Похмельный трибунал и «Принцесса» в ярости

Утро началось не с пения птиц, а с того, что Блейн зашел в комнату девочек и со всей силы раздернул шторы. Солнечный свет, отраженный от снега, ударил по глазам спящих как лазерный луч.— ПОДЪЕМ! — рявкнул Блейн, сложив руки на груди. — Рота, в ружье! Или в чей там мармелад вы вчера превратились?Лика застонала так, будто её переехал грузовик. Она попыталась натянуть одеяло на голову, но Блейн бесцеремонно стянул его на пол.— Уйди, злой ледяной человек... — прохрипела она, зажмурившись. — Моя голова... она сейчас отвалится и ускачет в лес к Эвану.В это время в дверях появился Чейз. Он выглядел безупречно, как всегда, но его взгляд, направленный на Лену, был полон холодного разочарования.— Лена, — тихо, но твердо произнес он. — Вставай. Нам нужно поговорить о том, как пять бутылок вина испарились за одну ночь. Ты вообще думала головой, когда открывала папин запас?Лена приоткрыла один глаз. Вид строгого Чейза её явно не обрадовал. Она попыталась сесть, пошатнулась и схватилась за виски.— Э-э-э... сам ты Лена! — вырвалось у неё. — Я... я Принцесса! Ты сам меня так вчера называл, когда на руках нес! А принцессам положено вино и шоколад!Чейз на секунду потерял дар речи. Бобби, который подглядывал из коридора, прыснул со смеху.— Чейз, ты слышал? Принцесса требует продолжения банкета! — загоготал он.— Бобби, исчезни, — отрезал Чейз, а затем снова посмотрел на Лену. — Принцесса, значит? Ну хорошо. Ваше Высочество, извольте проследовать на кухню для вынесения приговора.Кухонный трибуналЧерез десять минут три «жертвы виноделия» сидели за столом. Перед каждой стоял стакан ледяной воды и... тарелка с овсянкой на воде. Без сахара.— Это что? — Лика с отвращением ткнула ложкой в кашу. — Я хочу мармелад. Блейн, где мой мармелад?— Твой мармелад конфискован в пользу государства, — Блейн сел напротив, и его взгляд обещал физические страдания. — И поскольку ты вчера была самой активной «скребущейся в дверь», твоё наказание будет особенным.Лика попыталась состроить глазки, но с растрепанными белыми волосами и помятым лицом это выглядело скорее комично.— Ну Блейнчик... ну мы же просто пошутили...— «Блейнчик» остался в магазине вместе с твоей совестью, — отрезал он. — Допивайте воду. Через пять минут жду всех во дворе.Тренировка до седьмого потаНа улице метель утихла, оставив после себя идеальные сугробы. Блейн расчистил небольшую площадку.— Итак, — объявил он, расхаживая перед ними как сержант в учебке. — Раз вы такие энергичные, что можете пить всю ночь и пугать нас до икоты, значит, у вас полно лишних сил. Начинаем с пробежки вокруг дома. Пятьдесят кругов.— ПЯТЬДЕСЯТ?! — вскрикнула Кесси. — У меня тушь потечет!— У тебя сейчас мозги потекут от нагрузки, бегом! — гаркнул Блейн.Лена посмотрела на Чейза, надеясь на защиту.— Принцесса... — жалобно протянула она.Чейз вздохнул, его сердце явно таяло при виде её несчастного лица, но он сдержался. Он подошел к ней, поправил шапку и тихо шепнул на ухо:— Если пробежишь хотя бы десять без нытья, я достану тебе ту заначку с колой. Но Блейну не слова. Поняла, Принцесса?Лена мгновенно приободрилась и рванула вперед. Блейн же сосредоточился на Лике.— А ты, — он подошел к ней вплотную, — будешь делать бёрпи. За каждый украденный кусочек шоколада — по десять раз.— Ты чудовище! — выдохнула Лика. — Ты хуже Дороги! Ты... ты просто мстишь мне за сосульку!— Конечно мщу, — честно признался Блейн, и в его глазах промелькнула та самая искра азарта. — И мне это очень нравится. Начинай. Один! Два! Выше прыгай, «луч света»!Искры в снегуЧерез полчаса Кесси и Лена окончательно выдохлись и ушли в дом под надзор Чейза, который всё-таки сжалился над своей Принцессой. На улице остались только Блейн и Лика. Лика была вся красная, её белые волосы прилипли ко лбу, но она упрямо продолжала выполнять упражнения, бросая на Блейна испепеляющие взгляды.В какой-то момент она споткнулась и упала прямо лицом в снег. Блейн подошел, чтобы в очередной раз съязвить, но Лика не поднималась.— Эй, — он тронул её за плечо. — Вставай. Хватит притворяться.Лика резко перевернулась на спину, схватила его за куртку и потянула на себя. Блейн, не ожидавший такой прыти от «умирающей», снова оказался в снегу, прямо над ней.— Я тебя... ненавижу... — тяжело дыша, прошептала Лика. Но её руки не отпускали его воротник.— Взаимно, — ответил Блейн. Его лицо было совсем рядом. Холодный воздух обжигал легкие, но между ними снова затрещало то самое электричество, которое не имело ничего общего с ненавистью.Блейн смотрел на её покусанные губы, на её дерзкие глаза, и на секунду ему захотелось забыть про тренировки, про лес и про разбитую машину. Он медленно протянул руку и убрал прилипшую прядь волос с её лба. Его пальцы были горячими, несмотря на мороз.— Ты невыносима, — тихо сказал он.— А ты — зануда, — ответила она, но её голос дрогнул.Момент был прерван самым бесцеремонным образом. Из окна второго этажа высунулся Бобби с рупором (откуда он его взял?!):— ЭЙ! ТРЕНЕР! ВЫ ТАМ ТРЕНИРУЕТЕСЬ ИЛИ ГОРЯЧУЮ СЦЕНУ ДЛЯ КИНО СНИМАЕТЕ? ТУТ ПРИНЦЕССА ТРЕБУЕТ ЧАЙ, А ЧЕЙЗ УЖЕ СДАЛСЯ!Блейн резко отстранился и встал, отряхивая снег.— Тренировка окончена, — сухо бросил он, подавая Лике руку. — Иди в дом. И если я еще раз увижу вино...— ...ты заставишь меня бежать сто кругов? — Лика приняла его руку, хитро улыбаясь.— Нет. Я заставлю тебя слушать мои лекции по тактике боя в течение восьми часов.Лика вздрогнула:— Ладно, убедил. Вино — это зло.Когда они зашли в дом, там уже царил относительный мир. Чейз сидел на диване, а Лена, положив голову ему на плечо, сонно жевала печенье.— Простил свою Принцессу? — усмехнулся Блейн, проходя мимо.— Она невыносима, когда у неё болит голова, — вздохнул Чейз, нежно поглаживая Лену по волосам. — Пришлось пойти на уступки.Блейн посмотрел на Лику, которая уже успела стащить у Бобби одну из пачек «конфискованного» мармелада, и понял: в этом доме правила устанавливают не элитные бойцы, а эти сумасшедшие девчонки.