Глава 1

Осень вступала в свои права медленно, но неумолимо. Воздух стал хрустальным и колючим, а солнце — обманчиво-ласковым. Оно ещё грело, но в каждом дуновении ветра уже чувствовалась та самая первая прохлада, от которой хочется глубже засунуть руки в карманы.

Гым Сон Дже шёл по аллее, ведущей к базе «Союза», и бездумно следил за тем, как жёлто-красные листья кружатся в медленном танце у его ног. Его оранжевая ветровка ярким пятном выделялась на фоне увядающего парка — единственное живое пятно в этой акварельной осенней палитре. Он курил, глубоко затягиваясь, и дым смешивался с прозрачным воздухом, тая за секунды. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени, и казалось, что оно тоже падает, уступая место вечерней прохладе.

Широким шагом, не сбавляя темпа, он преодолел расстояние до высотного здания за пять минут. Каждый, кто попадался ему на пути, инстинктивно прижимался к стенам и склонял голову в почтительном поклоне. Сон Дже лишь криво усмехнулся уголком губ, не вынимая сигареты изо рта. Эта усмешка была его визитной карточкой — холодная, высокомерная, не обещающая ничего хорошего.

Он толкнул дверь кабинета На Бэк Джина и, не дожидаясь приглашения, рухнул на продавленный диван, запрокинув голову и уставившись в потолок.

— Что-то не так? — лениво спросил Сон Дже, выпуская к потолку колечко дыма.

На Бэк Джин даже не поднял головы от вороха бумаг, разложенных на столе. Его голос звучал сухо и металлически:

— Во-первых, надо стучать. Во-вторых... да, случилось.

Сон Дже приподнял бровь, заинтересовавшись.

— Нужно проследить за одной девчонкой, — продолжил Бэк Джин.

Сон Дже усмехнулся, на этот раз с откровенной насмешкой:

— Какой? Ты что, влюбился?

Бэк Джин тяжело выдохнул. Медленно, словно нехотя, он поднял на друга свой тяжёлый, давящий взгляд. В этом взгляде не было ни капли игры.

— Сон Дже, не тупи. Я тебе тут игрушки развожу? Дело серьёзное.

— Какое? — Сон Дже перестал ухмыляться, чувствуя напряжение, повисшее в воздухе.

— Она нам нужна. Такая же жёсткая и бесчувственная. Я знаю, что в «Союзе» не должно быть девчонок, но она... — Бэк Джин на мгновение замолчал, подбирая слова, — она очень подходит. Она нам нужна.

— Как зовут?

— Пэк А Джин. Учится в старшей школе Кёнги. Ей восемнадцать. — Бэк Джин откинулся на спинку кресла, потирая переносицу. — Это всё, что я знаю. Ты должен узнать о ней больше и уговорить её вступить в наш «Союз».

Сон Дже медленно выпустил струю дыма, затем так же неторопливо поднял голову и упёрся локтями в колени, подаваясь вперёд. В его глазах промелькнул холодный расчёт.

— Ну ладно, Бэк Джин. Попробуем. — Он сделал паузу. — Но если не получится?

Бэк Джин посмотрел на него с той редкой теплотой, которую позволял себе лишь изредка.

— Сон Дже, я доверяю тебе это дело. Потому что знаю: ты сделаешь всё.

Слова «Я доверяю тебе» эхом разнеслись в голове Сон Дже. Это было дороже любых денег. Доверие На Бэк Джина — вот что Сон Дже ценил превыше всего. Ведь несмотря на всю жесткость их мира, Сон Дже считал его не просто боссом. Он считал его другом.

— Хорошо, Бэк Джин. Постараюсь.

Он поднялся, коротко кивнул и вышел, оставив друга одного с бумагами. Бэк Джин проводил его взглядом, а затем снова уткнулся в документы.

---

Вернувшись в свой кабинет, Сон Дже вызвал троих парней, которым доверял больше остальных. Они стояли перед ним, вытянувшись по струнке.

— Проследите за ней. День или два, чтобы узнать её график. И без происшествий. — Его голос звучал ровно, но от этого становилось только страшнее. — Джин сказал, она подходит «Союзу». Значит, она умная. Не спалитесь. Не сделаете дело идеально... — он красноречиво замолчал, и парни побледнели. — Сами понимаете, что я сделаю.

Те кивнули, поклонились и бесшумно испарились.

Сон Дже откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Усталость навалилась свинцовой тяжестью. Минут десять он просидел неподвижно, слушая тишину. Затем открыл глаза и вышел на улицу.

Он шёл один, и его глаза были пусты. Никаких эмоций — лишь бездонная чернота, в которой тонули все мысли. Он всё ещё прокручивал в голове слова Бэк Джина. Они и раньше доверяли ему такие задания, но чтобы На Бэк Джин произнёс это вслух, с такой интонацией... это было впервые.

Дорога домой была привычной и однообразной. Он зашёл в круглосуточный магазин, купил рамен и банку пива. Двор, в котором он жил, был старым и пугающим. Дома-хрущёвки с облупившейся краской, ржавые детские площадки, пустые качели, мерно поскрипывающие на ветру. Темнота сгустилась, и лишь один фонарь в центре двора отчаянно мигал, борясь с тьмой.

Он поднялся на второй этаж, отпер дверь и шагнул в свою однокомнатную квартиру. Скудная обстановка, но по крайней мере здесь была крыша над головой. На кухне он щёлкнул кнопкой электрочайника и пошёл переодеваться. Домашние футболка и штаны — и он снова на кухне. Чайник закипел. Сон Дже залил лапшу, включил на телефоне первую попавшуюся музыку и сел за стол.

Через пять минут он открыл крышку рамена, откупорил пиво и принялся за еду. Вкуса он почти не чувствовал — просто механический процесс. Он доел, оставил грязную посуду, даже не удосужившись убрать её в раковину, и побрёл в комнату. Упал на кровать, несколько минут тупо смотрел в потолок, затем провалился в тяжёлый сон.

Во сне было холодно. Он почувствовал это даже сквозь одеяло, которым укутался с головой.

---

Ему снилась улица, залитая лунным светом. Она была пуста, лишь серый туман стелился по земле. Сон Дже шёл, сам не зная куда, как вдруг перед ним, словно из ниоткуда, возникла девушка. У неё не было лица — лишь длинные чёрные волосы и аккуратная школьная форма, идеально отглаженная, как у куклы.

— Привет, Гым Сон Дже, — произнесла она.

Голос был чистым, мелодичным, обволакивающим. Он прозвучал прямо в его голове, проникая под кожу. А затем девушка просто растворилась в молочном тумане, оставив после себя лишь холодок.

— Стой! — крикнул Сон Дже и бросился за ней, но ноги подкосились, и он рухнул на колени.

Он резко проснулся.

Сердце бешено колотилось где-то в горле. Сон Дже сел на кровати, прижимая ладонь к груди. Он был весь мокрый от пота, простыни сбились в комок. Он помнил её голос. Этот чистый, звенящий тембр. Но лица... лица он так и не увидел.

Странно. За всю его жизнь, полную жестокости и крови, ему ни разу не снились девушки. Даже в кошмарах. А тут — вдруг. Он впервые видел такой сон, и после пробуждения сердце колотилось так, как не билось даже после самых опасных разборок. Он прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Перед внутренним взором всё стоял её силуэт и звенело в ушах: «Привет, Гым Сон Дже».

Взгляд упал на телефон — 6:00 утра.

Сон Дже поворочался с боку на бок, пытаясь снова уснуть, но сон не шёл. Образ стоял перед глазами, мешая расслабиться. Промучившись так минут двадцать, он сдался, резко поднялся с кровати и накинул чёрную ветровку. Карманы — сигареты, зажигалка, телефон. Всё на месте.

Он вышел в холодную утреннюю тишину.

До набережной было пять минут быстрым шагом. Сон Дже не стал идти — он побежал. Он бежал долго, почти сорок пять минут, разрезая сырой осенний воздух лёгкими. Лёгкие горели от кислорода, мышцы ног налились свинцом. Он остановился лишь у самого берега, у вбитой в землю старой сваи, и, тяжело дыша, уставился на водную гладь.

Вода была тёмной, стальной, почти чёрной. Небо над ней начинало светлеть, первые лучи солнца золотом касались поверхности, но это золото было холодным, как его собственный взгляд. Лёгкая рябь пробегала по воде, отражая серые тучи. Осенний ветер дул с реки, принося запах сырости и увядающих листьев. Казалось, сама природа дышала этой меланхолией.

Сон Дже смотрел на воду, пытаясь утопить в ней этот назойливый силуэт. Но девушка из сна не уходила. Она застряла где-то глубоко в сознании, как заноза.

Он вытащил сигарету, прикурил от дрожащей зажигалки и глубоко затянулся. Дым смешался с влажным воздухом и улетел ввысь. Дыхание постепенно нормализовалось, но в голове по-прежнему было пусто... и в этой пустоте отчётливо звучало: «Привет, Гым Сон Дже».

Он постоял у воды ещё немного, глядя на то, как солнечный свет играет на свинцовых волнах, затем развернулся и медленно, опустошённо побрёл обратно домой.