Горячо-холодно

Утро у меня началось ближе к десяти. Как сказала Авани, игра академий будет в три часа, поэтому у меня ещё было немного полежать в кровати. Девушка пообещала поговорить со мной по поводу вчерашнего, но сейчас я только слышу, как девушка, шипя, бегает на кухню за холодной водой, меняясь с Реджи. Я слышу сначала «Твою мать» за дверью, когда выходит кто-то из соседей, после хлопок двери, а спустя некоторое время слышу «Блядский день» и дверь уже закрывается тихо, вызывая во мне улыбку одну за одной. Нейтан принес мне новый телефон, поэтому все утро я потратила на установку нужных мне вещей и восстановление прошлых нужных вещей из старого телефона. Спасибо, что человечество придумало облачное хранилище!

Я пару раз выходила из комнаты, но ни с кем из жителей дома не встречалась. Если Реджи и Авани я слышала, то Винни будто след простыл. Любая мысль о старшем брате Хакер возвращала меня в ночь после вечеринки, когда мы откровенничали в лунном свете, разговаривая так, будто с утра того же дня даже взглядом встретиться не могли, презирая друг друга. Меня забавляло то, как быстро все менялось, прошла лишь неделя, но мне это нравилось. Я была рада, что ребята сами тянутся в общении. Мне это льстило.

Я наконец установила все нужные приложения и не успела положить свой старый телефон в тумбу, как мне позвонили. Я взглянула на экран и мои глаза увеличились в два, а то и в три раза. Сердце пропустило удар, из лёгкий буквально выбило весь воздух, а палец завис над дисплеем телефона. Сверху на экране большими буквами было написано «Отец». Я не верила своим глазам. Я неуверенно ответила на звонок, поднося телефон к уху, продолжая молчать, слушая то же молчание по ту сторону телефонного разговора.

— Привет, — послышался уже забытый мною прокуренный низкий голос отца. Ему было неловко звонить мне, его будто вынудили это сделать. Он прокашлялся, ожидая услышать меня, но я молчала, уперев свой взгляд в согнутые коленки. — Ты как там? — так по-отцовски нежно спросил он, будто волновался за меня. Если бы кто другой услышал, подумал, что отец скучает по своей любимой дочке, желая увидеться, но все было не так, ему было все равно, всегда было плевать. Если и правда хочет проявить любовь, то он опоздал, на лет десять так уж точно. Я не нуждаюсь в нем и в его отцовской любви.

— Что тебе нужно? — голос на последнем слове сорвался, я успела отвыкнуть от них, я успела забыть их, я не скучала. Я хотела лишь сбросить этот звонок, выкинуть телефон в мусорное ведро и навсегда забыть о своем прошлом, но я продолжала держать телефон у уха, ожидая ответ, слыша лишь стук собственного сердца, в горле пересохло.

— Я скучаю, — тихо отвечает отец, вызывая во мне всплеск гнева, смешанного с волной отвращения, вызывая тошноту. Он так нагло сейчас лгал мне, отличный актер погорелого театра. Меня не взять слезами и сожалением. Мой внутренний эмпат давно умер, мне плевать, пусть прямо сейчас разрыдается от того, как ему меня не хватает. Ублюдок!

— Плевать я на тебя хотела, — огрызаюсь я, ударив кулаком матрац. Рядом с отцом я не могла контролировать эмоции, я не могла сдерживать свой гнев и ненависть по отношению к нему. Я хочу разнести всю комнату, хочу что-нибудь ударить, хочу пробежать километры, лишь бы избавиться от противного осадка лжи и наплевательского отношения, что оставили в моей памяти и душе родители. — Что тебе нужно, Клинтон? — я назвала отца по имени. Впервые. Теперь он точно понял, что я честна и мне плевать на него с высокой колокольни. Я хочу его забыть, как самый страшный сон в своей жизни и у меня это почти получилось, пока он не позвонил.

— Мне нужна помощь, — голос отца стал холодным без наигранной грусти, что я слышала до этого. Вот он, настоящий Клинтон Гонсалес. Я начала узнавать человека, с которым я жила, человека, которому от меня всегда нужны были лишь деньги. — Поговори с Нейтаном, попроси увеличить время, за которое я могу отдать долг, — будто приказывал Клинтон. Он не просил меня помочь, он утверждал, что я должна помочь. Он считал, что я обязана вытащить его из этого дерьма.

— Я не буду его ни о чем просить, — холодно отвечаю я, давая железный ответ, который ни под каким влиянием не поменяю.

— Ты же сейчас в шикарном доме, — перескачил он, понимая, что идея с разговором не прокатила. — Он даёт большие карманные деньги? — сдалека начинал тот, но я сразу же поняла, чего он хочет от меня. Алчный ублюдок. Ненависть накрыла меня новой волной, вытесняя все остальные эмоции. Прогнившая душа моего отца меня удивляла, бесила и меня воротило от каждого его слова.

— Я не дам тебе денег, — чуть более громко отвечаю я, начиная кипеть от злости. — Это, блять, твои проблемы. Решай их сам, я не твоя девочка на побегушках! — кричу я и наконец кидаю свой старый телефон в другую часть комнаты, сбросив звонок. Телефон с грохотом врезался сначала в стену, а после упал на пол, слегка прокатившись от плинтуса.

Злость лилась через край, я хотела перевернуть кровать, смести с покрытий тумбочек все, что там стоит, я хотела толкнуть книжный шкаф. Я просто хотела вылить куда-то бушующие в крови эмоции.

Из разумных идей я выбрала забежать в гардеробную, накинуть черный топ, черные шорты и, завязав волосы в высокий хвост, выбежать из комнаты. Под непонятные взгляды Авани и Реджи, что сидели на кухне, я вылетела из дома. Я направилась к небольшой площадке, что была рассчитана на новые особняки. Я бежала по дороге, стараясь вылить все свои эмоции через физическую усталость. Я не знаю сколько я пробежала, как долго я бежала, но домой я возвращалась уставшей, со сбитым дыханием, но полностью опустошенная. Мне не нравилось то, как отец влиял на мое эмоциональное состояние, и мне не нравилось, что он это знал, он нагло пользовался этим.

Я вернулась в дом, желая принять душ и начать собираться на игру к академии Пимброук. Авани и Реджи уже на кухне было, поэтому я спокойно зашла в комнату и стоило мне только зайти в гардеробную, чтобы взять вещи и зайти в душ, как в комнату настойчиво постучали. Я вернулась к двери и открыла, там стояла Авани, а за ее спиной возвышался Реджи. Оба Хакеров стояли недовольные, но в глазах читалось волнение. Авани влетела в комнату, а за ней аккуратно шагнул Реджи.

— Почему ты не берешь с собой телефон, Джордан?! — вскрикнула Авани, став напротив меня, сложив руки на груди.

— Я забыла его, прости, Авани, — аккуратно отвечаю я, но сил даже улыбнуться у меня не было, я смотрела на недовольное лицо Авани, чувствуя, что Реджи тоже готов налететь на меня с недовольствами, но он даёт шанс выговориться Авани за двоих.

— Забыла? — вновь кричит девушка, всплеснув руками. — Тебя не было три часа, ты вылетела из дома, ничего нам не сказала, даже телефон с собой не взяла! Что мы должны были подумать?! — продолжала возмущаться девушка, ходя по комнате, но не отрывая взгляд от моего лица. Я принимала её волнения, но половину из того, что она мне говорила, я пропустила мимо ушей, желая побыстрее зайти в душ и освежить свой мозг, отдохнуть и наконец прийти в себя.

— Мне позвонил отец, — говорю я, явно перебивая тираду Авани. Девушка резко остановилась, вглядываясь в мое уставшее лицо, которое не выражало ничего, кроме усталости. Я услышала, как Реджи прошел и поднял мой старый телефон, заглядывая на разбитый экран восьмого Айфона. Я видела непонимание на лице Авани и чувствовала желание продолжения рассказа от Реджи, что стоял слева от меня чуть за спиной, так, что мое периферийное зрение не захватывало его фигуру, но я могла прочесть эмоции, что исходили от парня. — Он просто поговорить с Нейтаном, чтобы тот дал ему ещё время, или просил меня дать ему денег, чтобы погасить долг, мол я сейчас купаюсь в ваших деньгах, — продолжаю рассказ, не упустив момент, чтобы фыркнуть. Отношение отца ко мне всегда было рыночным, он появлялся в моей жизни только тогда, когда ему что-то от меня требовалось и меня это всегда бесило, пусть и сделать с этим ничего не могла.

— Ты же не... — начал уже Реджи, выходя а поле моего видения, как я его перебила:

— Нет, — устало вздохнула я, указав пальцем на разбитый телефон в руке парня. — Я его послала, кинула телефон в порыве злости и убежала выплеснуть эмоции, — пожала плечами, чтобы ребята больше не задавали никакие вопросы. — Сейчас все хорошо, — кратко киваю, взглянув сначала на успокоившуюся Авани, а после на задумавшегося Реджи. — Мне нужно принять душ и собраться. Не хочу опаздывать на игру, — начала выпроваживать своих соседей по комнатам я, желая наконец закрыться в ванной и потратить ближайшие сорок минут на душ.

— Все ещё не верю, что ты придёшь, — хмыкает Реджи, противясь уходить, пока я толкала его в спину.

— Иди не верь в свою комнату, — фыркаю я, шлепнув парня ладошкой по лопатке, а тот с громким смехом покинул пределы моей комнаты.

***

Я ухватила сумку с водой, что забыли Винни с Реджи уезжая пораньше на разминку, и мы с Авани, прыгнув в машину поехали к спортивной академии, против которой команде Пимброук придется играть.

Мы с Авани сразу поняли куда стоит идти, следуя за черлидиршами спортивной академии в зелено-белой форме. Как я узнала, Авани ни разу не приходила на матчи Пимброук, потому что причин туда приходить не было, да и братья не думали ее звать. Сейчас же там играл Энтони Ривз, с которым у Авани стремительно заворачивался роман.

Мы зашли в огромный зал, проходя к нашей команде, что бегала по полю в темно-синей с белыми деталями форме. Реджи, Энтони, Джейден и Джош подбежали к нам, приветствуя. Парни с ревом поприветствовали воду, что мы привезли. Винни взглянул на меня, но продолжил кидать мяч в кольцо, разминаясь. Он не обращал внимания ни на меня, ни на Авани, даже не думая поздороваться, будто недавно не раскрывали друг другу тайны своего прошлого. Снова играешь в недотрогу? Я хмыкаю и, оставив Авани немного поговорить с Ривзом наедине, направляюсь к трибунам, чтобы занять местечко, откуда будет видно все поле. На трибунах уже сидела Несса, мы поприветствовали друг друга и стали ожидать начало игры, болтая о совсем незначащих вещах.

Игра началась и сразу же развернулась борьба за мяч. В первый же день турнира столкнулись две самые сильные команды. Если верить Реджи, если они забирают эту игру, то следующие вообще лёгкими будут, словно тренировки против средней школы. Академии шли нос к носу. Трибуны гремели, поддерживали свои команды, выкрикивая мотивирующие слова. Были слышны кричалки школ, а внизу трясли пумпонами черлидерши, украшая поле яркими цветами своей формы.

По итогу Пимброук выиграла, сделав серию из пяти трезочковых мячей, поэтому спортивная академия уже не смогла их догнать. Как я заметила, Реджи неплохо справляется со своей задачей защитника, забирая мяч у соперника почти под кольцом, будто играя с ними.

Мы спустились к парням, чтобы поздравить их. Ребята были уставшие, кто-то сидел на лавке, кто-то развалился на паркете, а кто-то нашел в себе силы ещё немного постоять. Тут я увидела Купера и Ника, которые в баскетбольную команду не входили, но были рады прийти и поддержать команду. Они изначально сидели на лавке возле запасных игроков.

Реджи пообещал всем поставить выпивку на стол в субботу, если завтра и в среду они снова победят, поэтому ребята ещё больше оживились, ликуя. Мы стояли, общались, обмениваясь впечатлениями об игре. Я не особо увлекалась баскетболом, но Поук пару раз объяснял мне правила, позиции и мы даже иногда смотрели матчи НБА.

Единственное, что мне не нравилось, так это то, что Винни болтал, но будто думал совсем о другом. Он иногда смеялся, но его маска безразличия, которую он натягивал на лицо, когда кидал на меня мимолётный взгляд, меня бесила. У него на лбу будто было написано: «Думала, что смогла справиться со всеми Хакерами? Забудь, не все так просто». Я в моменте даже начала сомневаться в том, что вчера ночью поверила ему. Так слепо и наивно ему поверила. Да, может я и часть компании его друзей, но считает ли он меня теперь своим другом? Остаётся лишь строить догадки.

Обратно я ехала уже одна, Энтони нагло увез Авани на свидание. Я ехала за Винни с Реджи и мне так хотелось поиграть на нервишках Винни за то, что он играет в «Горячо-холодно». Я слегка вдавила педаль газа, обгоняя Винни, пристраиваясь перед ним, а после начиная тормозить. Иногда я ускорялась, а иногда заставляла Хакера начать останавливаться, снижая скорость до недопустимо маленькой. Мне просто повезло, что в этом районе машин не так много, иначе поиграться я бы не смогла. Мучайся, Винсент Говнюкер!

В зеркале заднего вида я видела довольное лицо Реджи, ему нравилось, как я натягивала нервы Винни до предела, словно настраивала гитару. Думаю, Винни тоже принял бы приглашение сыграть, но... Не боится ли он показать свои чувства перед братом? Новая волна догадок поглотила все мои мысли, перекрикивая музыку, что играла в салоне. Я не сразу заметила, как скорость на спидометре увеличивалась, а Винни ехал следом, не упуская возможности меня догнать. Ему нравится то, что я устроила, и он хочет перевернуть все так, чтобы он доминировал в игре. Я спровоцировала его на импульсивные действия, в который раз. Винни хотел меня объехать, но я вовремя вынудила в сторону, не давая ему этой возможности.

Домой я приехала первая. Всю дорогу я играла с ним, зля и веселя его все больше. Я аккуратно припарковала авто на свободное место около Мазерати Реджи и вышла из авто, сразу же направляясь к дому.

— Ты пушка, Джо! — крикнул мне вслед Реджи, подбегая ко мне , а я лишь успела ухватить внимательный взгляд Винни, что стоял около своей машины, даже не удосужившись закрыть дверь со стороны водительского места.

Не играй со мной, Хакер, если не хочешь пораниться, — говорил мой взгляд и я уверена, Винни понял все, что я ему хотела сказать.