Папа

Алия осторожно приоткрыла дверь палаты. В стерильном полумраке белели стены, ритмично попискивали приборы, а на кровати, окружённый проводами и трубками, лежал её отец. Его лицо, обычно такое живое и улыбчивое, сейчас казалось непривычно спокойным. ‎‎Она тихо подошла к кровати, поставила на тумбочку свою сумку и села на стул рядом. Взяла его руку, сухую и горячую, с привычными мелкими шрамами от старых тренировок.‎‎Алия:Папа... ‎‎голос дрогнул, но она заставила себя продолжить.‎‎Алия: Я снова здесь. Знаю, ты не можешь ответить, но мне так нужно с тобой поговорить.. ‎‎Слеза скатилась по щеке, но Аля не стала её вытирать.‎‎Алия: Мне так тяжело без тебя. Ты ведь знаешь, кроме тебя у меня никого нет. Я стараюсь держаться, честно. На работе... я всё ещё тренирую ребят. Представляешь, младший состав привык ко мне, они огромные молодцы,ты бы гордился,они так стараются.‎‎Она слабо улыбнулась, вспоминая восторженные лица мальчишек после продуктивной тренировки.‎‎Алия: ещё... был один вечер. Я ходила в ресторан с парнем. С Эктором. Он... он брат одного из моих подопечных, тоже футболист. Мы просто друзья, папа, правда. Но в тот вечер он был таким внимательным. Привёз меня домой, ждал, пока я зайду в подъезд. И в первые дни, когда ты попал сюда, он так заботился обо мне...‎‎Голос снова дрогнул. Алия сжала отцовскую руку.‎‎Алия: и вот в чём проблема — я не понимаю, что чувствую..точнее понимаю, но боюсь. Иногда мне кажется, что он просто хороший человек, который поддерживает в трудную минуту. А иногда... иногда я ловлю себя на мысли, что жду его сообщений, что мне приятно его внимание. Но как я могу думать об этом, когда ты здесь?‎‎Она замолчала, пытаясь собраться с мыслями.‎‎Алия:Я так скучаю по твоим советам. Помнишь, как ты всегда говорил: «Дочка, слушай сердце, но не забывай про голову»? Сейчас мне так нужен твой голос, твоё «всё будет хорошо». Я не знаю, как дальше. Не знаю, можно ли радоваться маленьким моментам счастья, когда ты... когда ты вот так.‎‎Алия наклонилась ближе, почти касаясь лбом его плеча.‎‎Алия: Помоги мне, папуль..Подскажи, что делать. Я так боюсь всё испортить. Боюсь, что если позволю себе чувствовать что‑то хорошее, это будет предательством. Но и жить в этой серой пустоте... я больше не могу.‎‎В этот момент приборы за её спиной вдруг ожили — раздались резкие, настойчивые сигналы, экраны замигали тревожными огнями. Алия вздрогнула, подняла глаза — и увидела, как пальцы отца слегка шевельнулись.‎‎ Папа? — прошептала она, не веря своим глазам. — Папа, ты слышишь меня?‎‎Она вскочила, пытаясь разглядеть малейшие признаки жизни в его лице. Медсёстры вбежали в палату, отодвигая её в сторону, что‑то быстро говоря по рации. Алия стояла в углу, сжав кулаки, сердце колотилось так, что, казалось, заглушало все звуки в палате.‎‎Алия:Что с ним? ‎‎наконец выдавила она, когда одна из медсестёр на секунду остановилась рядом.‎‎—кажется,он выходит из комы, — коротко ответила та, уже переключая внимание на приборы.‎‎Алия прижала ладонь к губам. Слезы хлынули потоком — теперь уже не от отчаяния, а от внезапного, ошеломляющего облегчения. Она снова подошла к кровати, осторожно коснулась его руки.‎‎Алия: Папочка, я здесь. Я с тобой. Всё будет хорошо, слышишь? Теперь всё точно будет хорошо.‎‎И хотя он ещё не открыл глаза, не произнёс ни слова, Алия почувствовала — он знает, что она рядом. Знает, что она говорила правду. И что теперь, несмотря на всё, они справятся. Вместе.‎‎‎Алия рано утром приехала в спортивный город, чтобы поговорить с президентом Лапорта. ‎‎Алия медленно шла по коридору клуба, сжимая в руках папку с медицинскими справками. Двери кабинета президента клуба — массивные, из тёмного дерева — казались ей сегодня особенно внушительными. Она остановилась, сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в коленях, и постучала.

‎‎— Войдите, — раздался из‑за двери знакомый тембр голоса.‎‎Алия приоткрыла дверь и шагнула внутрь. президент сидел за широким столом, заваленным документами и фотографиями команд разных лет. При виде Алии он тут же отложил ручку, поднялся и широко улыбнулся:‎‎п.Лапорта:Алия! Здравствуй. Что‑то случилось?‎‎Она попыталась улыбнуться в ответ, но губы предательски дрожали. Сделала несколько шагов, остановилась у края стола.‎‎Алия:мистер Лапорта, мне нужно попросить у вас отгулы. На неопределённый срок.‎‎Улыбка мгновенно исчезла с его лица. Он внимательно посмотрел на неё, жестом пригласил сесть и сам опустился в кресло напротив.‎‎п.Лапорта: Что с отцом? ‎‎ тихо спросил он, и в его голосе прозвучала неподдельная тревога.‎‎Алия сглотнула ком в горле, сжала пальцами край папки.‎‎Алия:Он... он вышел из комы прошлым вечером. ‎‎Он резко выдохнул, провёл рукой по седеющим волосам. В его глазах мелькнуло что‑то глубокое, личное — воспоминание о давней дружбе, о совместных победах и трудностях.‎‎п.Лапорта:Господи... И как он? Что говорят врачи?‎‎Алия: Врачи говорят, что восстановление будет долгим. Нужно заново учиться ходить, говорить... Но он реагирует на речь, пытается что‑то сказать.. Я не могу быть и там, и здесь. Мне нужно быть с ним.‎‎Президент молча встал, подошёл к окну. Спиной к ней, он долго смотрел на тренировочное поле, где в этот момент группа юниоров отрабатывала передачи. Алия ждала, теребя край папки. В тишине было слышно лишь тиканье часов на стене.‎‎Наконец он обернулся. В его глазах стояли слёзы — едва заметные, но оттого ещё более пронзительные.‎‎п.Лапорта:Знаешь..‎— тихо начал он‎ — я дружил с твоим отцом двадцать лет. Он вытаскивал меня из таких передряг... 

Он усмехнулся, но взгляд остался тяжёлым. — И вот теперь...‎‎Он вернулся к столу, сел, посмотрел на неё твёрдо:‎‎п.Лапорта:Ты возьмёшь столько отгулов, сколько нужно. Месяц, два, год — без разницы. Твоя работа никуда не уйдёт. ‎Барса — это семья. А в семье помогают.‎‎Алия почувствовала, как горячие слёзы катятся по щекам. Она хотела что‑то сказать, но голос пропал.‎‎Алия: Спасибо..‎— выдавила она наконец.‎‎п.Лапорта:Как он вообще? Что говорят врачи?‎‎Она вытерла глаза, попыталась собраться.‎‎Алия:Говорят, прогресс есть. Он уже пытается сидеть, реагирует на голос. Но ему нужна постоянная поддержка. Я... я так боюсь не справиться.‎‎мужчина кивнул, сжал кулаки на столе.‎‎п.Лапорта:Он справится. Твой отец сильный,он выкарабкается. ‎‎ Он помолчал, потом добавил мягче:

– И ты выкарабкаешься. Ты ведь папина доча. ‎‎Алия слабо улыбнулась. В этой улыбке смешались благодарность, страх и робкая надежда.‎‎Алия:Я просто... я так хочу, чтобы он снова был собой. Чтобы мы могли гулять, разговаривать, смеяться...‎‎п.Лапорта:Так и будет.‎‎перебил он твёрдо. ‎Поверь мне. А пока..сосредоточься на том, что можешь сделать сейчас. И знай,ты не одна.‎‎Он встал, обошёл стол, положил ей руку на плечо,тяжёлую, но надёжную.‎‎п.Лапорта:Если что‑то понадобится звони в любое время. Деньги, люди, связи..всё, что угодно. Это не просьба, Алия. Это приказ.‎‎Она кивнула, чувствуя, как внутри что‑то отпускает. Впервые за долгие недели ей не нужно было держать всё в себе.‎‎Алия:Я буду на связи. И... если можно, передайте ребятам, что я ненадолго.‎‎ — Он кивнул.‎‎п.Лапорта: И ещё, Аль....‎Когда он поправится, приведи его сюда. Пусть посмотрит, как его дочь воспитывает чемпионов.‎‎Аля встала, уже чуть увереннее. У двери она обернулась:‎‎Алия:Спасибо,Я... я постараюсь.‎‎п.Лапорта:Не «постараюсь», ‎‎ улыбнулся он.

‎ — А сделаю. Так, как твой отец всегда говорил.‎‎Она вышла из кабинета с лёгким сердцем. Где‑то вдали, на поле, звучали крики игроков и стук мяча. Жизнь продолжалась. И теперь у неё было чуть больше сил, чтобы бороться за ту жизнь, что ждала её в больничной палате.

‎