Глава 22 «Связь»

   Люди уходят. Я будто бы не позволяю произнести себе слово «умирают». Это неприемлемо для меня, словно мне не хотелось бы их отпускать. Когда ты заменяешь эти два слова, кажется, что человек еще живой. Он просто уехал куда-то далеко и когда-нибудь он все равно вернется. Ты не позволяешь ему уйти навсегда, ты оттягиваешь этот момент, но он все же придет.

Мне становится душно несмотря на то, что я нахожусь рядом с прохладным морем, громадные беспорядочные волны которого окутывают золотистый песок. Ваня смотрит куда-то вдаль, возможно, потерявшись в своих мыслях. В его голове звучат слова такие как потеря и гибель, и он вряд ли мог справится с ними. Я хочу пробудить его от этого мгновенного сна, но слова совсем не идут. Тяжело справится с мыслью о «пропаже» близкого человека. Не могу даже передать, насколько знакомо мне это омерзительное чувство. Опыт приходит с болью, так ведь?

Повернувшись к зеленоглазому парню, мне все же удается вытащить из себя слова, чтобы пробудить его.

— Ваня, — он вздрагивает, когда я кладу руку ему на плечо и теперь все его внимание сосредоточено на мне, — когда похороны?

Иван тяжело вздыхает, прежде чем произнести каждое слово. Мне не хочется его торопить, ведь когда-то я совершенно ненавидела людей, которые издевались надомной, примерно, как: господи, какая же она медленная, корчит из себя страдалицу. Разумеется, люди не знали всей правды. Во времена моих школьных лет была популярна такая тенденция, как «поддельная депрессия», если это можно так назвать. Подростки придумывали себе кучу психических и психологических расстройств, болезней, чтобы на них обратили внимание, чтобы их пожалели.

— Да, извини, я немного задумался, — парень переводит взгляд на руки, а после приподнимает бутылку, заказанную мной, — Шампанское брать будешь?

Иван широко улыбается, что пробивает меня на истерический смех, в последствии подхватываемый и моим другом. Да, скорее всего, в этой ситуации это воспримется неправильным со стороны, но нам это было нужно. Тяжело осознавать, что дорогих нам людей больше нет, но вряд ли они были бы рады, зная, что причиной нашей печали являются именно они.

— Я бы с удовольствием ее взяла, но, к сожалению, пока финансы не позволяют, — я улыбаюсь и выхватываю бутылку из рук Вани, — Хотя отличное шампанское, но, честно говоря, это была всего лишь приманка.

— Не хотел тебя огорчать, но я, итак, это понял, — из груди Ивана звучит приглушенный смех, — Все же, ты найдешь ей применение, — Парень нехотя встает и подает мне руку, после чего мы следуем к машине. Мне становится неловко от мысли, что я, мало того, что вынудила этого парня прийти ко мне, так еще и прибрала к рукам его невероятную бутылочку шампанского за сорок тысяч.

Все же, это не могло меня не радовать, ведь мне предстоит поговорить по душам с моей странноватой соседкой, которая, судя по всему, собралась каяться. Вот только назревает вопрос: почему именно я? Мне всегда казалось, что собеседников у нее предостаточно и я буду последним человеком, кому она решит излить душу.

Тебя подбросить? — Обрывает мои беспокойные мыли Ваня, приоткрыв дверь машины. Я киваю и уже в следующую секунду нахожусь в салоне шикарной черной БМВ. Белоснежный кожаный салон, приятная глазу подсветка приборной панели. Все сделано по последнему писку моду и заставляет меня замереть, рассматривая каждый сантиметр автомобиля.

И вот на таких нынче автомобилях ездят студенты технологических колледжей. Да ну, ни за что в это не поверю.

Ваня смотрит на меня и его алые губы расплываются в широкой улыбке, продемонстрировав идеально отбеленные, ровные зубы. Наверное, лучшие зубы из тех, что можно купить за деньги.

В такие минуты, находясь в безумно приятной компании, навеивает мысль, чем же я заслужила такое замечательное окружение? Почему с моей довольно неплохой внешностью, но таким отвратительно мерзким характером, парни так быстро и главное беспрекословно ведутся на мою обертку?

Очевидный ответ тут же нашелся: все бабочки красивы при свете, но в полумраке черны и похожи на крылатых тараканов. Так и со мной. С другой стороны, я безумно рада, что моя душа еще не настолько очерствела и покрылась черной смолой и я хоть кто-то разглядел во мне свет.

Мы подъезжаем к моему общежитию, от чего к моему горлу подкатывает комок. Не то, чтобы я так противилась Тезер, нет. Мы были подругами, еще в школьные годы. Какое-то время мы совсем друг от друга не отдалялись, до одного момента. Между нами встали сплетни, и они были о ней. Зная мою репутацию, подруга спрашивала, действительно ли это так. Я не сдержалась. Я вывалила не нее все, что говорили о ней наши общие друзья, в числе которых была и я. Тогда Тезер, на тот момент еще любимая и дорогая Тез, была облита такой грязью, которой можно было облить еще как минимум трех человек.

В то время было отвратительно все — переходный возраст, гормоны бушуют, хуже моря в шторм. Мы не общались около четырех месяцев. Я видела, как она деланно смеется с людьми, которых люто ненавидела, плевалась ядом, еще когда была той, кем я дорожила. Поступившись своими принципами, я извинилась и тем самым избавила ее от людей, которых можно охарактеризовать как «дурная компания».

Мы поговорили и снова стали теми самыми лучшими подругами, если бы, конечно, не одно но. За эти месяцы она успела стать той самой девушкой на букву «Ш». Мне было отвратно с ней говорить, ощущать ее присутствие. Мы вместе переехали в этот город, стали жить вместе, после чего я снова не выдержала. В открытую, моя подруга, Тезер Синклер, проводила великолепные секс-туры по нашей комнате, даже когда я спала на соседней кровати. Для меня стало огромным удивлением, что она это поняла, признавшись в этом мне сегодня. Лишь поэтому я решила дать ей еще один шанс. И хотя этих шансов уже было бесчисленное множество, мне все еще хочется верить, что в глубине души еще живет та девушка, которую я полюбила, как подругу, с первых школьных дней.

Размышляя обо всем этом, я совершенно не заметила, как черная иномарка уже стояла возле моего общежития.

Приоткрыв дверь, я бросаю прощальный взгляд на Ваню.

— Тебя проводить? — Спрашивает меня Иван и на какое-то время я впадаю в ступор. Он явно напрашивается в гости, а в комнате меня уже наверняка ждет Тез. Не хотелось бы сталкивать два этих мира.

— Спасибо, ты, итак, слишком много для меня сделал, — я целую зеленоглазого парня в щеку, оставляя алый след губной помады, к которому сразу же прикасается рукой парень. Щеки парня неожиданно приобретают розоватый оттенок смущения.

И, не дожидаясь ответа, я выскакиваю из машины и прямиком направляюсь ко входу в самое отвратительное здание в городе. С распростертыми объятиями меня встречает и ветер, пробирающий до костей, пока я следую к общежитию.

Очень тягостный день, после которого даже стоит позволить себе бокал хорошего вина, чтобы переварить услышанное. После моей личной трагедии, смерть стала для меня наиболее острой темой, и я с трудом выношу разговоры о ней. В голове моментально вспыхивают сюжеты той злосчастной ночи, вскрывая болезненные раны на душе.

Открыв дверь моей комнаты, я никого там не застаю, лишь идеальный порядок. Боже, у нас такой чистоты не было с самого нашего въезда в общагу.

Странно, времени с нашего звонка прошло уже предостаточно, но Тез все еще где-то шляется. Вынув из карманов джинс свой, побитый жизнью, телефон, я набираю номер моей соседки. За последние дни я совершенно забыла про существование мобильника, что так не свойственно моей натуре, соответственно, он отключен с момента нашей встречи с Мэтью. Но сейчас мне нужно дозвониться и хотя бы узнать, где пропадает эта особа.

Лишь включив телефон, он начинает истошно безостановочно пищать, уведомляя о пропущенных звонках и оставленных смс.

Упустив из внимания ненужные уведомления, я роюсь в контактах, ища весьма внушительного абонента. Ритмично следуют достаточно продолжительные гудки и уже перед тем, как я сбрасываю трубку, на другом конце слышится знакомый голос.

— Да? — спрашивает меня моя соседка.

— Тезер, чертова шлюшка, где носит твою задницу? Я уже купила шампанское и дожидаюсь тебя.

— Да, Лис, извини, я скоро буду, просто решила на пару минут заскочить за бутылочкой хорошего вина, — запыхаясь, произносит соседка, — нам же хватит двух?

— С твоим организмом будет даже явный перебор, — смеюсь я.

— Хорошо, я буду через пару минут, — девушка параллельно переговаривается с кем-то в магазине, попутно прерывая связь. Мне остается только лишь ждать ее возвращения, а пока можно было пробежаться по пришедшим мне ранее сообщениям.

К моему сожалению, там находится огромный завал, сообщения от Уотерса, которые следуют типу: куда ты пропала, нам нужно поговорить и все в таком духе. Много разносторонних сообщений, но привлекли меня два контакта. Энди и деканат. Открыв первое, я лицезрю массу извинений и просьб выслушать его. Как же мне хочется, чтобы это было правдой. Эн никогда не применял жестокость, а тем более грубость по отношению ко мне. Должно быть, его очень сильно задело то, что между нами с Мэтью что-то было. Это совсем не то, что должны получать студенты от своих преподавателей.

Пропустив сообщения Эна, я решила узнать, чего же требует от меня деканат, содержание сообщения которого меня довольно-таки впечатлило:

Студентка второго курса Мелисса Верховски с факультета информационных и телекоммуникационных технологий, приносим свои извинения за возможную ошибку, допущенную при составлении списков на отчисление. С понедельника можете приступать к учебе.

Черт возьми, неужели Уотерс? Такого не может быть, он не мог согласиться на комиссию по этике. Насколько мне известно, по правилам данной процедуры, ты отстраняешься от практики в своей сфере и прекращаешь всякие контакты с человеком, который, в принципе и является причиной твоего отправления на сию комиссию. Я просто глазам своим не поверю, если, придя в колледж, я не застану среди расписания лекции по инженерной и компьютерной графике.

Мои размышления прерывает открывшаяся в мою комнату дверь, в которую вваливается Тезер, держа в руках, внимание, три бутылки разных вин.

— Ты не поверишь, Мел, там была акция «три по цене двух», и я решила, может это нам сопутствует удача? — Тез ставит бутылки на прикроватную тумбу и я, не скрывая явного удивления, начинаю нервно смеяться.

— Ты решила выпить это все за раз? — Улыбаюсь я, разглядываю пойло, доставленное моей выпивающей соседкой.

— Нет, но мне хотелось бы упиться в хлам, чтобы не помнить даже как меня зовут, — пока Тез рассуждает, я разливаю белое полусладкое по бокалам. Все же, дорогое шампанское лучше приберечь, — Желательно даже, чтобы я проснулась завтра в каком-нибудь шикарном особняке с обворожительным иностранцем, — после этой фразы меня пробивает на дикий хохот, — который, в силу своих небольших познаний о нашей стране, решил, что я та самая шикарная девушка, которую он так искал среди роковых женщин, падких на денег и сделал этой ночью мне предложение, от которого, как ты знаешь, — обращается ко мне Тезер, — я бы уже никогда не отказалась.

А тем временем, по горлу уже разливается шикарное белое вино, со слегка горчащим послевкусием. С момента нашего с Ваней «свидания», мой организм больше не посещали какие-либо алкогольные напитки. Даже, можно было бы выразиться, что я изголодалась по этому вкусу.

— Ладно, девушка, мечтающая выйти за человека, говорящего на другом языке, рассказывай, — подвожу соседку к самому главному я, — что тебя заставило сегодня излить мне душу?

Сделав неторопливый глоток, ответ поступил из ее уст незамедлительно.

— Так получилось, что мне это все надоело, — девушка крутит содержимое бокала, катая золотистую жидкость, стараясь занять чем-нибудь руки, — Проснувшись после очередной пьянки на квартире какого-то парня, торгующего травкой, я смоталась оттуда еще до того, как проснулись хозяева квартиры, — начинает Тез, заходя издалека, — Когда я шла потрепанная, с отвратительным состоянием, да и видом по улице, я заметила одну специфичную пару, — в горле моей соседки пересыхает и она залпом опустошает свой бокал. Пока она подыскивает слова, чтобы продолжить, я успеваю вновь заполнить ее бокал до краев, — Девушка, словно сошедшая с обложки журнала, держала за предплечье парня с не менее потрясным телом, да и мордашкой. Парень держал в руках розовую коляску, в которой, наверняка, была девочка, — Тез сама не замечая, поглощает бокалы один за другим, собственно, как и я, — Так оно и было. Я подошла к ним и поинтересовалась возрастом малышки. Она была еще такой крохой, но с таким личиком переплюнула бы даже меня.

— Это не удивительно, Тез, — алкоголь прекрасно развязывает язык не только моей соседке, но и мне.

— Вот и я о том же. Я узнала, что они мои ровесники и это поразило меня это еще больше. В свои девятнадцать они имели все, о чем я мечтала когда-то. О любящей семье, заботливом мужчине, ребенке... — Голос подруги становится тише, приобретая разочарованные нотки, — Они следят за собой, не смотря на ответственность в виде детей. Девочка, судя по всему, получает достаточно любви и заботы, так как такая прелесть просто не могла бы подвергаться насилию и другим гадостям.

— Дай угадаю, ты решила, что ты ничего не добилась в свои годы, кроме как бухать с наркоманами и это подтолкнуло тебя к изменению себя, — боже, такой психолог не просыпается во мне даже в трезвые будни. Да, опустошено уже более полбутылки, что совершенно не похоже на меня. Алкоголь пробуждал во мне другую, откровенную сторону, которая мне совершенно не нравилась. Именно поэтому я предпочитала употреблять его крайне редко.

— Мне было так обидно, — голос подруги срывается, — я впервые поняла, что променяла такую жизнь на блуд.

Я совсем не хотела прерывать Тезер, но мой телефон все решил за меня. Он издал тот самый звук. Звук пришедшего сообщения. Пока Тез ведет слезливые речи, я мигом гляжу на расплывающийся дисплей:

Прости меня, я такой идиот. Ненавижу себя за то, что я сделал. Мелисса, я готов вернуть все то, что было между нами, лишь бы ты была рядом.

Энди.

Только не сейчас, нет. У меня давно не было вечера, когда я забывала о своих мужиках. Друзей, как можно было бы заметить невооруженным глазом, у меня не было, да они и не нужны были, все то, что они давали, я могла получить от других людей. Но Эн, боже, я не хотела бы его потерять. Он был ясным днем среди серых будней в моей жизни. Может, я и не любила его так, как бы хотел он, но я определенно любила его. Лишь в нем могла найти успокоение моя израненная душа и он об этом знал.

Хорошо, поговорим об этом завтра. Я думаю, мы могли бы это замять.

Буквы уже плывут перед глазами, а мозг выдает совершенно сумасшедшие идеи. Тем временем, Тез уже открыла красное полусладкое, которое, кстати, по акции, что немаловажно.

— Лис, вот скажи, я что, не достойна счастья? — Спрашивает уже полупьяная подруга. Я выдаю весьма понятный ответ и Тезер продолжает ныть.

— Ты с этим Ваней кстати, что? — Заплетаясь, начинает она, — Вы вместе или как?

— Боюсь тебя испугать, но мы даже не спали, — улыбаюсь я и в этот самый момент мой телефон издает характерных для него за последнее время звук. Энди, пожалуйста, забудь обо мне лишь на один вечер.

— Это он пишет тебе, я права? — Предполагает подруга.

— Нет, это Эн, — Черт, ну зачем? Не стоит посвящать в наш конфликт Тезер, тем более в таком состоянии. Любой в округе знает, что пьяная Тез своему языку не хозяйка. Пожалуй, мне требуется функция отключения рта, когда я выпиваю.

— Да ладно, — удивляется Тез, — он все-таки тебя уломал?

— Стоп, Тезер, ты же решила меняться, — плавно ухожу от темы я, — ты собиралась меняться, так что отключай свою внутреннюю шлюшку.

— Это завтра, сегодня последний день, когда я могу поговорить о сексуальных мальчиках, тем более, с завтрашнего дня я нахожусь в поиске человека, который сделает мне такую же малышку.

— Мальчиках, Тез? Я думала, тебя привлекают мужчины постарше, учитывая Митча, — я улыбаюсь и ложусь с бокалом на кровать, продолжая параллельно болтать с подругой. — Сколько ему, напомни? Тридцать четыре или тридцать пять?

— Что-то вроде того, — подруга допивает остатки бокала и ложиться рядом со мной. Я вновь начинаю разливать вино, но руки предательски дрожат, — Но хочу помоложе, от двадцати двух до двадцати четырех, — смеется она.

— Тогда тебе стоит забыть о нашем колледже, — я вручаю ей пойло и продолжаю, — там тебе будет трудно найти такой экземпляр, тем более, чтобы он был чертовски красивым.

— Ну почему же, — девушка задумывается на секунду, — есть один красавчик, о котором уже говорит весь колледж, — я пребываю в особом внимании, — он у вас, по-моему, что-то ведет.

На секунду я потеряла дар речи. У нас не много молодых преподов, тем более симпатичных. Неужели это Мэтью Уотерс, тот самый чертовски соблазнительный преподаватель, находящийся во вкусе моей соседки?

— Что за красавчик? — Издалека начинаю я. — Уже даже интересно.

— Так, стоп, ты мне, конечно, подруга, но этого сексуального мальчика я тебе не отдам, — смеется Тез, — Кажется, Мэтью, но я могу ошибаться.

К горлу подкатывает приступ рвоты. Скорее из-за услышанного ответа, нежели от выпитого мной алкоголя.

— Да, Мэтью Уотерс, инженерную и компьютерную графику преподает у нас, — сглатываю я.

— Вот, я бы посидела с ним за учебниками, — игриво улыбается моя подруга.

— Забей, с ним спит половина колледжа, он вряд ли проявит снисходительность именно к тебе, — выкручиваюсь я. Она не должна познакомиться с ним, тем более, ему сейчас явно не до флирта со студентками. Не то, чтобы я ревную, боже, нет. Просто после случившегося со мной, вся эта ситуация с комиссией. Вряд ли он захочет снова наступать на те же грабли.

— Мне стоит попытаться, я уверенна, что раз пол техникума уже виделось с его прекрасным телом, то смогу и я, — Тез допивает содержимое бокала и ставит его на тумбочку, намекая мне, чтобы я вновь наполнила его.

Голова совсем перестает соображать, и я чувствую, что не управляю своими мыслями и, кажется, уже схожу с ума. Сознание потупляется и происходящие этого вечера навсегда исчезает из моей памяти.