РАССКАЗ О ПОДЛЕЦЕ

Ввиду того что это тоже факт и тут речь пойдет об одном живом человеке, то мы бы не хотели затрагивать в печати его фамилию.То есть, вообще говоря, он, конечно, подлец и его следует публично прохватить, но он в настоящее время и без того чересчур расстраивается и говорит, что в ближайшее время он непременно перестроится.Поэтому, из педагогических целей, назовем его ***.И вот, едет этот "три звездочки" в трамвае.Вот он едет в трамвае. А по виду никак не скажешь, что это подлец едет. По виду — это едет скромный работник в валенках. Он едет в гости. Он едет к своему приятелю на именины.Вот он едет в трамвае к нему в гости, думает, может, там про свои всякие подлости — чего он сожрет, и хорошо, думает, что подарка имениннику не купил. Другие, думает, имеют привычку подарки покупать, а что касается меня, то они не на таковского напали.И вот он едет на именины без подарка. И на углу Седьмой линии он слезает. Он, вернее, не дождавшись остановки, спрыгивает с трамвая, чтобы поскорее пойти в гости, а то, думает, все сожрут. Им только, нахалам, опоздай.И вот он, в силу этого, спрыгивает поскорей. И вдруг слышит свисток, и чьи-то ноги спешат. Это милиция к нему поспешает. Желает узнать, как он спрыгнул, не повредил ли внутренностей и вообще — есть ли у него лишние деньжонки в кармане.Наш герой думает:"Ну, налетел на трешку. Лучше бы, думает, я имениннику пару червивых яблок купил, чем мне теперь штраф платить!"И, так подумавши, поскорей смешивается с толпой и идет как ни в чем не бывало. Будто это и не он прыгнул, а кто-нибудь там другой.Милиционер говорит:— Некрасиво делаете, что убегаете!*** говорит:— А что такое? Это не я прыгнул. За что я буду штраф платить? Что ты — ошалел, стоявши на своем посту? Я иду спокойно. И в трамвае я по крайней мере три дня назад ехал.Милиционер говорит:— Ах, вот какие речи! Тогда пойдемте в милицию.*** говорит:— Пойдемте.И сам, видя, что вокруг никаких свидетелей нету, начинает по дороге нашего милиционера чихвостить и костить настолько, что тот аж рот раскрывает, но сдерживается. Самые ужасные слова и грубости ему говорит. А милиционер тактично молчит и не теряет своего достоинства.Вот приходят они в милицию. Докладывают дежурному, что случилось. Милиционер говорит:— И, кроме того, он меня незаслуженно оскорблял. Запишите.Наш подлец говорит:— Он нахально врет. Никаких оскорблений я не допускал. Свидетелей не было, и я отказываюсь от этих показаний.Начальник милиции говорит:— А мы привыкли своим милиционерам доверять. И на тебя мы сейчас составим протокол.И вот они составляют протокол и спрашивают его, где он служит и где живет. А *** с перепугу и по своей подлости нарочно указывает не тот адрес. А то, думает, пожалуй, накладка будет.Вот он дает не тот адрес и говорит:— Можно мне идти? А то я опаздываю.Дежурный говорит:— Посиди маленько.И сам поспешает к телефону. Он вызывает адресный стол и там берет справку.Тогда *** говорит:— Ой, пардон, я спутался! Я вам не тот адрес дал. И не ту фамилию. На меня затмение нашло.Начальник милиции говорит:— Ах, вон ты какой фрукт! Ну, нам теперь твоя характеристика видна. Говори свой правдивый адрес и выметайся.Тогда ***, предвидя суд и неприятности, говорит адрес, но опять-таки не свой адрес, а во избежание дальнейших неприятностей, на всякий случай говорит адрес своего приятеля, именинника.И при этом думает: "Тому все равно ни черта не будет. Тот докажет свою невинность, а тут и адрес сойдется, если справку возьмут, и мне легче вздохнется".Вот он дает адрес именинника и называет себя его фамилией.Вот начальник милиции звонит в адресный стол, и там вскоре отвечают:— Такой есть, живет по этому адресу, и все правильно. Отпустите.И вот в хорошем настроении духа спешит наш *** на именины. Но приходит туда поздно. Там уж все съели, и ему подают лишь стакан чаю и какие-то пустяки.***, расстроившись от такой подачи, думает про себя:"Ничего! Я ему тоже хороший подарок преподнес. "Он у меня теперь, свинья, побегает!"И снова в хорошем настроении уходит домой.Дня через два на работу является бывший именинник, весь не в себе. Он говорит друзьям:— Со мной такое случилось, что только в сказках происходит. На меня какие-то подлецы двадцать пять рублей штрафу наложили за оскорбление милиции и за вранье. И я, говорит, сам теперь не пойму, что к чему.А они говорят: "Плати, или мы на твое жалованье наложим".От этих слов *** сконфузился и так отвечает:— Знаешь, Ваня, я тебе на именины ничего не подарил. Хочешь, я тебе десятку дам, чтобы ты внес этот штраф и не волновался.Тогда бывший именинник вдруг начинает кое-что понимать.— Позволь! — говорит. — Я твою скупость преотлично знаю. А то, что ты мне десятку суешь, это мне в высшей степени удивительно. Уж не ты ли, собака, мне это дело удружил? То-то я вспоминаю, что ты опоздал и пришел в расстроенных чувствах. Так вот какие ты подарки даришь своим друзьям!И с этими словами, размахнувшись, ударяет того по физиономии.Тот удивляется и говорит:— Ну хорошо, я весь штраф заплачу, только не губи моей хорошей репутации. Вот тебе двадцать пять целковых, поспеши заплатить.Бывший именинник говорит:— Это еще что за новости? Ты такой подлец, а я буду за тебя ходить и платить.*** говорит:— Ну хорошо: я сейчас сам пойду и заплачу. Только громко не кричи.И бежит в милицию.А там, как назло, сидит то же самое начальство, которое объяснялось с именинником, но не то начальство, которое было в первый раз. А наш герой, не сообразив мелочей, подает повестку и кладет на нее деньги.Дежурный изумляется перемене в наружности пришедшего в говорит:— А ну вас к черту! Что-то я ничего не пойму. То один не хочет заплатить, то другой, наоборот, хочет.Только вдруг приходит начальник отделения милиции.Он сразу разбирается во всем деле и говорит:— А, вот оно что. Ну, теперь мы тебе пришпилим обвинение.*** просит прощения и унижается. Но на него составляют протокол. И этот протокол отсылают на место службы.Там состоялся товарищеский суд, на котором нашего подлеца, к общему удивлению, оштрафовали на десять целковых. И, кроме того, приговорили к общественному порицанию и дали строгий выговор с предупреждением.А бывший именинник перестал с ним здороваться и говорит:— Вот так он мне подарок преподнес!А сам этот тип ходит теперь тише воды, ниже травы и говорит:— Так-то я довольно честный, но, конечно, и у меня случаются затмения. Но теперь, после этого факта, я совершенно перековался.Однако от перековки мы требуем порядочно. И если говорить о перековке, то нам желательно, чтоб окружающие люди были умные, честные и чтобы все стихи писать умели. Ну, стихи, даже в крайнем случае, пущай не пишут. Только чтоб все были умные.Хотя, впрочем, конечно, ум — дело темное. И часто неизвестно, откуда он берется.Так что желательно, чтоб все были хотя бы честные и чтоб не дрались. В крайнем случае даже пусть себе немного дерутся, но только чтоб вранья не было.Это не значит, что не соври. Нет, врать можно. Но только самую малость. Ну, например, жена спросит: где был? Ну, тебе сказать неохота, где был. Ну, скажешь, в аптеке был. Ну, она — хлесть со всего размаху.— Как это, — скажет, — в аптеке, когда, например, от тебя пивом пахнет?!Нет, драться тоже нехорошо.И лучше совсем без вранья, тогда, может, и драки прекратятся.Итак, желательно, чтоб все были довольно честные и чтоб даже в частной жизни, хотя бы опять-таки в гостях, наблюдалось поменьше вранья и свинства.А то хозяева иногда от этого сильно переживают.Вот, например, какой однажды, благодаря бытовому коварству, произошел случай на одной вечеринке.