопя.— Был на скамейке у выхода. Я подумал, что, наверное, вы не привыкли терять вещи.

Айви подошла ближе. Села напротив, не спрашивая разрешения. Слишком многое в этой ситуации уже было не по её сценарию, чтобы она позволила себе выглядеть растерянной.

— Я редко теряю. Почти никогда.Она взяла кошелёк. Проверила. Всё было на месте. Карты, визитки, фото. Даже сложенная вдвое записка, которую она всегда носила с собой и никогда никому не показывала.

— Спасибо, — сухо произнесла она. — Могли бы просто оставить в кафе.

— Мог бы, — согласился он. — Но тогда бы мы не встретились.

Эта фраза прозвучала не как флирт, а как что-то более серьёзное. Как ключ к двери, которую она всегда держала закрытой.Айви слегка напряглась.

— Вам зачем это? — спросила она. — Зачем звонить, ждать, встречаться? Что вы хотите?

Он на секунду задумался.— Интересный вопрос. Может, хотел убедиться, что вы настоящая.Пауза.— Вы кажетесь слишком аккуратной, как обложка. А я всегда был любопытен, что внутри.

В другой ситуации она бы рассмеялась. Или ушла. Или отразила фразой почище.Но сейчас — она просто молчала. Потому что где-то на уровне интуиции почувствовала: этот человек не играет. И не боится её. Это было редкостью. Опасной редкостью.

— Как вас зовут? — спросила она, не поднимая взгляда.

Он улыбнулся — очень едва. Как будто это имя редко звучит в его устах.— Рафаэль.

— Необычно. Француз?

— Почти. Русский. Но отец был наполовину испанец. А мать — художница. Она любила звучные имена. Надеялась, что я стану кем-то красивым. Или хотя бы не слишком скучным.

— И кем вы стали?

— Человеком, который возвращает бумажники.Он сделал паузу.— И задаёт неловкие вопросы.

— Например?

Он посмотрел на неё внимательно.— Вы счастливы?

Секунда. Потом ещё. Айви смотрела на него, словно пытаясь определить, издевается он или нет. Но он не улыбался. Не провоцировал. Просто ждал.

Она встала. Резко. Взяла сумку.— Всего хорошего, Рафаэль. Вы нашли, что искали. Я — нет. Но, возможно, это и к лучшему.

Он не стал её останавливать. Не сказал ни слова.Она вышла, будто спасаясь от чего-то, что уже начало пробуждаться внутри.

На улице был вечер. Глянцевый свет витрин скользил по асфальту. Айви шла быстро, почти бегом. Не потому что спешила.А потому что впервые за долгое время почувствовала: ей нечего ответить.

И это пугало.