Карина любит сладкие духи

Карина

После знакомства с семьёй Павла у Карины осталось странное ощущение, которое она не могла до конца объяснить. Вроде всё прошло нормально: Ирина Витальевна говорила спокойно, даже сдержанно, Маша улыбалась и легко включалась в разговор, а сам Павел держался уверенно, как будто дома он был совсем другим человеком. Но всё равно Карине казалось, что она оказалась внутри чужой истории, которая уже давно идёт без неё.

Разговоры за столом были спокойными, почти бытовыми, но иногда в них прорывались слова про суд, Алёну и маленького Леона. Карина не до конца понимала, о чём именно речь, но чувствовала напряжение за этими фразами.

Ирина Витальевна время от времени смотрела на неё внимательно, будто пыталась понять не слова, а саму её - тихую, мягкую, слишком спокойную для этого дома.

Маша, наоборот, быстро сняла напряжение.

- У тебя очень классные духи, - сказала она, чуть улыбнувшись. - Где ты такие купила? Как называются?

Карина на секунду смутилась, поправила волосы и ответила просто:

- Я люблю сладкие духи.

И этого оказалось достаточно, чтобы разговор стал легче.

Позже, уже ближе к ночи, они с Павлом уснули в зале - в той самой комнате, где обычно спала бабушка. Усталость накрыла резко, без лишних мыслей.

Проснулись они уже ближе к вечеру.

Павел сказал, что нужно съездить по делам.

Карина не задавала вопросов.

Она уже привыкла доверять ему без объяснений.

Старший ждал их возле старой Hyundai Sonata. Машина выглядела обычной, но внутри всё казалось чуть более тяжёлым, чем должно было быть: запах сигарет, приглушённые разговоры, спокойствие, в котором не было расслабления.

Они ехали по городу долго. Почти до темноты.

Разговоры внутри машины постоянно менялись: музыка, люди, какие-то имена, планы, обрывки фраз. Карина слушала и всё больше терялась. Иногда ей казалось, что речь идёт о работе Павла, о каких-то делах, связанных с его музыкой и окружением. Через минуту смысл снова расплывался, и она переставала понимать, где заканчивается одно и начинается другое.

«Наверное, я просто не разбираюсь в этом мире...» - думала она, глядя в окно.

И чем спокойнее вели себя Павел и Старший, тем меньше у неё было поводов сомневаться.

Павел рядом казался уверенным. Даже расслабленным. Будто он точно знает, что делает и куда идёт.

И Карине это нравилось.

Рядом с ним действительно становилось проще дышать.

Позже они остановились на пустыре за городом.

Старший вышел из машины, ничего не объясняя, и ушёл в сторону тёмной тропинки между редкими фонарями и силуэтами гаражей.

Карина проводила его взглядом.

- А мы чего тут?

Павел пожал плечами.

- Дела.

Слово прозвучало так, будто этим можно было объяснить всё что угодно.

Они тоже вышли из машины.

Воздух был тёплый, ночной. Поле тянулось в темноту, а город где-то далеко светился размытыми огнями.

Павел стоял рядом, держа в руке банку энергетика. Иногда он делал глоток и смотрел вперёд, будто думал о чём-то своём.

На самом деле он почти не думал о будущем. Ему нравился этот момент. Нравилось, что рядом стоит девушка, которая смотрит на него так, будто он лучше, чем есть на самом деле.

Карина посмотрела на небо.

Звёзды казались ближе, чем обычно.

И на секунду ей правда стало хорошо.

Не громко.

Не ярко.

Просто спокойно.

И это спокойствие ей нравилось.

Слишком сильно, чтобы задавать вопросы.

Она поймала себя на мысли, что рядом с Павлом мир будто становится мягче. Проще. Понятнее.

И от этого не хотелось уходить.

Карина смотрела на звёзды и думала, что счастье, наверное, выглядит именно так.

Не дорогие подарки.

Не красивые слова.

Просто человек рядом и ощущение, что тебя наконец выбрали.

Она не замечала, что самые важные вопросы всё чаще оставляет без ответа.

И чем спокойнее ей становилось рядом с Павлом, тем реже ей хотелось эти ответы искать.

Через какое-то время Старший вернулся так же спокойно, как и ушёл.

- Поехали.

Они снова сели в машину.

Павел устроился рядом с Кариной и на секунду отвёл взгляд, будто что-то проверял в кармане.

Потом достал небольшой моток изоленты, быстро размотал несколько витков и что-то убрал обратно.

Карина машинально посмотрела на его руки.

- Что это?

- Да так, мелочи.

Он ответил слишком быстро.

Через секунду разговор уже ушёл в другую сторону.

А вопрос так и остался висеть где-то внутри.

Почему-то он не доходил до слов.

Машина снова тронулась с места.

И разговоры внутри продолжились так, будто ничего не произошло.

А Карина всё чаще ловила себя на ощущении, что находится рядом с дверью, которую пока не решается открыть.

Юрий

Этим утром Юрий впервые за долгое время проснулся с ощущением, что у него наконец-то появляется что-то нормальное.

Он стоял перед зеркалом, поправляя ворот чёрной спортивной кофты. Тёмные спортивные штаны, чистые кроссовки, рюкзак через плечо - со стороны он выглядел как обычный молодой тренер, спешащий на работу.

И почему-то это нравилось ему больше, чем хотелось признавать.

На кухне Вера Григорьевна уже готовила завтрак.

- Ну что, как первый день?

- Нормально, - ответил Юрий. - Пацаны помогли устроиться.

Мать улыбнулась.

По-настоящему.

Без тревоги.

Без усталости.

Так, как улыбалась раньше, ещё до всех этих лет постоянного страха за сына.

- Вот видишь. А ты переживал.

В этот момент на кухню заглянула Кристина.

- Ого, Юрка работает теперь?

- Представь себе.

- Смотри, через месяц важным станешь, здороваться перестанешь.Юрий усмехнулся и кинул в неё кухонным полотенцем.Кристина засмеялась и скрылась в своей комнате. Мелочь.

Обычный семейный момент.Но именно такие вещи почему-то казались почти забытыми. Работа действительно помогала отвлекаться.Дети носились по залу, спорили, смеялись, постоянно что-то спрашивали.И несколько часов подряд Юрий почти не думал ни о гаражах, ни о районе, ни о том вечере.

Почти.

Потому что иногда память всё равно прорывалась.В какой-то момент один из мальчишек упал во время тренировки. Ничего серьёзного.

Но на секунду Юрия будто ударило током.

Перед глазами вспыхнуло совсем другое воспоминание.

Отец. Красные глаза. Странная улыбка. Невнятная речь. Запах перегара и чего-то ещё. Юрий помнил его разным.

Но больше всего запомнил ощущение.

Когда ребёнок понимает, что взрослый рядом - уже не совсем тот человек, которого он знает.

Он резко отвернулся.

- Всё нормально? - спросил один из ребят.

- Да. Продолжаем.

Тренировка закончилась. Но неприятный осадок остался.

К вечеру Юрий снова оказался на районе.

Возле магазина стояли знакомые. Кто-то курил. Кто-то обсуждал последние новости.Именно тогда он впервые услышал слухи.

Короткие фразы.

Обрывки разговоров. Чьи-то проблемы. Чьи-то передозировки..Чьи-то исчезновения. Ничего конкретного. Но атмосфера стала другой.

Будто кто-то незаметно выключил музыку, которая раньше заглушала все тревожные мысли.

Юрий шёл домой и чувствовал, как внутри растёт раздражение.

На район. На себя. На свою жизнь.

На то, что каждый раз всё заканчивается одинаково.

/Почему все думают, что именно с ними ничего не случится?../

Он и сам ведь думал точно так же.

После первого раза. После второго.После каждого следующего.

/Я контролирую. Я знаю меру. Я не такой/

Только эти слова он слышал уже не первый год.От друзей. От знакомых. От собственного отца.

Особенно от отца. Перед глазами снова всплыл его образ.

Уставшее лицо.

Обещания бросить. Обещания измениться. Обещания стать нормальным человеком.

И каждый раз всё возвращалось по кругу.

Юрий поднялся по ступенькам своего подъезда.

/Но я не он/

Мысль прозвучала жёстко.

Почти как приказ.

/Я справлюсь/

Он повторил её ещё раз. Уже мысленно.Будто пытался убедить самого себя. Дома было тихо. Он лёг на кровать и закрыл глаза. Телефон зазвонил неожиданно резко.На экране высветилось имя Валеры.

- Да?

На другом конце несколько секунд была тишина.Потом раздался непривычно напряжённый голос:

- Юрка... у нас пиздец.

Юрий нахмурился.

- Чё случилось?

- Помнишь Ромку? Ну... который нам дживик приносил.

- Ну и?

Молчание. Короткое.

Но слишком длинное для обычного разговора.

- Его больше нет.

Юрий сел на кровати.

- В смысле?

- Только что умер.

Комната вдруг стала непривычно тихой.Настолько тихой, что Юрий слышал собственное дыхание.Весь день он убеждал себя, что жизнь постепенно налаживается.

Что работа - начало чего-то нового.Что он не такой, как отец. Что всё под контролем.

А сейчас контроль вдруг оказался чем-то очень хрупким.

Почти иллюзией. Потому что Роман ещё вчера сидел в гараже и смеялся вместе со всеми.

А сегодня его уже не было.После разговора Юрий ещё долго сидел на краю кровати.

Телефон лежал рядом. Экран давно погас.

Роман умер.

Эта мысль никак не хотела укладываться в голове. Перед глазами снова всплыл тот вечер.Тот гараж. Тот страх. То ощущение, будто его самого на несколько минут не стало.

Будто он случайно вышел из собственного тела и увидел себя со стороны.

Будто умер. Или почти умер.

Тогда это казалось невозможным.

Сейчас - уже не очень. Он тяжело выдохнул.

- Да нет...

Тихо.

Самому себе.

- Просто перебрал тогда...

Так ведь бывает.

/Первый раз всегда жёстче. Так все говорили. Валера говорил. Антон говорил. Даже Ромыч говорил./

Юра снова лёг на кровать и уставился в потолок.Где-то глубоко внутри ему хотелось верить, что между ним и Романом есть какая-то разница.

Что он умнее. Осторожнее. Что знает меру.

Что может остановиться. Что контролирует ситуацию.

Что с ним такого не случится.

Ведь если признать обратное...

Тогда придётся признать ещё одну вещь.

Что в тот вечер он испугался не просто так.Что ощущение смерти могло быть не галлюцинацией.А предупреждением.Но эту мысль Юрий быстро оттолкнул.

Слишком неприятная.

Слишком тяжёлая.

За окном шумел ночной двор.

Где-то хлопнула дверь подъезда.

Кто-то смеялся.

Кто-то возвращался домой.

Жизнь продолжалась.

А Юрий лежал в темноте и повторял одну и ту же мысль:

/Я не он/

Словно от этих трёх слов действительно что-то зависело.