Конец игры

Спустя буквально секунду после этого раздалась тихая и усталая усмешка Ильи:— Т/ишечка… я нашёл тебя, вылезай.

Я со смесью эмоций — грусти, обиды и шока — посмотрела на Илью и провела рукой по лицу, прикусив губу. Тихо и хрипло, пытаясь осознать происходящее и одновременно отрицая это, я сказала:— Серьёзно?.. блять, нет, нет, нет, нет, нет… ты шутишь, да? Ты серьёзно?..

Илья протянул мне руку, чтобы помочь выбраться, и я вылезла… Я до сих пор не могла осознать то, что проиграла…

Илья ласково притянул меня в объятия, и я заплакала у него на плече, а он успокаивающе начал поглаживать меня по голове:— Ну ты чего, Т/ишь… не расстраивайся… ты почти последняя…

Я дрожащим голосом прошептала:— Илюш, ключевое слово — «почти»…

Я прикусила губу, чтобы не расплакаться сильнее — это была моя давняя привычка. Илья заметил это и нахмурился, крепче сжимая меня в объятиях:— Всё нормально… пойдём к твоей команде.

Мне было немного страшно возвращаться туда с поражением, но я кивнула и вытерла слёзы, хотя мои красные глаза выдавали истинные эмоции…

Мы пришли к комнате ожидания, и я, вздохнув, зашла в неё. Оглядевшись, я увидела Кореша и рядом стоящего Парадеевича. Они оба сидели в телефонах, но Кореш кинул взгляд на меня, заметил и, улыбнувшись, подошёл ко мне:— Т/ишка…

Я улыбнулась, ведь он сказал это с такой нежностью, что мне снова захотелось плакать. Я прикусила губу, снова пытаясь не заплакать, а Кореш нахмурился, увидев мой жест, ведь он прекрасно знал, что я так делаю, когда пытаюсь сдержаться…

Он резко обнял меня, поглаживая по голове:— Что случилось, солнышко?..

Тихо прошептал он, а я уткнулась ему в плечо и, плача, дрожащим и хриплым голосом сказала:— Я проиграла…

Кореш слабо улыбнулся и тихо сказал, продолжая гладить меня по голове:— И что? Из-за этого расстроилась?..

Я не выдержала и выговорилась ему, выплёскивая все переживания, которые накопились, уже не в силах их сдерживать:— Да… я ужасная, я вас подвела. Из-за меня вы проиграли. Мы могли выиграть, если бы я спряталась лучше… Даже Парадеевич знал, где я спряталась, и не выдал меня, когда Илья предлагал ему деньги — он мог бы заработать. Я не выиграла… я должна была ради вас… Не я проиграла — мы проиграли. У нас был шанс выиграть… я такая дура, я ужасная…

Кореш хмуро посмотрел на меня и, продолжая гладить по голове, обнял крепче:— Хватит, Т/и… это не так, ты понимаешь?

Ты проиграла, но ты сильнее нас. Ты выдержала столько испытаний. Ты почти последняя, ты на втором месте, а значит, ты уже для нас победила. Ты сильнее нас, ты спряталась намного лучше, чем мы. Ты прошла в финал, в конце концов, понимаешь?

Он посмотрел прямо в мои покрасневшие от слёз глаза и хмуро, очень серьёзным тоном сказал:— Ты ни в коем случае не проиграла… для нас ты всегда выиграла…

Я улыбнулась и, вытерев следы слёз, сказала:— Но Парадеевич так не думает…

Кореш бросил сердитый взгляд на Парадеевича и сказал:— Парадеевич, блять, ты не видишь, что ей плохо?

На что белобрысый посмотрел на меня, потом на Кореша и, встав, подошёл ко мне. Он положил руки мне на плечи, аккуратно и нежно поглаживая, хмуро смотря на меня и наклонив голову вбок:— Т/ишь…во первых ты глупая если расстраиваешья из-за проигрыша а во вторых...я так никогда не считал и не буду считать, даже если так считают другие.

Мне стало намного легче от его слов, и я, не выдержав, обняла его, сказав короткое, но очень искреннее для меня:— Спасибо…

Как будто горы с плеч… Я выговорилась и услышала поддержку — мне стало легче… намного легче.