[ГЛАВА 8] Что мы ищем?

Выражение лица у Tянься сейчас было привычным, таким же как всегда, когда он смотрит на Цзиньхэ.

  Но все это время Цзиньхэ был начеку и осторожно наблюдал за Тянься, который с интересом оглядывался, как будто никогда не был здесь прежде. Наконец Цзиньхэ вздохнул с облегчением.

  С другой стороны, Tянься, на самом деле, только притворился новичком в этом месте. Так как он видел сейчас старшего Цзиньхэ во сне, все равно не имело бы значения, если бы Цзиньхэ знал, что он был здесь раньше. Но все же есть тот факт, что в прошлый раз его здесь целовали, и теперь это было то, что он действительно не хотел вспоминать. Он непроизвольно вздрогнул, прежде чем пойти вперед.  - Куда ты идешь? - грубо спросил Цзиньхэ, догоняя Тянься.

- Ты что, никогда не слушаешь? Я уже говорил, что в царстве снов охотник сновидений примет любую форму объекта внутри. Мы должны найти этот объект, прежде чем снова проснёмся.

  Цзиньхэ задумчиво кивнул, прежде чем резко поднять голову:

- Когда ты это говорил?

  (пр.редактора: Ни один из них не знает, что их нынешнии души уже были раньше в одном и том же пространстве сна вместе.)

  Тянься стиснул зубы. Блядь. Как он мог совершить такую глупую ошибку, ведь буквально за секунду до этого он подумал уже об этом. Тянься откашлялся, прежде чем быстро сочинить историю.

- Ну да, прошлой ночью я был в мире снов, и...

  Как раз перед тем, как он собирался объяснить это так, что он был в другом мире сна, Цзиньхэ вмешался.

- Что?! Так ты тоже был там!!?

  Увидев такого шокированного и взволнованного Цзиньхэ, Тянься на мгновение испугался, но затем его настроение резко поднялось и он развеселился. Нынешнее выражение лица Цзиньхэ было смесью легкой паники и смущения. Скрывая озорную ухмылку, Тянься сделал для себя вывод, что что-то столь же неловкое должно было произойти и во сне Цзиньхэ. И поэтому он, продолжая идти вперед, сказал:

- Конечно, я всю ночь был там.

  У Цзиньхэ отвисла челюсть, и он заглянул в лицо Тянься, чтобы уточнить:

- Т.. Ты хочешь сказать, что был там все время?!

- Да.

- А тебе... Тебе нечего сказать? Ну, о том, что случилось?

  Тянься приподнял тонкую бровь и небрежно ответил:

- Что я должен сказать? Вроде ничего особенного не произошло.

  Щека Цзиньхэ дернулась, и он взревел:

- Ничего особенного?!!

  Тянься пожал плечами и сказал:

- Почему ты поднимаешь такой шум? Ничего такого, чего я раньше не делал.

  Вена Цзиньхэ на виске почти лопнула от напряжения и странного темного гнева, неожиданно поднявшегося изнутри, он схватил Тянься за воротник и потянул назад.

- Эй! Пр...

- Что ты имеешь в виду, когда сказал что ты делал это раньше? С кем? Я думал, у тебя только Шицзюнь в глазах!

  Тянься увидел, что ситуация выходит из-под контроля, поэтому он ударил Цзиньхэ по руке и продолжил выкручиваться:

- Почему ты такой шумный? Я просто сражался с несколькими демонами плюща.

Бросив взгляд краем глаза, он увидел, как расслабилось лицо Цзиньхэ.

- Так... Ты никого не видел?

- Нет, - ответил Тянься, продолжая обманывать. - Но, видя, как ты нервничаешь, мне интересно, что случилось в твоем сновидении, хм? Ты издевался над какой-то бедной девушкой?

  Цзиньхэ сплюнул на землю:

- Отвали!

«Тц, ублюдок, если бы ты только знал, что та, кого ты называешь "обиженной девицей", это ты сам. Хм!» - Подумал Цзиньхэ.

  По мере того как они, казалось, уже не один час шли через бамбуковые рощи, в каждой из которых была одинаковая хижина и такой же пруд, который по прежнему оставался пустым, они начали испытывать нетерпение и беспокойство.

  Тянься было ужасно скучно. В то время как Цзиньхэ был в состоянии повышенной готовности, ища везде демона сна, Тянься уже знал, что нужно только проверить пруд, потому что демон должен был иметь форму кои. Тянься посмотрел на чистое небо, которое проглядывало сквозь плотный слой бамбуковых листьев. Подумав, он сорвал с бамбука длинный лист. Он поиграл с листом в своих пальцах, прежде чем вспомнить мелодию. Мелодия, которую когда-то звучала на его кладбище, легкая, но мрачная мелодия. Поправив пальцы на свернутом бамбуковом листе, он подул.

  Пронзительный, но ясный звук донесся с ветром до ушей Цзиньхэ. Он встал и собирался отругать Тянься за то, что он расслабился, когда вдруг его голова инстинктивно наклонилась, чтобы лучше расслышать музыку. Эта мелодия была незнакомой, но... Знакомой. Цзиньхэ эта мелодия совсем не понравилась, казалось, что она наложила пелену на его сердце, почти задушив его. Отведя взгляд от водоема, он встал и молча последовал за Тянься, наблюдая, как его фигура одетая в серое идет с прямой спиной характерной походкой. Цзиньхэ заметил, что походка Тянься была почти... Слишком зрелой, в отличие от юноши, которым он был на самом деле.

  Они шли еще некоторое время, один продолжал дуть в лист, извлекая необычную мелодию, другой опустив голову следовал за ним. Если бы кто-то со стороны увидел эту картину, он мог бы подумать, что тот кто сейчас играл на бамбуковом листе, околдовывал невинную жертву и похищал того своей музыкой.

  Когда музыка остановилась, Цзиньхэ тоже остановился. Он поднял голову и хотел спросить:

- Эта мелодия...

- Сюда! - крикнул Тянься, закатав рукава и бросившись к пруду.

Крича через плечо, он быстро проговорил:

- Сейчас же нарисуй круг экзорцизма рядом с прудом! В ту секунду, когда я схвачу его, он будет сопротивляться, и его будет в десять раз труднее удержать в моих руках!

  Цзиньхэ кивнул и, выйдя из транса, бросился к месту рядом с прудом. Не долго думая, он провел пальцами по грязи и с рекордной скоростью начертил заклинание. Как только он отступил назад, в круг прыгнула мокрая фигура, брызги от которой были повсюду.

  Когда Цзиньхэ собирался спеть слова заклинания, он совершил большую ошибку, оторвав взгляд от круга и взглянув вверх. Пруд, должно быть, был глубже, чем они думали изначально, потому что одежда Тянься была мокрой аж до груди. Его и без того свободная мантия теперь скомкалась и прилипла к стройному телу. Намокнув светло-серая ткань стала слегка прозрачной и глаза Цзиньхэ скользили по участкам просвечивающей сквозь нее кожи. Цзиньхэ нервно сглотнул, и его кадык несколько раз подпрыгнул. На мгновение Цзиньхэ представил, каково было бы стянуть мокрый материал с Тянься, чтобы открыть больше кожи и...

- Цзиньхэ! Какого хрена ты делаешь? Начинай петь! Это существо становится больше! - закричал Тянься, изо всех сил пытаясь удержать извивающееся тело рыбы кои.

  Очнувшись от наваждения, Цзиньхэ несколько раз моргнув тут же нахмурился от мыслей, которые только что посетили его голову. Презренные, отвратительные мысли, которые появились только из-за того сна прошлой ночью... Он покачал головой и начал напевать. Тянься расслабился, увидев, как вокруг него поднимается мерцающая стена света. Это был барьер, препятствующий выходу любых демонических духов. В конце концов, он бросил извивающуюся рыбу размером с его предплечье.

  Однако, когда он собирался выйти из барьера, слизистая субстанция скользнула вверх по его левой икре и удержала его. По ноге и позвоночнику Тянься пробежала дрожь отвращения, когда он посмотрел вниз. Теперь у «рыбы» вместо хвоста было несколько тонких щупалец. Тянься судорожно сглотнул, когда тошнота подступила к горлу.

- Это чертовски омерзительно... - ругался он с полнейшим отвращением.

  Через минуту Цзиньхэ поднял бровь от количества ругательств, которые он услышал, и спросил:

- Хочешь, чтобы я помог?

   Тянься взмахнул в раздражении рукавами и хмыкнул.

- Если бы ты не был таким медлительным, демону снов не хватило бы времени, чтобы  так эволюционировать.

- Сними его, - Цзиньхэ ответил, и продолжил петь, не поднимая глаз.

  Тянься посмотрел на эту слизистую штуку, обернувшуюся вокруг его голени, и вздрогнул. Спрятав руку в рукав, он нагнулся и попытался оторвать ее. Но вместо этого щупальца усилили хватку. Тянься нахмурился.

- Тц, тогда я просто отрежу их.

  Он призвал свой меч, и легким движением щупальца были отрублены, из обрубков сочилась желтая жидкость.

  Тянься презрительно хмыкнул, но когда он попытался покинуть барьер, его снова схватило слизистое щупальце. Его лицо исказилось от ярости, он размахивал мечом снова и снова, но все больше щупалец вырастало на месте отрубленных, а верхняя часть тела кои, казалось, увеличивалась.

  Цзиньхэ, услышав необычные движения и ругательства, поднял взгляд от земли и был потрясен разыгравшейся перед ним сценой. Тянься в настоящее время застрял в борьбе с существом, которое определенно больше не было рыбой кои. Тянься отчаянно размахивал мечом, но в ограниченном барьером пространстве он мало что мог сделать, чтобы не навредить себе. Прямо на его глазах щупальца сомкнулись на обеих руках Тяньси, сжавши их с такой силой, что заставили юношу ослабить хватку на мече. С лязгом упавшего меча Тянься остался беззащитным. В пылу борьбы он принял довольно двусмысленную позу, обнажив большую часть груди. Цзиньхэ замер, разинув рот, как огорошенный мальчишка, но тут же услышал, как Тянься закричал на него:

- Ты идиот! Почему ты так долго тянешь!

Щупальца скользнули по губам Тянься и заставили его замолчать, он продолжил яростно бороться. Ему было так противно, что он чувствовал, как желчь подступила к горлу. Он продолжал вертеться и брыкаться, пытаясь заговорить.

- Мфи МхП М ФмР!!

  "Поторопись, ублюдок!!"

  Цзиньхэ закрыл глаза и продолжил петь все быстрее и быстрее. Барьер сужался и тело демона сна становилось все более и более ничтожно малым, поэтому он болезненно сжал Тянься.

  Внезапно, с громким хлопком, ужасное тело взорвалось. Куски щупалец теперь извивались на земле, кровь была и на лице Тянься, у него во рту, и просто покрывая его полностью. Если бы взгляд мог убить Цзиньхэ он был бы убит трижды. Барьер продолжал сужаться, и, поскольку демон больше не был в физической форме, больше не было необходимости его сдерживать. Тянься не успел еще полностью выйти за барьер, как над его головой пронеслось облако темного дыма с щупальцами, дернув его за волосы, и низкий осклизлый голос проговорил:

- Вас, тех кто не из этой временной линии, скоро ожидает большое несчастье, о котором вы даже не подозреваете... Кхекхе... Мой господин отомстит за меня, вы, наглые маленькие культиваторы...

  Тянься на мгновение застыл в шоке, прежде чем полностью выпрыгнуть из барьера. Какое великое несчастье, какая месть... У мелких демонов их слово всегда должно быть последним, тц... Он пошел и встал позади Цзиньхэ, бесстыдно используя его как человеческий барьер. От одной только мысли о дряни, которая попала ему в рот, юноше было дурно.

  Когда Цзиньхэ наконец-то закончил пение, он облегченно выдохнул и повернулся лицом к заляпанному Тянься. Он безжалостно заметил:

- Ты выглядишь отвратительно.

  В ответ Тянься приподнял бровь:

- Это из-за того, что у тебя не хватает навыков быстрого изгнания нечистой силы.

  Вены на лбу Цзиньхэ снова надулись и запульсировали.

- Ты хочешь сказать, что сможешь лучше?

- О, нууууууу лучше. Хотя, если бы это я пел заклинания, я бы позволил этому скользкому ублюдку трогать тебя повсюду. Возможно это помогло бы поднять тебя с уровня "зеленой фасоли" на этой шкале.

* уровень "зеленой фасоли" - невинность

- Ты! Бесстыдник! Ты хочешь сказать, что ты не "зеленая фасоль"? - спросил Цзиньхэ с кипящей в голосе злостью. Этот негодяй... Он действительно был слишком противен, чтобы иметь с ним дело. Ядовитый насквозь!

- О нет, я уже давно закончил этот и все остальные факультеты. Просто помни, что бы это ни было, я на шаг впереди.   Тянься скрестил руки на груди с ухмылкой и уловил поднимающийся гнев в душе Цзиньхэ. Вот и все, ненавидь меня все больше и больше. Чем больше, тем веселее.

  Внезапно Тянься заметил небольшое движение позади головы Цзиньхэ. Одно из упавших щупалец только что просто слегка извивалось, как вдруг по всему его телу появились игольчатые шипы. У Тянься возникло плохое предчувствие, и прежде чем он понял, что делает, он притянул Цзиньхэ к себе и поменялся с ним местами, повернув их. Мгновение спустя раздался всплеск, и щупальце словно лопнуло, а иглы рванулись вперед с невероятной скоростью. Меч Тянься, все еще лежал на земле, а спина была обращена к приближающейся атаке, конечно, он не мог сделать ничего, что не открыло бы путь к  Цзиньхэ. Сейчас только одна мысль пульсировала в его голове, с какой стати я защищаю этого сопляка. Он закричал, когда в него попала волна иголок и страшная боль распространилась по его спине, шее и ногам. Он рухнул на колени, задыхаясь от первоначального болевого шока.

  Цзиньхэ в замешательстве нахмурился, все произошло так внезапно, он даже не успел понять что же случилось. Когда Тянься потянул его на себя, он услышал звук разлетающихся брызг, и теперь юноша лежал на земле, корчась от боли. Его глаза скользнули по спине Тянься, и они расширились от ужаса, там было воткнуто добрых полсотни или больше мизерных тонких иголок. Вся спина также была в крови, и серая мантия полностью окрасилась в красный.

- Эй!? Что случилось! - Цзиньхэ беспомощно воскликнул. Почему вдруг Тянься стал такой...

  Тянься стиснул зубы от пронизывающей боли, нетвердо встал и сказал:

- Кажется, у этой жалкой твари был последний ход в рукаве... Теперь это не имеет значения, он мертв.

- Твоя спина...

- В основном это не моя кровь. В любом случае, ты забыл, что мы сейчас в мире снов? Когда я проснусь, ничего из этого не будет. А теперь поторопись и покинь мир снов, - сказал Тянься с раздраженным лицом, прежде чем просто исчезнуть, вернувшись в реальный мир, раньше чем Тянься, Цзиньхэ успел открыть рот и хоть что-то спросить.

Почему он защитил меня? Но, конечно же, у Тянься должен быть какой-то тайный мотив. Возможно, чтобы заслужить доверие? Произвести впечатление на Шицзюня? Хм, как бы то ни было, он все равно не пострадал...

  Цзиньхэ решил не слишком задумываться над этим, и махнув рукавом, также поспешил вернуться в реальный мир, где без конца раздражал трактирщика, пока не получил небольшую, но отдельную от Тяньси комнату. Он провел достаточно времени с этим придурком, затем он выпил чашку холодного чая, прежде чем снова заснуть.

  Находясь в гостинице, Тянься проснулся, тяжело дыша и мокрым от пота. Он повернул голову и обнаружил, что его простыни, на которых он лежал, покрыты кровью и пятнами черной жидкости.

- Черт... - пробормотал он, прежде чем медленно встать и попросить персонал принести таз с водой.

  Как только таз прибыл в его комнату, он достал несколько бинтов из своей сумки и отложил их в сторону. Затем он медленно опустился в таз, поморщившись, когда вода попала ему на спину. Жгучая боль заставила его обильно вспотеть, даже возможность просто сидеть прямо отнимала у него всю энергию. Постепенно вода в тазе стала розовой от крови.

  После купания Тянься встал и вытерся насухо, а затем медленно намотал на себя бинты. Закончив, он сел и вздохнул.

  Он не так давно переродился, а люди уже знали о его перерождении. Люди, которым он даже не сказал. А теперь еще у него была травма, и он не был уверен, насколько она серьезна. Если это то, что должно было принести ему перерождение, возможно, было бы лучше, если бы он остался мертвым...

....................................................................................................

Авторский театр

Еда преподносится к Тянься как к Императору.

Рыба

- Чертовски отвратительно.

Кальмар

- чертовски отвратительно.

Осьминог

- ... Кто-нибудь, приведите повара! Я лично обезглавлю этого ублюдка!

....................................................................................................