Глава 38. Провал

— Каж­дый че­ловек сам стро­ит свою судь­бу, — твер­до про­из­нес я, смот­ря в чер­ные без­дны глаз ша­мана, что бы­ли единс­твен­ной ви­димой частью из-под мас­ки в чер­но-бе­лую клет­ку.— Оши­ба­ешь­ся.

Я нах­му­рил­ся, а пос­ле ус­мехнул­ся угол­ка­ми губ:

— Жи­вым не дам­ся, — опо­вес­тил ша­мана.— Мне еще ник­то не от­ка­зывал, ре­бенок, и не те­бе быть ис­клю­чени­ем.

Хах, это мы еще пос­мотрим.

— Уй­ди по-хо­роше­му, от­ка­жись от мо­ей кан­ди­дату­ры, и из­ба­вишь се­бя от мно­гих проб­лем, — пре­дуп­реждаю его, ведь я же доб­рый юно­ша, вос­пи­тан­ный, за­бочусь о бла­гопо­лучии ок­ру­жа­ющих.

От­ве­том ша­мана был шаг впе­ред с яв­ным на­мере­ни­ем вы­рубить, ведь от не­го не чувс­тво­валась смер­тель­ная уг­ро­за.

Что ж, вой­на так вой­на, мир­но за­быть обо мне он не за­хотел — я на­иг­ранно тя­жело вздох­нул, с неп­ритвор­ной грустью смот­ря на ша­мана, по­нимая, что шан­сы мои не­вели­ки.

Вы­зываю пла­мя, мыс­ленно зо­вя Юшен­га; «Под­со­би-ка, дру­жок» — с рук сры­ва­ют­ся ша­ры яр­ко-крас­но­го пла­мени, что я тут же от­пра­вил в Шах­матно­голо­вого, но те буд­то прош­ли сквозь, точ­нее впи­тались в те­ло муж­чи­ны.

«Не­уже­ли это си­ла ша­манов?», сер­дце за­билось пти­цей в клет­ке, ра­зум по­нимал, что шан­сов все мень­ше и мень­ше, осо­бен­но ког­да пла­мя прос­то впи­тыва­ет­ся в не­го! Так, Фонг, не па­никуй, поп­ро­бу­ем еще раз.

— Боль­шой ог­ненный дра­кон, — про­шеп­тал я, еле раз­лепляя гу­бы, тут же раз­во­дя ру­ки в сто­роны и поз­во­ляя ог­ромно­му пла­мен­но­му дра­кону сор­вать­ся с ла­доней и пом­чать­ся в сто­рону муж­чи­ны.

Но и тот впи­тал­ся без сле­да, зас­та­вив ме­ня за­мереть. Пла­мя ни­чего не даст, и я еще не нас­толь­ко су­мас­шедший, что­бы драть­ся в ру­копаш­ную с не­чело­веком.

Но, по­хоже, при­дет­ся поп­ро­бовать, как я уже ре­шил, без боя я не сдам­ся.

Пос­лы­шал­ся дол­гий хмык, от ко­торо­го по спи­не по­бежа­ли хо­лод­ные му­раш­ки. Шах­матно­голо­вый мед­ленно по­тянул­ся к мас­ке ру­ками в чер­ных пер­чатках, а пос­ле снял ее. Я же сто­ял, за­мерев слов­но кро­лик пе­ред уда­вом — дав­нень­ко я та­кого не чувс­тво­вал, од­на­ко, — и то­нул в без­дне глаз это­го... Монс­тра. Ста­ло тут же по­нят­но, что мне поз­во­лили уви­деть ту мно­гове­ковую муд­рость, ту ус­та­лость и об­ре­чен­ность. В мгно­вение вы­раже­ние ли­ца ша­мана из­ме­нилось и ста­ло ре­шитель­ным, хоть по-преж­не­му нем­но­го грус­тным, он был го­тов ид­ти до кон­ца, но сох­ра­нить ус­тои ми­ра, в ко­тором мы жи­вем.

За се­кун­ду, что я сто­ял с сту­поре, не смея от­вести взгляд, он вдруг про­пал. Что­бы тут же ока­зать­ся за мо­ей спи­ной, мгно­вен­но скру­тить ме­ня и свя­зать. Я да­же от­ре­аги­ровать не ус­пел, лишь за­душе­но втя­нул в се­бя воз­дух, оша­рашен­но дер­га­ясь.

— Ч-что... — ру­ки свя­зали за спи­ной за се­кун­ду, и тут же под­хва­тили за жи­вот, вжи­мая в бок. Од­ной ру­кой. — От­пусти ме­ня не­мед­ленно! — при­казы­ваю ему, вы­рыва­ясь, но хват­ка ка­мен­ная, не по­лучи­лось да­же дер­нуть­ся, лишь но­ги бол­ты­хались в воз­ду­хе, не дос­ти­гая ша­мана. Тог­да пы­та­юсь вновь вы­пус­тить пла­мя в на­деж­де, что ве­рев­ки сго­рят, но это не по­луча­ет­ся!Я унял па­нику и по­чувс­тво­вал, что пла­мя все же вы­пус­ка­ет­ся, но тут же буд­то рас­се­ива­ет­ся, ку­да-то впи­тыва­ет­ся. Ка­вахи­ра! И не жир­но ему, я же уже прор­ву пла­мени вы­пус­тил, а ему хоть бы хны!

Ста­дия аг­рессии при­нятия по ви­димо­му прош­ла, ког­да спус­тя нес­коль­ко ми­нут, ко­торые ме­ня ку­да-то нес­ли, я прек­ра­тил раз­во­дить ис­те­ричес­кие кри­ки и на­чал тор­го­вать­ся: — Ну вот за­чем те­бе имен­но я? Ведь есть еще столь­ко пла­мен­ни­ков, столь­ко тех, кто с ра­достью бы сог­ла­сил­ся! У ме­ня же все и так хо­рошо, в день­гах не нуж­да­юсь, жи­ву и до­воль­ству­юсь жизнью... — ме­ня бес­це­ремон­но прер­ва­ли.

— Ты — са­мая под­хо­дящая кан­ди­дату­ра, Фонг Линь. — Го­лос ша­мана лил­ся ре­кой, и я не­осоз­нанно за­мол­чал и за­тих, ког­да он на­чал го­ворить. — Ник­то луч­ше те­бя не по­дой­дет, и хо­чешь ты то­го или нет, ты при­мешь мое пред­ло­жение и пред­назна­чен­ную те­бе судь­бу.

Я зло вы­дох­нул, гром­ко, что­бы этот слы­шал мое не­доволь­ство.

— У ме­ня на но­су важ­ное де­ло, я не мо­гу при­нять его, да­же ес­ли бы был сог­ла­сен. Де­ло прак­ти­чес­ки ми­рово­го мас­шта­ба.Хмык.— Мой мас­штаб бу­дет по­миро­вей тво­его, ре­бенок, не пы­тай­ся из­бе­жать не­из­бежно­го, сми­рись. Сэ­коно­мишь се­бе нер­вы, — пов­то­рил мои же сло­ва.

Из­ви­ва­юсь от злос­ти, хоть так пы­та­ясь сде­лать хоть что-то, не без­дей­ство­вать

— А вот фиг те­бе, — зло пых­чу се­бе под нос, ду­мая о том, что вро­де бы силь­ней­ших не сра­зу де­лали ар­ко­бале­но. Зна­чит вре­мя, что­бы при­думать план и из­бе­жать ста­нов­ле­ния мла­ден­цем, есть.Тем вре­менем мы спус­ти­лись вниз, в гос­ти­ную, где по ощу­щени­ям на­ходи­лись и Бао, и Лей.

— Фонг??! — по го­лосу ре­бенок в шо­ке.— Чжи Цзян, не ожи­дал, что ты лю­бишь та­кие иг­ры... — ну да, ко­неч­но, что­бы го­лубов­ласка и не упус­тил воз­можнос­ти под­стеб­нуть? Но да­же в его иро­нич­ном го­лосе слы­шалось изум­ле­ние. Ну да, по­шел яко­бы спать, а тут ме­ня как ме­шок кар­тошки при­носят к ним. Си­ту­ацию ухуд­ша­ет то, что я как бы пря­чусь, по­это­му-то мы втро­ем глу­боко в ле­су, в за­щищен­ном бун­ке­ре. А тут та­кая си­ту­эй­шен.— Я по­хищаю его, де­ти, не бес­по­кой­тесь, не убью, — яз­ви­тель­ность и снис­хо­дитель­ность так и прет из ша­мана, с че­го бы? Да и за­чем он во­об­ще при­шел к ним? За­чем это?— Опо­вес­тить, что­бы дет­ки не вол­но­вались? — вслух вы­рыва­ет­ся.

Сно­ва хмык и ре­аль­ность плы­вет пе­ред гла­зами.

Ме­ня ки­да­ют на пол и я боль­но бь­юсь под­бо­род­ком о пол, от­че­го злость сно­ва раз­го­ра­ет­ся в ду­ше.

— Ак­ку­рат­нее нель­зя?

Ша­ман иг­но­риру­ет мои враж­дебные взгля­ды сни­зу вверх, а вы­раже­ние его ли­ца к со­жале­нию не по­нять — на нем сно­ва мас­ка в чер­но-бе­лую клет­ку. Кра­ем гла­за за­мечаю, что мы на кух­не и боль­шинс­тво ве­щей тут из тем­но­го де­рева.

Из­ви­ва­юсь, ощу­щая чье-то при­сутс­твие, но в мо­ем сос­то­янии мне бы­ло пле­вать: хо­телось выб­рать­ся и хо­рошень­ко под­рать­ся, ес­ли уж по­бедить не по­лучит­ся. Спус­тя па­ру се­кунд в го­лову при­ходит нап­равлен­ная Юшен­гом мысль, ко­торую еле по­лучи­лось за­метить — сжечь ве­рев­ки. Хо­телось хлоп­нуть се­бя по лбу, ведь Ка­вахи­ра ме­ня боль­ше не удер­жи­ва­ет, а зна­чит и пла­мя мое не пог­ло­ща­ет. За се­кун­ду пу­ты сго­рели в алом ог­не и я тут же под­ско­чил, зло смот­ря на муж­чи­ну в мас­ке.

— Пов­то­ряю, я в этом учас­тво­вать не со­бира­юсь.

Сно­ва пла­мен­ные ша­ры, от не­кото­рых ша­ман на­чал ук­ло­нять­ся, и я зло­рад­но по­думал, что да­же ему жир­но­вато впи­тывать столь­ко чу­жого и аг­рессив­но­го пла­мени ура­гана. Вот толь­ко я поч­ти на ну­ле — сил и пла­мени не эко­номил, тра­тил толь­ко так, и ме­ня мак­си­мум хва­тит на один прос­той шар пла­мени.

— Ре­бенок, ты яв­но по­нима­ешь, что от это­го за­висит рав­но­весие во всем ми­ре. Не прит­во­ряй­ся тог­да, что не по­нима­ешь, и сми­рись.— А я не хо­чу! — вык­рикнул я, ощу­щая бес­по­мощ­ность и не­веро­ят­ную сла­бость. Мое соп­ро­тив­ле­ние прав­да ни­чего не да­ет, толь­ко зря си­лы тра­чу, но я прос­то... — Не хо­чу уми­рать, — а пос­ле шеп­чу, гла­за ста­новят­ся мут­ны­ми, ок­ру­жа­ющая об­ста­нов­ка рас­плы­ва­ет­ся, — толь­ко не сно­ва...

Па­ру се­кунд мы мол­чим — я пы­та­юсь взять се­бя в ру­ки и вер­нуть злость, за­пал для борь­бы, но все про­пало, в гру­ди ста­ло пус­то-пус­то. На­вер­ное, это и есть опус­то­шен­ность и апа­тия. Внут­ренне я уже сог­ла­сил­ся, ведь... Есть же и плю­сы, да? Воз­можно, я се­бя так ус­по­ка­иваю, са­мов­ну­шение, оно та­кое, шту­ка силь­ная, но я вдруг по­нял, что бы­тие ре­бен­ком — не са­мый худ­ший ва­ри­ант.

Так я не бу­ду ста­реть око­ло ста лет, ос­та­ва­ясь все вре­мя ре­бен­ком. С од­ной сто­роны про­живу го­раз­до доль­ше, чем ес­ли бы жил обыч­ной жизнью, а с дру­гой это прок­ля­тое дет­ское те­ло. На сколь­ко ар­ко­бале­но выг­ля­дят? Го­да два? Три? Пе­реве­шива­ет по­хоже, то, что я не бу­ду дрях­лым ста­рич­ком, а ум­ру, хах, прям в рас­све­те сил. В са­мом со­ку, так ска­зать.

Ми­нус бы­тия ре­бен­ком, ко­торый я пом­ню прек­расно — те­бя ник­то не вос­при­нима­ет всерь­ез, что яв­ля­ет­ся ог­ромной проб­ле­мой. Ты не мо­жешь дос­тать ни­чего с вер­хних по­лок, да и во­об­ще с по­лок. С дру­гой сто­роны, жи­вут же как-то кар­ли­ки...?

Я тя­жело вздох­нул, сми­ря­ясь. Еще бу­ду жа­леть, бу­ду прок­ли­нать се­бя и свой иди­отизм, это­го ша­мана и сам мир, но... И вправ­ду, ес­ли не я, то кто?

— Я и вправ­ду са­мый под­хо­дящий кан­ди­дат?— Дру­гие два это муж­чи­на пя­тиде­сяти лет и ма­лень­кая де­воч­ка. Ос­таль­ные не под­хо­дят, Фонг Линь. — неп­ри­выч­ное об­ра­щение ре­зану­ло уши, но факт при­печа­тал. Ста­рик и ма­лень­кая де­воч­ка, за­меча­тель­но.

Я по­нял, что эту но­шу ски­нуть на них нель­зя, да я бы сам се­бя не прос­тил, ес­ли бы та­кая но­ша прок­ля­тия лег­ла на ма­лень­ко­го и нес­мышле­ного ре­бен­ка или очень по­жило­го че­лове­ка, не­мощ­но­го ста­рика — да он на­вер­ня­ка сто­ит-то с тру­дом, как и ви­дит и го­ворит, что тут го­ворить о но­ше ми­ра.

Сжал ру­кава, под­созна­тель­но не же­лая ра­нить ла­дони о ног­ти.

Я мол­чал. Мол­чал и ша­ман. Не знаю, что бы­ло в его го­лове, но я пус­тым взгля­дом свер­лил прос­транс­тво вок­руг, не ви­дя, что имен­но — вро­де бы, да­же мас­ку ша­мана, что-то чер­но-бе­лое там яв­но бы­ло.

— В этот дом мож­но толь­ко вой­ти, а вой­дя, не вый­ти без мо­его раз­ре­шения. Оно бу­дет толь­ко для тех, кто бу­дет вы­пол­нять за­дания.— Для че­го они? — я встрях­нулся, в гла­за вер­ну­лась ос­мыслен­ность, — за­чем нам вы­пол­нять ка­кие-то за­дания?— Для спло­чения, все же мне не хо­телось бы, что­бы вы по­уби­вали друг дру­га, ведь дру­гих кан­ди­датов най­ти слож­но.

Я за­дум­чи­во пос­мотрел на муж­чи­ну:— Так­же, как и ура­гана?— Раз­ве что ту­ман­ни­ков, у ос­таль­ных ат­ри­бутов та­кой нех­ватки нет, но имен­но вы шес­те­ро под­хо­дите луч­ше все­го.— Яс­но...

От­вернув­шись, я на­конец ог­ля­дел по­меще­ние, где мы на­ходи­лись. Кух­ня ока­залась нем­но­го раз­гром­ленной, один из стуль­ев сго­рел, пар­кет по­тем­нел, а в уг­лу си­дела, по­ложив ру­ки на боль­шой жи­вот, чер­но­воло­сая жен­щи­на.

Она лю­бопыт­но изу­чала ме­ня взгля­дом, иног­да бро­сая ос­то­рож­ные взгля­ды на ша­мана в мас­ке. Она бы­ла хруп­ко­го те­лос­ло­жения и прак­ти­чес­ки уто­пала в со­фе с ко­рич­не­вой обив­кой.

Уви­дев, что мы за­кон­чи­ли, жен­щи­на, се­кун­ду по­мед­лив, на­чала под­ни­мать­ся, а пос­ле доб­ро­жела­тель­но улыб­ну­лась:

— Buongiorno, signori. Sono felice di vedere un nuovo membro che si unisce a noi.

Италь­ян­ский. Сла­ва буд­де, что я учил в прош­лой жиз­ни италь­ян­ский, но это да­ло мне лишь то... Что я при­мер­но по­нял смысл это­го лег­ко­го пред­ло­жения, хо­тя не­кото­рые сло­ва и нет. Здравс­твуй­те, гос­по­да, я ра­да ви­деть но­вого... Чле­на... Нам.

Ска­зать я сов­сем ни­чего не смо­гу, к мо­ему ве­лико­му со­жале­нию, ведь ме­ня обу­чали лишь ки­тай­ско­му (а это жуть как слож­но со все­ми эти­ми ди­алек­та­ми и со­ци­олек­та­ми, ска­жу я вам!), ан­глий­ско­му, рус­ско­му, фран­цуз­ско­му и не­мец­ко­му. Пять язы­ков... Уди­витель­но, вер­но? На са­мом де­ле нет, ведь дол­жность Гу­ань Иня обя­зыва­ет его знать мно­го язы­ков, как и ме­ня как его пре­ем­ни­ка. Да и что я по ва­шему де­лал все эти го­ды? С две­над­ца­ти до те­переш­них во­сем­надца­ти, шесть лет бы­ли как раз дос­та­точ­ным вре­менем для изу­чения, не пол­но­го, ко­неч­но же, но раз­го­вор­ный и пись­мен­ный у ме­ня на уров­не.

— Прос­ти­те, — об­ра­тил­ся я к жен­щи­не на ан­глий­ском, — к мо­ему со­жале­нию, италь­ян­ский я не изу­чал, — что на­мере­ва­юсь ис­пра­вить, ведь вре­мени у ме­ня бу­дет ва­гон и ма­лень­кая те­леж­ка... Нас­тро­ение опус­ти­лось еще ни­же, в гла­зах по­яви­лась нес­кры­тая об­ре­чен­ность.— О, прос­ти­те, я не по­дума­ла. Доб­ро по­жало­вать в на­шу семью, — улыб­ка у жен­щи­ны бы­ла дру­желюб­ной и от­кры­той, а си­ние гла­за лу­чились теп­лом и при­няти­ем.

Ша­ман на­чал ста­новить­ся проз­рачным, на­вер­ня­ка да­вая шанс ос­та­новить се­бя, ес­ли это бу­дет нуж­но. Про­падать в миг он умел, так же как и по­яв­лять­ся, это я уже у­яс­нил.

— Стой! — ис­че­зание прек­ра­тилось, — Вер­ни кух­ню в об­ратное сос­то­яние.

Хоп, и сго­рев­шее ста­ло вновь буд­то но­вень­ким, и са­мое стран­ное, что это бы­ла яв­но не ил­лю­зия — пос­ле ис­чезно­вения ша­мана я не пос­теснял­ся лю­бопыт­но по­щупать ме­бель.

Я пос­та­вил га­лоч­ку в уме над по­доз­ри­тель­ным вла­дени­ем вре­мени, что-то мне под­ска­зыва­ло, что это свя­зано имен­но со вре­менем, а не с соз­да­ни­ем но­вых из воз­ду­ха. Хо­тя и это­го ис­клю­чать не сто­ит.

Взгля­ды, си­ний и се­рый, встре­тились, и у обо­их ав­то­мати­чес­ки на ли­цо вы­пол­зла от­ра­ботан­ная до реф­лексов улыб­ка — у од­ной теп­лая и доб­рая, ис­крен­няя, у дру­гого уч­ти­вая, дру­желюб­ная, до скре­жета зу­бов иде­аль­ная.

Что ж, она мне уже нра­вит­ся, слиш­ком мы по­хожи — оба зна­ем боль­ше, чем на­до бы­ло, но тща­тель­но скры­ва­ем этот факт, на­девая на ли­цо улыб­ку.

Стоп... Это что же, я про­колол­ся Ка­вахи­ре, что знаю о нем и о том, что за роль бу­ду иг­рать в бу­дущем, его чер­то­вой судь­бе?

Ой ду­ра-а-ак...

Хло­пок по лбу был слиш­ком не­ожи­дан­ным да­же для ме­ня, не то что для жен­щи­ны, что под­прыг­ну­ла и удив­ленно и лю­бопыт­но пос­мотре­ла на ме­ня. Да и я сам уди­вил­ся — от­вык я от про­яв­ле­ния чувств пе­ред поч­ти нез­на­комы­ми людь­ми, что тут го­ворить, ки­тай­ская сдер­жанная куль­ту­ра.