Глава 43. Костёр, тушёнка и тихие слова

После сложного дня с «Ангелом-хранителем» Станислав Владимирович разрешил группе ночевку в лесу в режиме полевого выхода. Это был не просто отдых, а отработка навыков организации бивака, но для ребят это была редкая возможность побыть вместе вне стен казармы.

Когда палатки были поставлены, а в котелке забулькала тушенка с гречкой, напряжение окончательно спало.

*

Витя (17 лет) сидел на поваленном бревне и сосредоточенно пытался починить застежку на разгрузке Оли. Сама Оля (14 лет) сидела рядом, обхватив колени руками. Несмотря на свой «боевой» характер и стальные мышцы, сейчас, в свете костра, она выглядела совсем юной.

— Дай я сам, Оль, у тебя руки после жгутов дрожат, — тихо сказал Витя, осторожно забирая у неё снаряжение.— Ничего они не дрожат, Петров, — буркнула Оля, но сопротивляться не стала. Она прислонилась головой к его плечу, прикрыв глаза. — Ты сегодня, когда меня прикрывал, подставился под учебный выстрел. Зачем?

Витя замер, посмотрел на неё сверху вниз и легонько притянул к себе за плечо. — Потому что ты — мой самый важный «объект», Оль. Даже важнее Максимыча. Если в тебя попадут — я себе этого не прощу. Даже если это просто краска.

Оля фыркнула, но в следующую секунду переплела свои пальцы с его огромной ладонью.— Дурак ты, Петров. Но мой дурак.

Витя улыбнулся и поцеловал её в макушку, в те самые коротко остриженные волосы. Для них двоих эта разница в три года и разница в габаритах не значила ничего — они были одной командой и одной душой.

*

Чуть поодаль, у края лагеря, стояли Никита (22 года) и Саша (17 лет). Они проверяли периметр, но на самом деле просто хотели провести пару минут наедине. Никита, как командир, всегда старался соблюдать дистанцию при подчиненных, но здесь, в темноте леса, он позволил себе расслабиться.

Он подошел к Саше со спины и осторожно обнял её за талию, положив подбородок на плечо. Саша накрыла его руки своими.— Устала? — негромко спросил он.— Немного. Но сегодня было... правильно. Я чувствовала, что ты рядом, даже когда ты уходил в «отвлечение».

Никита развернул её к себе. В свете луны его лицо казалось очень серьезным. — Ты растешь на глазах, Саш. И как курсант, и как женщина. Иногда мне страшно, что я втягиваю тебя во всё это слишком глубоко.

Саша подняла руку и коснулась его щеки.— Ты не втягиваешь. Я сама выбрала этот путь. И я выбрала тебя. Никита притянул её к себе и нежно поцеловал. Это был поцелуй двух людей, которые знают цену друг другу и понимают, что впереди у них еще много испытаний, но сейчас — мир.

*

У костра Серёга (15 лет) и Кирюха (18 лет) уплетали кашу под присмотром Максимыча. — Гляньте на них, — шепнул Серёга, кивая в сторону парочек. — Одни милуются, другие за руки держатся. Спецназ любви, блин.

Кирюха усмехнулся:— Завидуй молча, мал еще. Зато если Олю кто обидит, Витя его в узел завяжет, а если Сашу — Станиславович из-под земли достанет. Нам же спокойнее.

Максимыч (50 лет) прихлебывал чай из жестяной кружки, наблюдая за ребятами с доброй улыбкой.— Знаете, парни, — сказал он, обращаясь к Серёге и Кирюхе. — Война — это ведь не только стрельба. Это умение сохранить в себе человека. И то, что они любят друг друга, делает их сильнее. Человеку, которому есть кого защищать, горы по плечо.

В этот момент из леса вышел Станислав Владимирович (28 лет) с охапкой дров.— Так, романтики! — громко объявил он, прерывая идиллию. — Отбой через пятнадцать минут. Завтра подъем в четыре утра, будем отрабатывать форсирование ручья в ледяной воде.

Оля тут же вскочила:— Товарищ инструктор, а можно Витя будет ручьем, а я его форсирую? — Савельева номер два, — вздохнул Стас, пряча ухмылку. — Десять отжиманий за дерзость.

— Есть! — Оля упала на землю и начала ритмично отжиматься, а Витя встал рядом и начал делать то же самое, просто чтобы поддержать её.

Саша и Никита вернулись к костру, обменявшись короткими понимающими взглядами. Ночь накрыла лагерь своим пологом. В палатках было тесно и пахло хвоей, но каждый из них знал: за спиной — надежный человек.

Завтра снова будут марши, крик

и инструкторов и пот, но сегодня они засыпали счастливыми. Четырнадцатилетняя Оля, прижавшись к плечу Вити, Саша, чувствуя близость Никиты в соседней палатке через тонкую ткань... Они были не просто курсантами. Они были людьми, нашедшими друг друга в суровом мире правил и уставов.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ