Детский страх

 Моё имя Света. Мой страх детства, что останется со мной до гроба – внутренний голос. Конечно, это может показаться странным и смешным. Но на деле это кошмар. Никогда бы никому не пожелала такое испытать на собственной шкуре. Голос до ужаса страшный. Он говорит невнятно, но громко. Голос, будто взрослого мужчины, но с каким-то искажённым звучанием. В нём слышатся и бас, и высокие ноты, но в то же время говорит обычным тоном. Иногда он походит на хрип старика, на ломанный голос подростка, на мягкость девичьего голоса. Тогда начинает казаться, будто говорят абсолютно разные люди, но по стилю речи понимаешь, что это один и тот же обладатель. Голос вселяет страх в меня. Я не могу его не бояться. Он заставляет меня склониться перед его кошмаром.

Первый раз, когда он себя проявил, был вечер субботы. Мне на тот момент было пять лет. Родители задерживались на работе. Отец позвонил моей воспитательнице и сказал, что встретит меня за углом у ворот детского сада. Это было ложью, но воспитательница поверила. Я переодела тапочки на туфельки и вышла из комнаты моей подгруппы. Чтобы пройти к выходу, нужно было пройти коридор, на стенах которого висели портреты клоунов, нарисованные детьми. В коридоре не было окон, а лампочки от долгой службы лопнули ещё утром. Я немного постояла и подождала, когда глаза ко тьме привыкнут. Когда я увидела очертания своих ног и вытянутых рук, пошла вперёд медленными шагами. Коридор был довольно длинным, да и ножки у меня были маленькие. Переход через коридор казался тогда вечным путешествием. Из-за темноты краем глаза мне померещилось, что клоун на картине подвинулся вправо. Я прикусила язык и побежала вперёд так быстро, как только могла. Из-за страха ноги стали ватными, и я споткнулась. Упав, я ушибла коленки и содрала кожу на ладонях. Слёзы стали наворачиваться, и в глазах всё поплыло. Я встала и поковыляла раненая к выходу. Когда дошла, то всем телом навалилась на огромную железную дверь. Она распахнулась, и на лицо пролился свет от фонарного столба. Я широко улыбнулась и подошла к нему ближе. Я всегда восхищалась фонарными столбами. Они освещали путь, борясь с тьмой, бросая мгле вызов. Луна тогда была тусклая в небе, а звёзд вообще не было. Этот фонарь работал, потому что электричество шло от здания детского сада. Остальные же столбы с фонарями не горели. Их включали исключительно в семь вечера. Я прошла к воротам и открыла дверцу. Пройдя через неё, я пошла в направлении дома. Часто я и мама шли домой пешком, чтобы подольше поболтать и насладиться вечером. Ветер дул холодный. Я тёрла ободранными ладонями до крови по плечам, чтобы согреться, коленки болели и дрожали. Шелест листвы, скрип качели, звучание домофона, шорохи заставляли меня вздрагивать и оглядываться по сторонам каждую минуту. Никогда не забуду тот страх, что ощутила. Нет ни единой знакомой души, что-то таинственное будто обходит меня со всех сторон, планируя напасть, множество глаз смотрят на меня. Я не могла ничего с этим сделать. Сердце ушло в пятки, язык проглотила, руки дрожали, ноги не слушались. Мне было совестно идти обратно, но и оставаться на месте нельзя – замёрзну. И в первом и во втором варианте ждал один итог – отругают родители. Я продолжила путь несмотря ни на что.

- Девочка, всё хорошо? – послышался голос сзади. Я обернулась, но из-за тьмы так и не разглядела.

Я решила промолчать и пошла дальше.

- Тебе страшно, я прав? – не отставал он. Его голос прыгал с мягкого тона к грубому.

- Нет, совсем нет! – вскрикнула я.

- Хочешь я провожу тебя до дома? – спросил голос. Он был так нежен, словно говорила заботливая девушка.

Капли слёз скатились с щёк к подбородку. Я нахмурилась и уставилась вниз. Мне показалось лучшим вариантом идти с кем-то и отвлечься от окружения, чем так же, как недавно идти и вздрагивать от любого шороха. Как же я была наивна...

- Хорошо, но давайте говорить по дороге? – согласилась я.

- Без проблем, пугливая девочка. – крякнул голос.

Я рассказала ему о своей ситуации. Голос произнёс, что знает каково это, что у него происходило похожее, но, в отличие от меня, он не пугался мглы, а сам был ею. Я не придала тогда этому значения и просто посмеялась. Поддавшись атмосфере, я рассказала ему своей жизни, о друзьях, о родителях и о себе. Он просто слушал и вставлял своё мнение между моими предложениями. Мне стало неловко, и я решила спросить.

- А ты можешь рассказать что-нибудь о себе?

Он промолчал. Я оглянулась и посмотрела наверх, предполагая, что это был взрослый человек. Через миг зажегся фонарь, и свет ударил мне в лицо. Я потянула руки к лицу и потёрла глаза ладонями. Я посмотрела вперёд, но никого не увидела. Стала оглядываться, но единой души не было и в километре от меня. Я не могла поверить и принять в свой собственный вывод: «Тот, с кем я говорила, не был человеком.» Волосы встали дыбом, брови были подняты вверх, веки широко открыты, зрачки бежали то на одну вещь, то перепрыгивали на другой предмет, губы растянулись в улыбку, зубы стучали, руки дёргались в поисках подходящего места, живот прилип к спине, ноги дрожали, кожа побледнела. Я сжала руки в кулаки и стиснула зубы, рванув с места в направлении дома. Это были самые отвратительные секунды моей жизни.

С того вечера я больше не ходила одна абсолютно никуда. Просила подруг пойти со мной в дневное время и родителей вечерами. Я до ужаса боялась остаться одна и снова услышать этот голос. Тогда я была в отчаянии и страхе во тьме, но потом и на свету я никогда не оставалась одна. Я стала бояться тьмы пуще прежнего и одиночества тоже. Как только я оставалась одна на миг, то вспоминала его голос и убегала к кому-нибудь. Со временем мне казалось это всё абсурднее и нелепее. Когда я пошла в школу, то уже считала тот момент дурным сном, так я верила своему обману. Я забывала про это и стала больше оставаться наедине с самой собой. Тогда он снова заговорил.

В те дни моя лучшая подруга перевелась в другую школу, кроме неё я в классе ни с кем не общалась. Одноклассники стали шептаться у меня за спиной: «Это её бросила подруга?», «Похоже она плохой друг, раз даже её единственная подруга от неё ушла.», «Брошенная игрушка.» и тому подобное. На обеде со мной никто не садился рядом. Групповые работы делала я одна. Ни один не хотел со мной иметь дело.

В среду февраля я задержалась на дополнительных занятиях по математике. Все разошлись, но я осталась решать пример. Решив пример, собрала портфель и легла на парту. Мысли охватили мою голову, я закрыла глаза.

- Почему не идёшь домой, маленькая девочка? – произнёс голос

Я не обратила внимание, подумала, что зашёл старшеклассник.

- Ты боишься их, я прав? – будто подпрыгнул голос. – Неужто угадал? Хе-хе. Ты боишься, что они навредят тебе. Боишься быть в одиночестве. Ты боишься самой себя, поэтому я здесь, чтобы ты не оставалась одна со своим кошмаром!

Последнее предложение голос произнёс со злобой, готовый разорвать меня в клочки. Меня хватил озноб. Я встала и повернулась назад. Никого не было. Я схватила рюкзак и побежала скорее домой. С тех пор я не слышала его. Окончив благополучно школу, направилась в университет. Там я быстро адаптировалась и завела друзей. Я брала дополнительную работу домой, участвовала в разных вечерних мероприятиях, ходила на вечеринки, в студенческий совет. Делала всё, чтобы, закончив с делами, сразу шла спать и не оставалась одна наедине с мыслями.

Сейчас я работаю в офисе секретарём директора в огромной компании. Своими стараниями я добилась этого места. Я работаю на износ и выкладываюсь на полную, но в последнее время я слышу его тихий смех. С каждым днём он становится всё громче, словно подходит ближе ко мне. Я стараюсь не спать ночами, чтобы не столкнуться с ним во сне. Кошмарный издевательский смех проглатывает меня полностью. Мне кажется, что со временем я теряю рассудок. Вчера утром ко мне подошёл начальник отдела и попросил взглянуть на пару документов. Его голос показался мне похожим с голосом кошмара. Я накричала на него, но как только очнулась и поняла, что кричу не на воздух, а на человека, то извинилась перед ним. Мне до сих пор стыдно. Я чувствую, что становлюсь тьмой. Меня не замечает директор, в холле охранник не здоровается со мной, люди не замечают меня больше. Это пугает меня сейчас больше всего. Я становлюсь им, тем голосом...

Мне страшно, ужасно страшно. Мысли никак не оставляют мою голову в покое. Кошмар проглатывает меня целиком во тьму к себе. Как бы я не старалась исправить ситуацию, взаимодействовать с работниками, но ничего не выходит. Я приглашаю их выпить чего-нибудь, поболтать, пообедать, прогуляться, но на следующий день они холодны ко мне, как и прежде, ледяны и непробиваемы.

Безобидная на первый взгляд ситуация: «Ну разыгралась у ребёнка фантазия, и что? У многих такое бывало. Нашли проблему!», стала детским страхом, что продолжает усиливаться и преследовать человека.