Глава 17. Предвестник снежного дракона

Весь разговор с управляющими ордена Цюсин Лян Юньлинь не высовываясь просидел у себя на кровати, не желая попадаться им на глаза. Кто знает, а вдруг они способны разглядеть присутствие темного духа даже за много тысяч Ли? Ведь старейшина Наоцзинь отзывался о них как об исключительно талантливых и сильных заклинателях, хранящих многочисленные тайны. Поэтому когда Бао Хуан прервала связь, он также молча проследовал за ней к выходу из хижины, а по дороге их вновь настиг старейшина Байгуан.

— Бао Хуан, как всё прошло? — спросил мужчина.

— Успешно. — ответила Бао Хуан.

— На самом деле, тогда на тропинке я остановил вас не просто так... — Нахмурившись, старейшина смотрел в одну точку, — я видел в небе дурное знамение, — он указал рукой вверх, чуть не выронив пару свитков, — снег.

— Ну и что... нынче погода очень нестабильна, главное что у нас нет непроходимой метели, как на пике Лэйен. Все же, пики где живем мы имеют намного более благоприятные условия.

— Ты не понимаешь... или не помнишь, что внезапный снег – предвестник Сюэлун¹. — старейшина Байгуан не отрывал взгляда от застелавших небо облаков.

— Это так, однако... Оо нет, не уж то... — не успела Бао Хуан договорить, как из-за густой белой пелены тумана прорвался свет, пропустив серебряный паланкин, с вырезанными всюду драконами. Сразу после этого, рядом со старейшиной появился бледный худощавый юноша, в белом ханьфу с большим капюшоном, скрывающим тёмныые волосы, на которых проступала седина. Как же такое может быть? Совсем юный ведь!

— Приветствую, учитель, госпожа Бао. — сказал он.

— Сюэ Лун... — старейшина Байгуан раздражался всё больше... и больше...

Этим "юношей" оказался давний ученик старейшины – Сюэ Лун, а ныне-предвестник Сюэлун, предвестник снежного дракона.

Сюэ Лун появился прямо из неоткуда, вспыхнув хлопьями снега ещё до того, как "волшебный" паланкин осел на обрыв. Спустя пару секунд, он всё же сделал это, и распахнув шёлковую завесу, на каменную тропу ступил юноша неотразимой красоты. Бледная кожа подобная нефриту, казалась куда белее на фоне сапфирово-синих глаз, лилейные одеяния с различными рисунками гор и драконов были обрамлены мехом, кроме того насыщенны кисточками и камнями, но самым интересным в загадочном человеке было даже не это; а то, что его в принципе с натяжкой можно было назвать человеком – в серебристых, длинной перетекающих с головы на плечи прямых волосах виднелись аккуратные синеватые рога. Юноша обладал мягкими чертами лица и едва заметной улыбкой чуть покрасневших губ. Его образ излучал умиротворённость и холодность, и первым, о чём подумал Лян Юньлинь, было – он напоминает Лин Сюэиня из того сна, только в два раза меньше. Подобный плывущим облакам и текущей воде², он осторожно ступал на пик Гаокун своими небольшими туфлями. Но весь его исполненный благородства облик моментально слетел, как только юноша узрел Бао Хуан.

— Достопочтенная сестрица-а-а! — заныл он. — Сестра, помоги мне, умоляю... понимаешь, я даже почтил орден Баоюэ своим визитом лично... просто чтобы попросить у тебя... ни за что не позволяй одной нашей общей знакомой главе клана приблизиться ко мне ближе, чем на тысячу ли!..

Он говорил несвязную чепуху, которую Полнолунная принцесса хоть и слушала, но понимала с трудом.

— Цзяолу, успокойся. О чём ты вообще говоришь? — Недоумевала Бао Хуан.

— Ну... ой, здравствуйте, учитель... — Обратился юноша с старейшине Байгуану. — А я вас и не заметил...

— Лин Цзяолу³... что ты тут забыл?

Неужели этот ледяной красавчик был тем самым непутевым учеником старейшины Байгуана? Это значило, что перед ними никто иной, как наследный глава ордена Линъай. Орден Линъай – ответвление от Баоюэ, основанное братом Бао Юэиня – Лин Сюэинем. Обе духовные школы подчинялись богине Луны и следовали по ее пути. Лин Цзяолу был обладателем весьма несчастной судьбы; в раннем возрасте умерла его мать, а потом и отец, а маленькому мальчику пришлось рано взойти на место главы. Однако на удивление, клан Линъай после прихода Лин Цзяолу стал самым большим орденом в мире самосовершенствования. Может показаться, что нынешний глава ордена абсолютно идеален, и правит прекрасно, и в заклинании хорош, внешностью как белая каллиграфическая кисть, но увы, первые два пункта были совершенно не правдивы.На самом деле Лин Цзяолу чужды были правление и самосовершенствование, но так вышло, что именно в этом юноше проявился древний дар, подаренный однажды братьям Бао и Лин, дар снежного когтя, который передавался по наследству. Однако дети главы Баоюэ совсем не были похожи на драконов, и конечно, не обладали главной особенностью этого дара-способностью обращаться в духовного дракона. А вот Лин Цзяолу кажется, был зеркальным отражением этой силы, переняв ее от своего отца абсолютно полностью. Этот древний дар позволял юноше обладать недюжинной силой и без самосовершенствования духовного ядра. Вот только научиться ее правильно использовать  у него так и не получилось, старейшина Байгуан не смог обучить его должным образом. С правлением же всё еще сложнее; ведь прошлый глава Лин умер рано, и не смог объяснить сыну все тонкости управления целым орденом, ещё и самым многочисленным. Поэтому то, как орден Линъай мог так развиться за короткое время, оставалось загадкой..

— Послушай, достопочтенная сестрица, глава ордена Сихо... Си Вэйцан, она, кажется, знает мою тайну...

Сосредоточившись на словах Лин Цзяолу, никто даже не заметил, как с паланкина сошли все драконьи узоры, а за спиной главы Линъай появились его слуги. Среди них Лян Юньлинь и разглядел знакомое лицо, только он никак не мог вспомнить, где он мог видеть эту девушку в белых одеяниях...

— Что? — Бао Хуан сильно побледнела, даже казалось, что с её щёк сошли персиковые румяна. — Что ты такое говоришь, Цзяолу, неужели Хун⁴ и глава Си посещали твой орден одновременно?

Лян Юньлинь по-прежнему озадаченно глядел на Лин Цзяолу, который словно вот-вот упадёт в обморок и Бао Хуан, пытающуюся не взорваться бурным ручьём эмоций, какой же всё-таки была тайна главы Лин?..

— Успокойся... она всё поймёт, я с ней поговорю, только не плачь. — промолвила экзорцистка. — Я сказала не плачь, ну где ж это видано, чтобы глава столь уважаемого ордена вёл себя подобным образом, Цзяолу? Не этому я тебя учила... — Бао Хуан перевела взгляд на Лян Юньлиня, словно ища помощи, но тот лишь изумлённо смотрел в одну точку, размышляя о том и сём.

— Да как я могу быть спокоен?! Как я могу?! Между прочим ты знаешь, чья это вина... Ты знаешь, что такого могло и не быть! — Лин Цзяолу случайно поймал взгляд старейшины Байгуана, брови которого готовы были сойтись в сражении, настолько он был сосредоточен на словах ученика.

И тут его будто осенило — Лин Цзяолу! Как ты мог это допустить?! Все было для твоего же блага.. подумай, и не устраивай истерик... однако как ты мог допустить это до ушей Си Вэйцан?! Бестолочь!

Юноша был очень обеспокоен, это можно было понять по его грустным небесного цвета блестящим глазам; он боялся до глубины души, зрачки его расширились, глаза налились тёплыми слезами, которые обожгли его нежную белую кожу, оставив красный след.

— Ни один человек не был бы благодарен, учитель. — всхлипнул Лин Цзяолу в ответ.

— Не уж то тебе плохо? Значит заслужил!

— "Почему старейшина Байгуан так ужасно относится к главе ордена Линъай?" — подумал Лян Юньлинь. — "И что за тайна... что за тайна..."

За короткий отрезок времени, полый месяц отлично понял, что всё вокруг заполнено секретами, но внезапное появление Лин Цзяолу и очередная загадка удивили его не меньше, чем всё остальное.

— Учитель, глава ордена, довольно. — заговорил вдруг Сюэ Лун.

Стоит сказать, что старейшина Байгуан всегда с необоснованным пренебрежением относился как к Лин Цзяолу, так и к Сюэ Луну. Может он считал свои методы воспитания действенными, но казалось, что оба юноши просто выросли с букетом травм.

— У Хуна могло быть множество причин объявиться в пристанище Бинцзин⁵. Не забывайте, что он за человек. Глава ордена Сихо не сделает тех выводов, которых вы и глава Лин так боитесь. — обратился к учителю Сюэ Лун. — Кхм...

— Но мне всё равно страшно, это может стать огромным ударом для нас обоих, разве не так, брат Сюэ?

— Разумеется... однако, я думаю, что когда об этом знает госпожа Бао вам нечего бояться. — уверял его предвестник.

— Братец, если всё вскроется, то мне не найти оправдание⁶... — снова взревел Лин Цзяолу. — Но так и быть, я доверюсь сестре. Я ведь могу, правда?

Бао Хуан ответила положительно, хотя и задумывалась о том, насколько же долго она сможет хранить секрет брата.

Старейшина Байгуан решил промолчать, а Сюэ Лун одобрительно кивнул Лин Цзяолу, после чего слуги ордена Линъай вновь обратились в драконьи рисунки.

— Я очень благодарен тебе, достопочтенная сестрица, буду должен тебе до смерти... я еще напишу тебе кое о чем потом... и вообще ты самая-самая...

— Хватит, Лин Цзяолу, выметайся.

Услышав подобную грубость от наставника, юноша конечно встрепенулся, но только с улыбкой ответил:

— Да.

Он забрался обратно в паланкин, подбирая полы длинных одеяний. — Прощайте, Да-цзе, учитель... Юньлинь? — тихо вымолвил Лин Цзяолу. — И... не знаю твоей фамилии, прошу меня простить, но судя по лицу, ты-ЮньлинЬ.

Лян Юньлинь промолчал. Рассеянный глава ордена Лин даже чем-то напоминал ему себя самого.

— Неужели вы даже не останетесь?

— Прощайте. Ждите известий.

После того, как паланкин взмыл в небеса, предвестник Сюэлун обернулся метелью, полетев за главой ордена снежными хлопьями.

— Ха-ха... наконец-то на пике Лэйен прекратиться эта жуткая погода... — пошутил Лян Юньлинь, причем весьма неудачно. Так что теперь, Бао Хуан и старейшина Байгуан недоуменно глядели прямо на него.

Пояснения:

¹Сюэлун - Снежный дракон. (雪龙)

²(Подобно) плывущим облакам и текущей воде (行云流水)

³Лин Цзяолу (Имя) - Лин - Дух, фамилия основателей ордена Линъай - Цзяолу - Рогатый олень.Имя с фамилией полностью можно перевести как "Духовной снежный олень". Этот вид обитал в Евразии в конце плейстоцена голоцена, от Ирландии к востоку до озера Байкал. Самый крупный когда-либо существовавший род оленей. Вымер более 7700 лет назад. (灵角鹿)

⁴Хун - Красный. (红)

⁵Бинцзин (Название) - Ледяные кристаллы. (冰晶)

⁶Сто уст не докажут - Нет возможности оправдаться. (百口莫辩)