Глава 41. Дискотека, "тяжёлая артиллерия" и медицинский террор

Вечер в центре выдался необычным. После изматывающих квестов «Сдохни или умри» руководство решило дать курсантам разрядку — организовали дискотеку на открытой площадке. Гул колонок разносился по всему лесу, но в кубрике девочек царила атмосфера глухой обороны.

— Саш, я не пойду, — Оля (14 лет) сидела на кровати в камуфляжных штанах и майке, яростно начищая берцы. — Какие танцы? У меня после марш-броска ноги как у кузнечика-инвалида. И вообще, я не умею «дрыгаться» под эту попсу.

Сашу (17 лет) уговорить было проще — Никита Станиславович (22 года) уже деликатно намекнул, что будет её ждать. Она быстро привела себя в порядок и теперь пыталась вытащить подругу.

— Оль, ну пойдем! Один вечер без устава и такмеда. Просто подышим воздухом!

В этот момент в палатку заглянули Станислав Владимирович (28 лет) и Никита.— Савельева номер два, это приказ! — в шутку, но твердо сказал Стас. — Личному составу положен культурный отдых. На выход!

Он попытался в шутку схватить Олю за руку, чтобы вытянуть из кубрика, но четырнадцатилетняя «дюймовочка» сработала на инстинктах спецназа. В долю секунды она вывернулась, резко выкинула ногу вверх и — щелк! — её ботинок четко приземлился Стасу в челюсть. Инструктор отшатнулся, схватившись за лицо, а Оля, не теряя времени, оттолкнулась от кровати, перепрыгнула через опешившего Никиту «козлом» и пулей вылетела из палатки, скрывшись в темноте.

— Ни фига себе... — пробормотал Стас, потирая челюсть. — У неё ноги из титана?

— Я предупреждала, — вздохнула Саша.

Сначала на переговоры пошел Максимыч (50 лет). Он нашел Олю за штабным вагоном.— Оленька, ну чего ты? Там весело, музыка. Пойдем, я тебе про новые протоколы реанимации расскажу по дороге.— Не подействует, Максимыч! — крикнула Оля из темноты. — Я сегодня в режиме «стелс»!

Саша посмотрела на парней и вздохнула:— Ладно. Раз обычные методы не работают, вызываем тяжелую артиллерию. Витя!

Витя (17 лет) появился через минуту. Он молча выслушал ситуацию, кивнул и ушел в тень. Через три минуты из-за палаток донесся возмущенный вопль Оли: «Петров, положи на место! Положи, кому говорю!». Витя вышел к свету, невозмутимо неся Олю на плече, как мешок с картошкой.

— Как на первом курсе, — ухмыльнулся Никита, глядя, как Оля молотит кулачками по мощной спине Вити. — История повторяется.

*

На дискотеке было шумно. Саша и Никита Станиславович танцевали медленный танец чуть в стороне. Никита осторожно держал её за талию, чувствуя те самые стальные мышцы, которыми она поразила всех днем, но сейчас она казалась ему удивительно хрупкой.

— Ты сегодня была невероятной, — тихо сказал он ей на ухо. Саша улыбнулась, прижимаясь к его плечу. Для них этот вечер был редкой возможностью просто быть собой.

У Оли всё было иначе. Как только Витя поставил её на землю, к ней попытался подойти какой-то парень из соседнего взвода.— Привет, потанцуем?Оля посмотрела на него так, будто он предложил ей съесть сырую лягушку, и мгновенно «слиняла» в толпу.

Витя вздохнул и пошел за ней.— Оль, ну давай один танец?— Поймай сначала! — крикнула она и припустила через весь танцпол.

Это было зрелище: огромный, мощный Витя и маленькая, юркая Оля бегали между танцующими курсантами. Оля использовала все свои навыки маскировки и маневрирования, пока наконец не увидела «укрытие» — Максимыча, который стоял у края площадки с кружкой чая.

Оля заскочила ему за спину, вцепилась в китель и начала быстро-быстро тараторить:— Максимыч, спасайте! Кстати, а какой средний объем легких у кроссфитеров при нагрузке 200 ватт? А если сравнивать гипертрофию миокарда у стайеров и спринтеров, какие изменения в ЭКГ будут критическими? А вы видели новые исследования по метаболизму лактата?

Максимыч, который до этого спокойно пил чай, чуть не подавился.— Оля, подожди... Мы же на дискотеке! Какая ЭКГ? Какой лактат?

В этот момент к ним подошел запыхавшийся Витя. Он вытер пот со лба и посмотрел на медика:— Максим Александрович, ну скажите ей! Я просто хочу потанцевать, а она со мной в кошки-мышки играет по всей базе!

Максимыч посмотрел на раскрасневшуюся Олю, которая всё еще пыталась спрятаться за его спиной, продолжая что-то бубнить про «анаэробный порог», потом на Витю. Пятидесятилетний врач вдруг начал дико хохотать.

— Ох, молодежь! — Максимыч убрал руку за спину, ловко перехватил Олю за предплечье и легким движением вытолкнул её прямо в руки Вити. — На, забирай свою «энциклопедию»! Она мне сейчас мозг вынесет терминами сильнее, чем Стас — тренировками!

Витя тут же прижал её к себе, чтобы не сбежала. Оля насупилась, но, увидев добрые глаза Вити и смеющегося Максимыча, вдруг сдалась.

— Ладно, мешок. Один танец. Но если ты мне наступишь на ногу — завтра на физподготовке будешь делать берпи, пока не посинеешь!

— Договорились, — улыбнулся Витя, и они наконец закружились в танце.

Станислав Владимирович, прикладывая лед к челюсти, стоял рядом с Никитой и Сашей, наблюдая за ними.— Знаешь, Макс, — сказал он подошедшему медику. — Они, конечно, сумасшедшие. Но я бы на месте врага эту группу за десять километров обходил. Особенно когда Савельева номер два не в духе.

— Это точно, — согласился Максимыч, глядя на своих подопечных. — Но пока они танцуют — мир в безопасности.

Вечер продолжался, и под светом прожекторов военно-патриотического центра эти «дети войны» наконец-то выглядели просто счастливыми подростками. Хотя и с очень рельефными мышцами.