Глава 38. Возраст мудрости и мармеладный хаос

Август 1980 года принес с собой душные, тягучие ночи и совершенно новое, почти осязаемое чувство ответственности, которое невидимым куполом накрыло Годрикову Впадину.

С появлением на свет маленького Гарри привычный мародерский мир неуловимо изменился. Каждое действие, каждый патруль Ордена Феникса и даже самые обычные бытовые посиделки теперь мерились безопасностью этого крошечного человека.

Эти перемены коснулись всех. Даже Сириуса Блэка. Хотя он, разумеется, всеми доступными силами, мародерским гонором и привычными ужимками пытался это скрыть.

- Я просто хочу официально донести до вашего сведения одну фундаментальную вещь, - с донельзя серьезным, даже торжественным выражением лица произнес Сириус.

Он сидел в глубоком кресле гостиной Поттеров, закинув ногу на ногу и сцепив пальцы в замок. Опыт семи лет в Хогвартсе подсказывал Ремусу: когда у Блэка лицо приобретает вид министерского судьи, он собирается либо выдать несусветную глупость, либо взорвать гостиную.

- Я теперь официально взрослый и зрелый мужчина, - веско добавил Блэк.

В комнате повисла тяжелая, озадаченная тишина. Джеймс медленно перевел взгляд с друга на Лили, которая как раз укачивала Гарри на руках.

- Лилс, посмотри на него. Он опять за свое.

Лили сокрушенно вздохнула, поправляя легкое одеяльце сына:- Да, Джеймс. Я вижу. Симптомы тревожные.

- Сириус, - Амара, сидевшая на ковре у камина и разбиравшая старые рецепты масляного пива, тепло улыбнулась. - Давай смотреть фактам в лицо. Тебе всего двадцать лет.

- Именно! - Сириус согласно мотнул головой, отчего его безупречные черные кудри слегка растрепались. - Двадцать лет - это, между прочим, пик ментального расцвета. Настоящий возраст мудрости.

Ремус Люпин медленно опустил толстый фолиант по древней магии, который держал на коленях, и поверх очков посмотрел на друга своим фирменным, проницательным взглядом:- Возраст мудрости, Бродяга? Это говорит человек, который вчера вечером добрых пятнадцать минут пытался открыть входную дверь своего дома взрывным заклятием Бомбарда, просто потому что забыл, куда засунул ключи?

- Это был чистейший научный эксперимент по проверке прочности защитных чар! - ни капли не смутился Сириус, гордо вскинув подбородок.

- Сириус, это была обычная деревянная дверь в твою прихожую, - мягко напомнил Ремус, возвращаясь к книге.

Блэк демонстративно проигнорировал реплику Люпина и выпрямился в кресле, обводя присутствующих многозначительным взглядом:- В любом случае, отбросим бытовые мелочи. У меня есть важное, официальное заявление для нашей стаи.

Все невольно замолчали. Даже маленький Гарри в своем гнездышке из подушек перестал возиться и затих, словно младенческая интуиция подсказала ему историческую важность момента.- Я встречаюсь, - отчеканил Сириус.

В гостиной снова воцарилась тишина, но на этот раз она была звенящей от шока. А в следующую секунду Джеймс так резко дернулся, что едва не выронил свою любимую кружку с чаем.

- ЧТО?! Повтори-ка еще раз?

Сириус недовольно нахмурился, в упор глядя на Поттера:- Сохатый, почему у тебя такое лицо, будто я только что признался в любви к Снейпу? Почему все так бурно реагируют?

Амара медленно, торжествующе улыбнулась, откладывая пергаменты в сторону:- Наверное, потому, Сириус, что ты - Сириус Блэк. Главный и самый закоренелый холостяк Гриффиндора, который всегда утверждал, что его сердце принадлежит исключительно его мотоциклу и свободе. И кто же эта несчастная... то есть, я хотела сказать, отважная волшебница?

Лили подалась вперед, в её глазах вспыхнул искренний, чисто девичий азарт:- Да, Сириус, не тяни. С кем ты встречаешься?

На скулах Бродяги вдруг впервые за всю историю их знакомства выступил легкий, едва заметный румянец. Он отвел взгляд к окну и как-то непривычно тихо, почти смущенно произнес:- С Марлин.

- Маккиннон?! - Амара просияла, её улыбка стала невероятно широкой.

Сириус молча, но твердо кивнул.Джеймс отставил кружку от греха подальше и откинулся на спинку дивана, начиная заливисто, во весь голос смеяться:- Та самая Марлин Маккиннон? Безумная, взрывоопасная блондинка с нашего курса? Бродяга, да вы же разнесете половину Лондона, если поссоритесь!

- Она не безумная, Сохатый, - с легким раздражением, но и с явной нежностью в голосе заступился Сириус. Он сделал паузу, подбирая слова. - Она просто... очень энергичная. И у нее потрясающий правый хук, между прочим.

Ремус Люпин понимающе улыбнулся, глядя на то, как Блэк пытается держать лицо:- Ну, это объясняет, почему в последнее время ты стал так подозрительно часто пропадать на «дополнительных дежурствах Ордена». И почему от тебя иногда пахнет лавандовым мылом.

Марлин Маккиннон знали все присутствующие. Она была их сокурсницей, чистокровной гриффиндоркой до мозга костей, которая умудрялась вляпываться в неприятности с той же регулярностью, что и сами Мародеры. В Хогвартсе она делила спальню с Лили и Амарой, и девчонки знали её как человека невероятной верности и яростного темперамента. Марлин была той самой девушкой, которая могла устроить громкий, яростный спор со старостами Слизерина прямо в коридоре, а через десять минут как ни в чем не бывало сидеть с Мародерами за общим столом, воруя у Джеймса гренки.

- Подожди-ка, - Лили сузила глаза, внимательно разглядывая крёстного своего сына. - Сириус, вы давно вместе?

Сириус снова отвел взгляд, начав с преувеличенным интересом рассматривать узор на ковре:- Ну... несколько месяцев. С конца весны, в общем.

Амара хитро прищурилась, скрестив руки на груди:- Несколько месяцев? И ты всё это время молчал, Блэк? Не поделился даже с Джеймсом?

- Я просто... я хотел убедиться, - Сириус неожиданно посерьезнел, и в его голосе прорезались искренние, глубокие нотки. - Хотел понять, что это взаимно и серьезно. В наше время глупо разбрасываться такими вещами.

Все мародеры на мгновение замолкли. Это признание было настолько не похожим на прежнего, ветреного Сириуса Блэка, что масштаб тектонического сдвига в его душе стал очевиден каждому. Внутренняя темнота войны и рождение Гарри заставили даже его повзрослеть.Ремус мягко нарушил тишину, тепло глядя на друга:- Ты просто был осторожным, Бродяга. Защищал то, что тебе дорого. Это правильный поступок.

Сириус тут же вскинул на него умоляющий взгляд, возвращая свою привычную маску:- Лунатик, ради всего святого, не говори это никому в Ордене. Ты же уничтожишь мою репутацию грозного и безрассудного борца с темными силами.

И в этот момент все окончательно поняли: Бродяга действительно, по-настоящему, глубоко счастлив.

Марлин пришла ближе к вечеру, и с её появлением мозаика этого безумного дня окончательно сложилась воедино. Она буквально влетела в дом, растрепанная, с легким румянцем на щеках от быстрой аппарации, держа в руках огромный бумажный сверток, из которого восхитительно пахло свежей выпечкой и жареным мясом.

- Привет всем! Я принесла нормальную еду из магловской лавки, потому что знаю, что Поттер наверняка опять кормит Лили одними подгоревшими тостами! - с порога заявила Маккиннон.

Джеймс благодарно склонил голову:- Отличное тактическое начало, Марс. Ты принята в наш оргкомитет.

Марлин звонко рассмеялась, обняла сначала Лили, затем крепко прижала к себе Амару, шепнув ей на ухо: «Этот придурок уже всё разболтал, да?».

Получив утвердительный кивок, она повернулась к детской корзинке и замерла, глядя на спящего Гарри.

- О нет... - Сириус, стоявший рядом, мгновенно напрягся всем телом, будто ожидал подвоха. - Что такое, Марлин?

Она медленно перевела взгляд с младенца на Сириуса, и её губы тронула невероятно нежная улыбка:- Он такой крошечный.

- Да, - настороженно кивнул Блэк.

- И он... Мерлин, Сириус, он же в этот момент неуловимо похож на тебя, когда ты спишь. Такой же взъерошенный и недовольный.

В гостиной снова воцарилась секундная пауза, после чего Джеймс картинно схватился за сердце:- О нет! Бедный, бедный мой мальчик... За что ему такое наказание в самом начале жизни?

Все присутствующие разразились дружным, громким смехом. Сириус в ответ лишь потрясенно качал головой, бормоча что-то о том, что Поттеры совершенно не умеют ценить породистую блэковскую генетику.

Ремус сидел в своем кресле, обнимая подошедшую Амару за талию, и улыбался так широко, что у него начали болеть скулы. Он смотрел на эту шумную, сумбурную картину и чувствовал, как внутри него разливается глубинное, ни с чем не сравнимое тепло. Их компания снова стала больше. Еще один родной человек. Еще один звонкий голос. Еще один надежный кусочек их общей, самодельной семьи, которую они упрямо строили назло сгущающейся вокруг тьме

Позже, когда вечер перетек в глубокую, прохладную ночь, Амара и Марлин устроились на кухне за чашками чая.

- Я невероятно, просто безумно рада за вас, Марс, - искренне произнесла Амара, накрывая ладонь подруги своей.

Марлин тепло улыбнулась, хотя в её глазах на мгновение промелькнула легкая усталость:- Спасибо, Ами. Я сама, если честно, до сих пор иногда не верю. Сириус... он ведь очень сложный волшебник. Со всеми этими его семейными призраками, Блэковским наследием и вечным стремлением лезть на рожон.

- Знаю, - мягко кивнула Амара. - Мы все это знаем. Очень сложный.

- Но он... он такой хороший, Ами, - Марлин посмотрела через открытую дверь кухни в гостиную, где Сириус в этот момент что-то яростно доказывал Джеймсу, активно размахивая руками. - Под всей этой броней и шуточками скрывается такое огромное, преданное сердце. Он из тех, кто сгорит сам, но не даст замерзнуть тем, кого любит.

- Да, - подтвердила Амара, проследив за её взглядом. - В этом вы с ним чертовски похожи.

А в гостиной в это же время Сириус продолжал бурный спор с Поттером, тщетно пытаясь отстоять свои пошатнувшиеся позиции «неукротимого бунтаря»:- Поттер, я повторяю тебе в последний раз: я не стал мягче! Мой характер по-прежнему остер, как гоблинская сталь.

- Бродяга, ты встречаешься с Марлин Маккиннон уже несколько месяцев втайне от всех, чтобы оберегать её, - с победной ухмылкой парировал Джеймс. - И? Что ты на это скажешь?

- И ничего! Это стратегический союз двух выдающихся бойцов Ордена!

- Сириус, - Джеймс подался вперед, заглядывая другу в лицо. - Ты сейчас говоришь это и улыбаешься. Буквально светишься, как начищенный галеон.

Блэк мгновенно попытался придать своему лицу максимально суровое, безразличное выражение:- Не говори глупости, Сохатый. Это просто отблески камина. И вообще, у меня суровый оскал.

Но было уже слишком поздно. Это заметил Джеймс, это видела Лили, это прекрасно понимал улыбающийся Ремус.

В этот душный августовский вечер у них снова был полный дом. Шумный, слегка нелепый, наполненный спорами, детским сопением и ароматом свежей выпечки. Но самое главное - этот дом был до краев наполнен любовью. И Ремус Люпин, прижимая к себе Амару и слушая смех своих друзей, точно знал: пока они способны вот так искренне, во весь голос смеяться вместе вопреки любому страху - они остаются не просто соратниками. Они остаются семьей, которую ни одна тьма не сможет разбить.