Глава 3

Мити бережно несли по опустевшему коридору на руках. Коридор был наполнен тишиной и только изредка слышался топот ног где-то сзади. Эдвард решил поспешить, иначе выйти отсюда без палева не получится.

Вот уже показалась дверь на выход, как вдруг, альфу окликнули.

— Эдвард, это ты? — в нем Блайт узнал своего друга Уильяма.

Высокий альфа подбежал к Эдварду и уставился на то, что было в его руках — блаженно спящее лицо омеги.

— Это... тот парень в маске? — предположил серый Уильям, а потом неожиданно принюхался, — что это? Как приятно пахнет...

— Да, Уил, — отходя на шаг назад, проговорил Эдвард, — Этот омега в маске оказался моей парой. — Поспешил заявить свои права на Мити альфа.

Уил удивлённо посмотрел на него, а потом, выдохнув с ноткой печали, проговорил, — ясно. Я приятно удивлён. Наконец-то нашёл достойного, а не тех шавок.

— Да... и мне кажется, он даже лучше, — прошептал Эдвард, поглаживая светлые волосы. — А ты что тут забыл?

— Да я за тобой шёл, а то неожиданно убежал неизвестно куда вместе с Жаком и с этим парнем в маске. Эх, видимо отлучиться ты не сможешь надолго? — чуть улыбаясь, протянул Уильям.

— Да. Уил, придумай мне там какую-нибудь отмазку прессе и друзьям, а то боюсь Жак один не справится, — насмешливо пропел Эдвард.

— Легко сказать, чем сделать! Тебя минимум неделю не будет! — Запричитал тихоня.

— Ну... скажи, что у моих родителей в Англии что-то случилось и Эдварду Блайту пришлось срочно уехать. Короче, придумай красиво! — отмахнулся нетерпеливо альфа.

Уил помассировал переносицу и вздохнул обречённо. — Ладно, дерзайте парочка. — И развернувшись, устремился прочь, бросив напоследок, — Я прикрою.

— Спасибо, Уильям, — на это Эдварду только махнули рукой.

На парковке около служебного входа стояла белая Мазда. В неё то бережно и уложили на заднее сиденье Мити. Эдвард сел за руль.

Белая машина яро летела по дороге, превышая норму скорости. В салоне скопился душераздирающий аромат цветов, который дурманил альфу, заставляя того жать на газ.

Позвонив в свой дом, певец сообщил своему дворецкому, чтобы служанки приготовили ему комнату, сменную одежду размера поменьше и большую тёплую ванну, а после шли по домам, как только всё сделают. Старому дворецкому не понадобилось объяснять зачем, поэтому быстро начал нужные приготовления.

Когда приготовления были готовы, он как и приказал хозяин, распустил прислугу.

Большие ворота двухэтажного дома раскрылись и во двор въехала Мазда. Хозяин машины раскрыл заднюю дверь в салон и ласково вынес на руках Мити оттуда. Нетерпение зародилось в груди эдварда и он поспешно ринулся в дом.

— Здравствуйте, господин, всё готово, как вы и просили. — Улыбаясь старческой улыбкой, промолвил пожилой альфа.

— Спасибо, Роберт. — Ответил взъерошенный альфа и дышащий уже через раз.

— Ваша комната готова, ванна тоже. Еда на столе и в холодильнике. Могу я отклонится?

— Да, Роберт, большое спасибо, — от души заверил молодой хозяин, делая шаг в сторону лестницы.

Поклонившись, дворецкий удалился, оставляя пару одних в особняке.

Неожиданно омега зашевелился на руках, разлепляя глаза и хлопая ими. Действие небольшой дозы снотворного закончилось.

— Где я? — проговорил заспанным голосом Мити, разглядывая помещение.

— У меня дома, — урчащим голосом ответил Эдвард, привлекая внимания на себя.

Омега так и замер, бледнея. Течка решила на время отступить, возвращая в нормальное состояние и давая шанс осознать данную ситуацию.

Не успел Мити проронить и слова удивления, как его губы накрыли жадные губы альфы, подчиняя. Омега хотел оттолкнуть нарушителя границ, но альфа не позволил. Язык Эдварда успел проскочить меж зубов, заполняя пространство и сплетаясь с языком омеги. Мити испустил возмущенный стон и сдался, давая волю ненасытному Эдварду.

Когда воздух в лёгкий исчерпал свои запасы, альфа пустил, хитро улыбаясь.

— Ты такой невинный, лисёныш, — слегка пошло прошептали на ухо омеги.

Тот весь зарделся. — Вы что... делаете?.. Пустите меня... отвезите меня домой! — заверещал Мити, вырываясь.

— Прости, малыш, но я не могу... ты моя пара, а пару свою я не намерен отпускать, — зашептал горячо альфа. — Ты ведь тоже меня чувствуешь.

— Т-такое... быть не может! Я омега совсем из простого люда, с совсем...

— Прекрасным голосом и с великолепной игрой на инструменте. — Перебивая, закончил фразу омеги Эдвард.

— ...Пустите пожалуйста, мы знакомы с вами от силы 15 минут... — протестующе заверял Мити, надеясь, что это подействует. Хотя внутри всё пылало от нетерпения.

— И что? Ты моя пара, Мити и моя первая любовь с первого взгляда. Твой запах сносит мне крышу, лисёнок. Не с одним из моих любовников такого не было.

Услышав своё имя, Мити затрясло.

— Увидев тебя, я влюбился в мгновенно! — Улыбаясь, продолжал заверять Эдвард своего омегу.

— Ууу... — захныкал Мити, утирая выступившие слёзы.

Мити не верил до последнего, но запах самца и пылкие правдивые слова сделали своё дело, говоря ему о том, что перед ним его истинный. Парень сдался, вручая своё будущее судьбе. Будь что будет. Мити тоже влюбился в этого альфу, но он посчитал первую любовь — мимолётным чувством. Но нет, это чувство в груди не проходило до последнего момента.

— Да... как я могу... быть твоей парой? Я же обычный, а ты известный вокалист из самой известной группы... — выдавливал омега из себя эти слова, не веря сам.

Так судьба-чертовка ещё с ним не шутила.

Выслушивая омегу и поднимаясь по лестницы к комнатам, Эдвард произнёс, — лисёныш, забудь о статусе. Перед богом мы все равны, что же ты так переживаешь?.. Я сделаю тебе приятно...

— Ах... — вскрикнул Мити от укуса в своё ушко.

Эдвард Довольно заурчал, как кот, наслаждаясь своей выходкой и подходя к белой дверце.

— Иди принимай ванну, — и опуская Мити на пол, продолжил, — хочешь, я могу помочь?

— Б-без тебя справлюсь! — покраснел омега и скрылся за дверью.

Когда он очутился в тёплом помещение, Мити прислонился к двери и сполз вниз, закрывая покрасневшее лицо ладонями. Понемногу успокоившись, омега огляделся. Большая ванна была наполнена до краёв тёплой водой, большое полотенце висело на крючке и полка с разными видами склянок и бутылок шампуней и мыла.

Хочешь не хочешь, но омеге пришлось раздеться, ибо обильно сочившаяся смазка полностью испачкала трусы и джинсовые шорты.

И вот уже через минуту Мити стоял совершенно голый около края ванны. Смутные чувства и страх стали брать вверх, заталкивая возбуждение глубоко внутрь. Вот омега погрузил в воду свою ногу, пробуя на температуру. Вода была теплой и уже через несколько мгновение она полностью затянула тело омеги.

«Правильно ли всё это?» — рассуждал Мити, — «я его в лицо почти не знаю, лишь кое-какая информация из интернета. Но... от его одного вида, касаний, запаха... меня сносит...»

Долго Мити рассуждал про себя о том, что правильно, что нет и попутно вспоминая и предполагая, как он смог очутиться у альфы. Но, увы, вскоре сладкая истома опять взяла вверх, заставляя забыть о всех нарастающих невзгодах. Девственное колечко тугих мышц снова начало сокращаться, придавая омеге ненасытное возбуждение. Томные вздохи полетели наружу, придавая картине эротичности. Кое-как обмыв себя, омега вылез из воды и завернулся в большое полотенце, сделав из себя белый кокон, в котором обитает тело с прекрасными очертаниями.

Сквозь возбуждение в сердце забрался страх перед ожидаемым. Вспоминая, что он является ещё девственником, Мити зажмурился, отгоняя развратные мысли на свой счёт. Он захотел убежать. Омега забоялся ощущений, которые может подарить его тело.

«Уйти, пока не поздно!» — вспыхнуло пламенем в голове юноши. Прихватив с собой вещи, Мити открыл дверь и вышел в длинный коридор. Вспоминая, что телефон был благополучно оставлен на столе Жака, Мити побрёл по коридору в поисках выхода.

Дом оказался большим. Тёмный бардовый ковёр устилал пол коридора. Картины разных мастеров и эпох висели по бокам. Маленькие столики с декорациями красовались на углах поворотов. Дом можно было посчитать поместьем по ощущениям.

Низ живота скрутило тугим узлом и омега осел на пол. Ему показалось странным, что он никого не встретил, но также парень был отчасти рад, что его никто не видит.

«Только не это!» вскрикнул про себя Мити. Глаза застелила мутная пелена, тело пробила дрожь, оно отчаянно запросило ласки.

С Мити такое впервые. Обычно свои течки омега спокойно проживал при помощи таблеток и уколов, а сейчас... лекарство, которое он принял утром совсем не помогало. Видимо нахождение пары рядом дало сбой.

— Мити... вот ты где, мой лисёнок... — послышалось рядом.

Черноволосый Эдвард стоял посередине коридора в одних лёгкий штанах. Его открытый торс и аккуратная мускулатура вогнало Мити в краску. Омега поспешил встать.

— Ты куда? — спросил альфа.

— Д-домой... — почти тихо.

— Что за чушь, лисёнок! — С ноткой грустью произнёс Эдвард.

— Я... б-боюсь.

— Чего, сладкий?

— Всего... Хоть ты мне и нравишься, я ничего о тебе не знаю! Не знаю, что со мной происходит! Почему у меня гулко бьётся сердце, я не знаю, почему моё тело взывает к чему-то, прося. Я... я... я... — снова заплакал омега, высказывая эти слова.

Альфа подошёл, наклонился и стал вытирать дорожки сорвавшихся слёз Мити тыльной стороной кисти, обнимая.

— Ничего сладкий... — сладко замурчал Эдвард, — мы успеем познакомится поближе.

И подняв свою гусеничку в коконе вновь на руки, понёс в спальню. Мити пытался оказать сопротивление, но чувство внутри призывало остановится и отдаться воле.

Уже в спальне Эдвард бережно положил Мити на большую широкую кровать, раскутывая из полотенца. Вещи, которые прихватил с собой омега, уже успели потеряться в коридоре. Но не это сейчас волновало их.

Перед Эдвардом раскрылось совершенно чистое девственное тело. Белая, словно фарфор кожа, тонкие руки, талия, бедра... Альфа долго разглядывал эти чудеса природы. Мити со стыдливым лицом лежал под ним, прикрывая своё достоинство. Эдвард шумно задышал цветочным запахом омеги, исходящий от этого желанного тела. Никакой любовник не сравниться с ним. Его жёлтые глаза запылали жидким золотом, заставляя Мити невольно вдохнуть.

Схватив руки Мити, альфа расставил их по бокам от его головы. Эдвард наклонился к лицу омеги и ласково прошептал, — ты невероятно красивый, Мити... — и впился в сочные губы омеги.

Юноша вздрогнул, но не отвернулся, принимая и вовлекаясь. Их языке с каждым разом сплетались сильнее. Мити разнежился и чувствовал, что возбуждается всё больше с каждой секундой. С трудом отцепившись, Эдвард шумно вдохнул, давай ту же самую возможность омеге. Сердце Мити гулко отдавалось в ушах, содрогая тело. В памяти всплыло то нежное касание его плеча на сцене. Запах винограда неумолимо касался носа...

Эдвард обхватил колом стоящий член Мити, губами прильнув к лебединой шее омеги. Легкие движения, создаваемые рукой, начали проходиться по стволу, а губы стали скользить по коже, рисуя невидимые узоры. Вот альфа остановился у соска на груди, продолжая интенсивно массировать половой орган Мити, и лизнул языком сосок, вырывая у парня громкий стон.

— Даже в постели твой голос такой прекрасный... — проворковал Эдвард, всасывая губами потвердевший сосок.

При каждом касании альфы Мити пытался сдерживать свой голос, но сильное наслаждение брало всё выше и сдерживаться становилось невыносимо.

— Не бойся и не стесняйся, — заверил омегу Эдвард, — твой голос буду слышать только я... — парень прильнул ко второму соску, не оставляя того без ласки.

Доверившись, омега обвил руками плечи альфы и прижался. Теперь не осталось и тени неуверенности от того непонятного состояния. Течка сделала своё — рассуждать трезво не мог никто. Небольшая масса смазки скопилось у входа и капнула на простынь, заставляя Мити вздрогнуть. Эдвард двинулся языком к животу, заныривая в пупок и щекоча. Томные вздохи полились из уст, доселе напряжённый член альфы просился наружу, заставляя снять последнюю ниточку одежды.

Через несколько мгновений два обнажённых тела касались друг друга создавая стоны и томные вздохи. Рука альфы создавала быстрые ритмичные движения, голос Мити скользил по стенам. Эдвард поглаживал худые бёдра и лизал каждый сантиметр девственного тела.

Рваный крик раздался в комнате. На живот и в руку альфы излилась белая страсть.

Широко раздвинув ноги Мити, Эдвард наклонился и лизнул влажное от смазки сжатое отверстие. Стоны снова полились наружу из уст омеги, наслаждаясь процессом. Альфа легонько надавил и просунул внутрь ануса кончик языка. Мити прогнулся в пояснице. Долго щекотал Эдвард языком, наслаждаясь реакциями омеги и начиная разрабатывать проход.

Оторвавшись от занимательного процесса, Эдвард наклонился к пылающему лицу. Собрав белую жидкость на животе своей пары и вновь выступившую смазку, альфа аккуратно протолкнул смазанный палец, заглушая удивлённый стон своими губами. Палец свободно прошел внутрь на все фаланги. Когда в анус протиснулся второй — омега вскрикнул, но не отстранился. Ему было так приятно, что Мити начал сам насаживаться, заглатывая третий палец тугим кольцом мышц.

Довольный альфа утробно заурчал, медленно подготавливая свою пару. Его налившийся кровью член просил свою порцию. Когда Мити начал сильнее насаживаться, альфа аккуратно вынул пальцы и разместился между бедрами омеги, преждевременно обхватив их. На коже уже давно начал проступать пот, сладкий голос омеги в постели казался трелью, Эдвард нагнулся к губам Мити, накрыв их своими. И тут же не предвещавший ничего Мити почувствовал, как в его анальный проход притронулось что-то твёрдое и большое, явно не похожее на пальцы.

Секунда и внутрь протиснулась головка члена альфы. Омега взвизгнул и попытался отстраниться, но большие руки крепко держали его бедра, не давая улизнуть. Боль вспышкой пронзило тело молодого омеги, заставляя прогнуться и Эдвард полностью вошёл внутрь, останавливаясь, чтобы дать паре привыкнуть к себе. Сам Мити тяжело задышал, Эдвард снова наклонился, чтобы вытереть очередную порцию слёз. Альфа чувствовал, как внутри омеги было туго и горячо.

— Больно? — спросил Эдвард, сверкая жёлтыми глазами и тяжело дыша.

Ему тоже не легко сдерживаться. Мити чувствовал некую боль, но... это сходило на нет. Вместо этого чувства приходило другое — более страстное и желаемое. Омега покачал головой и тихонько задвигал бёдрами, призывая.

Блайт облизнулся. Находится полностью в Мити было великолепным ощущением. Он чувствовал себя прекрасно, как-будто всё внутри было сделано только для него. Фонтан эмоций захлестнул с головой, погружая в самую гущу. Эдвард медленно задвигался в девственном теле, набирая темп. Альфа почувствовал все оттенки наслаждения. Громкие стоны заглушали хлюпанье плоть о плоть. Худые ноги Мити крестом обхватили поясницу Эдварда, а руки шею. Своими же руками альфа опирался о постель, поддерживая.

Вот Эдвард снова толкнулся вперёд и остановился, услышав громкий страстный крик своей пары — альфа задел чувствительную точку внутри хрупкого тела.

— А-а-а-ах! — Вскричал Мити и расцепляя руки, опрокинулся на кровать, ловя губами воздух.

Зелёные рубиновые глаза блестели, не смотря на покрывшую их пелену, волосы намокли от пота. Альфа тоже был в подобном состоянии. Резкие во всю длину толчки выбивали стоны и крики, пытаясь снова достать до той самой заветной точки. Губы слились воедино, как и влажные языки, не обращая внимая на сочившуюся слюну из уголка рта. Но вскоре Эдвард поспешно слизнул её, снова толкая свой язык в рот омеги, оглаживая зубы, дёсна и внутренние стенки щеки. Темп был бешеным.

Перевернув Мити на живот, Эдвард навалился всем телом и выдалбливал последние остатки девственности омеги. Пара достигала своего пика страсти. Снова затвердевший член омеги кончил, изливаясь на простынь. Зачарованный голос Мити постепенно охрип.

Неожиданно растянутое кольцо мышц начало сжиматься. Толкаясь в последний раз, Эдвард приблизился к шеи Мити и раскрыл рот, обнажая небольшие острые клыки. Вот последний резкий толчок с рыком Эдварда пронзил тело Мити, выплёскивая содержимое члена внутрь, а зубы сошлись на загривке, до боли прокусывая кожу и оставляя след, который теперь связал обоих на всю жизнь. Внутри омеги завязался узел и произошла сцепка.

Тяжело дыша, Эдвард лёг на бок, подминая своего лисёнка около себя и поглаживая его уставшие бёдра. Остатки невольных слёз Мити капнули на подушку. Альфа зарылся в светлую макушку, призывая свою пару немного поспать, ибо это их не последний марафон...

***

Последующие четыре дня для молодой пары пролетели, как блаженный сон. Они прерывались лишь на еду и ванную.

На шестой день омега проснулся рано утром в объятьях альфы. Мити хотел встать, но вспышки боли произошли в задней части тела и на загривке шеи. Не до конца осознавая, что произошло, парень кое-как выбрался из кровати и ели ступая, подошёл к зеркалу. Увидев себя, он обомлел. Одним словом — он не узнал себя в зеркале. Засосы красовались на некоторых частях тела, отпечатки пальцев в виде слабых синяков на кистях рук, бёдрах, а потом... Образ Эдварда блеснул в зеркале и Мити неожиданно прильнули к груди, приподнимая светлые волосы на затылке и открывая вид на след от укуса.

— Теперь ты моя пара... — радостно пропел альфа.

Мити зарделся и уткнула в грудь Эдварда.

— Я сделал что-то не так? Ты не доволен...?

— Я рад, — только и прошептал Мити, перебивая альфу.

За те дни он пару раз отходил от состоянии течки и видел, как Эдвард аккуратно и нежно ухаживает за ним — обмывает, укутывает, целует...

Надо видеть расцветшую счастливую улыбку на лице альфы. Он нежно обнял омегу. Оба были счастливы, не взирая на то, что знакомы они были досадно мало.

— Какой сегодня день? — Вновь очутившись в постели, спросил Мити.

— М-м... двенадцатое апреля, — пробубнил альфа, на что Мити подскочил.

— Д-д-д-двенадцатое?! — переспросили не веря.

— Да, — кротко повторил Эдвард, — а что такое?

— Увааааа! Чёрт! Работа, мама... — затараторил омега, обдумывая, как он будет объясняться перед начальником сада и... перед матерью.

— Тихо, лисёнок, успокойся, — начал утешать альфа, притягивая в свои объятья и поглаживая плечи Мити, — около часа назад Жак звонил. Просил, как очнётся его друг, перезвонить. — И доставая свой телефон, Эдвард протянул ему Мити.

Тот схватил и набрал номер.

— Алло, — заговорили на том конце линии.

— Жак, я тебя убью, — проорал омега в трубку.

— За что?

— За всё!

— И за меня? — влез альфа.

— ...За тебя нет, — отмахнулся Мити, слегка краснея и возвращаясь к разговору, — Жак, иди рыть себе могилу.

— Митинька, за что? — невинно затараторили на том конце, — нет, я конечно понимаю всё, но так относится к другу, который помог тебе...

— Чем же? — Процедил сквозь зубы Мити.

— Так! Во-первых, я сообщил твоему начальнику дет сада, что тебя не будет около недели, объяснив так и сяк, что да как. Благо понимающий он у тебя. Во-вторых, звонила твоя мама, искала тебя. Я ей всё рассказал, что ты там не можешь из-за обстоятельств кое-каких. Она тоже всё поняла и попросила, чтобы ты позвонил, как будешь свободен. Но... — Жак помедлил, — я ей рассказал, что ты теперь состоишь в группе B-H...

— ...что! — Осел на кровать Мити.

— Эй-эй! Не смей пока волноваться! Дослушай сначала. Твоя мать Алисия, как узнала это, то конечно начала кричать. Всыпать тебе хотела... Ну, может я и младше неё, сопляк, но я не выдержал и вразумил твою мамку. Давно я хотел. Нет, ну, а что она заладила: «Шоу — зло! Певцы — зло!..» —

с ноткой недовольства проговаривали слова в трубку. — Не все и не всё такое уж плохое, как она думает. То, что случилось с ней — злой поворот судьбы. И не каждому дано такое испытать... Конечно, несколько часов брани были мне тогда обеспечены, но... это дало свои плоды. Короче, сам вскоре узнаешь, когда твоя мать приедет к тебе домой. Так что возрадуйся и верни мне потрёпанные нервы! — комично закончил бета.

— ...Прощён, — с нотами счастья в голосе, пробубнил омега.

— Благодарствую. — Захихикал Жак и отключился.

Новость о том, что мать приедет к нему — радовало, однако новость о предстоящем разговоре — пугало.

Эдвард слышащий всё слово в слово, сел рядом, — всё хорошо? — Спросил он.

— Более чем... — прошептал Мити, заглядывая в золотые глаза.

Он встретил свою пару. Он получил метку, которая теперь связывала их нити жизни. Он наконец-то покорил сцену, несмотря ещё на то, что теперь состоит в группе Blow heart. Мать, которая скоро приедет, чтобы поговорить с ним. Разве это не частица желанного счастья? На глазах выступили слёзы, не горькие, а сладкие...

Эдвард взволнованно начал утирать их, спрашивая попутно, что случилось? Мити заверил, что просто рад, что так обернулось и рад тому, что у него появился такой заботливый альфа.

Вскоре, цветущего от счастья омегу, прервал урчащий альфа. — Так! Пошли умываться, одеваться. Нам нужно уже топать завтракать, прислуга уже накрыла нам стол, — нежно чмокая в оставленную им метку, промолвил Эдвард. — Хочу узнать тебя поближе, Мити.

Уже за роскошным завтраком Мити поведал вкратце всю историю своей жизни до мельчайших подробностей. Блайт не смел перебивать свою пару, внимательно слушая и смеясь на смешных моментах.

— Понятно, — удовлетворённо выдохнул альфа, — значит у тебя было насыщенное детство и школьная жизнь. А сейчас ты работаешь в детском саду с детьми?

— Да. — Промолвил Мити, ковыряясь в тарелке, — жалеешь?

— Нет, наоборот люблю и уважаю. — Пропел Эдвард, улыбаясь.

— С-спасибо. — С краской на скулах пробубнил омега.

Вскоре, парочка решила зайти и посмотреть что творилось в мире, пока их не было. На официальных сайтах в вконтакте и в твиттере было много вопросов таких как: «Кто этот парень в маске?», «Куда делся Эдвард Блайт после концерта?» и т.п.

Благо Жак постарался, отвечая всё одним постом, говоря, что личность нового солиста пока не будет раскрыта до определённого момента, что главный солист срочно уехал к родителям сразу после выступления и вернётся примерно через неделю. Второй певец — Джонни покинул группу, заявляя, что хочет попробовать в одиночку покорить другие страны. Но на самом деле распутный омега получил хороший нагоняй и был исключён, добровольно.

— Какие прекрасные новости, — промолвил альфа, убирая свой планшет на стол и обнимая со спины свою пару.

Мити сидел между колен и с улыбкой на лице уставился в пол. Счастья нет предела.

— Так! — Он развернулся на сто восемьдесят градусов, оказываясь перед лицом Эдварда, — расскажи-ка мне о себе немного!

Стоявший рядом дворецкий, засмеялся, — Господин Эдвард был ещё тем голосистым озорником... — начал альфа старческим голосом.

Омега успел познакомится и с этим добрым старичком.

— Роберт! — возмущённо вскрикнул Эдвард, — я сам поведаю своему будущему мужу свою историю.

— Мужу? — переспросил Мити ошеломлённо.

Альфа поднял омегу, сам встал и усадив обратно того на кресло, преклонил пред Мити одно колено.

— Рано или поздно это случится, но... я скажу это сейчас... — прошептал Эдвард, беря в свои ладонь кисть Мити. — Ты выйдешь за меня замуж?