Глава третья: Случай на Лотосовом озере

    Спокойная жизнь продолжалось долго. За время пребывания рядом с лисом Сычжуй стал показывать отличные результаты, да и грустить от одиночества перестал. Вблизи с ним всегда находился тот, кто мог выступить в роли наставника, помочь, и указать на ошибки. Цзян Чэн тоже был рад своему решению оставить демона. Это не осталось в тени, и вскоре почти все ордены знали о появлении умелого лиса в Пристани Лотоса. Строились множество догадок, как же всё таки этот Китсунэ оказался в том лесу. Кто-то даже пытался переманить того к себе, но ответ оставался, как всегда отрицательным. Вэй Усянь не хотел оставлять своего малыша одного. Было приятно смотреть на взросление того. Ему ведь не так давно исполнилось двенадцать лет. Как же радовался Старейшина И Лин данному событию. Он приготовил ему не такой же вкусный, как тогда, но родной острый суп. Сычжуй даже расплакался, попробовав его. После он не унимался, выпрашивая откуда, тот знает рецепт. В общем, день рождение в этот раз выдался ностальгическим и родным для именинника. Это осталось ещё одним теплым воспоминанием для них.

     Ещё одним событием помимо Нового Года, и дня рождения А-Юаня, стала ярмарка посвященная началу весны. Они ходили по улицам поедая сладости, рассматривая прилавки со всякой всячиной, и покупали безделушки. Вэй Ин ходил, и диву давался: ну как можно так бездарно использовать то, что он оставил своим наследием? Он даже не удосужились узнать как ими пользоваться! И это всего лишь маленькие талисманы, что там с более грандиозными изобретениями, и думать страшно. Несмотря на это они наслаждались всем этим праздником. Ах, как же прекрасно! Особенно, когда всё вокруг навевает воспоминания о прошлом. Тут они с шиди и Не Хуайсаном каждый раз покупали кисточки самых разных цветов. Там вечно прятались при виде Мадам Юй. В этом закоулке всё время подкармливали котов. Все эти воспоминания формировали личность А-Сяня также, как и его задорность,  любопытность и острый ум. Он был рад, что может получить новые, заместо них.

    Впрочем, остальное время проходило спокойно. Сам факт его появления здесь превносил краску в будничную жизнь в Юньмэне. Он посвящал всего себя своей дорогой семье. Он чрезмерно любил, и ценил их. Хотя он и оставался замкнутым к новым знакомствам, со своей подружкой Ли Юнань они хорошо сдружились. Эта шатенка с голубыми глазами, усыпанная родинками была довольно увлекательной личностью. Её непослушные волосы вечно лезли ей в лицо, что забавляло А-Ина. Несмотря на свою выдержку служанки, она оставалась довольно эксцентричной девой. Поддерживать разговор с ней значило — переходить от одной темы на совсем другую в считанные секунды. Вообщем, она была отличной подругой. Усянь уже привык к жизни в качестве Лян Фэна, но спокойствие длилось не долго, по крайней мере до середины лета. Именно в это время приезжала чета Цзинь. Это было семейной традицией. Каждое лето они собирались всей семьёй, и собирали лотосы, в самый пик их цветения. Их нахождение на территории ордена Юнмэн Цзян обычно длилось недели три, не больше. Вот тогда и произошло то, что перевернуло всё с ног на голову.

    Конец июля — самый разгар лета. Вся семья сидела в лодке, и спокойно плыла по водной глади. Цзинь Цзисюань и Цзян Чэн сидели в задней части,   Цзян Янли вместе с детьми — спереди. Лян Фэн же держал в руках весло, гребя им. Небо было ясным, и голубым, а солнце пекло землю. Было до невозможного жарко. Они проплывали самую глубокую часть озера, направляясь к заводи с лотосами. Всех ранее предупредили о безопасности, но дети есть дети. А-Лин стараясь справиться с духотой, открыл для себя, что от воды веет прохладой. Когда печящее солнце нагревает воздух вокруг, а тенька нет и в помине, что может быть соблазнительнее холода и свежести? Восьмилетний мальчик наклонился ближе к воде, и рукой попытался коснуться её. Никто и не ожидал, что он свалится в озеро. Всё произошло так быстро. Мальчик даже не умел плавать! Первым, кто без раздумий кинулся спасать его оказался Китсунэ. Он просто прыгнул в воду, спасая племянника. В тот момент он и не задумывался о своих действиях, тем более о последствиях. Жулань барахтался, тем самым только усугубляя положение, но это не помешало крепким рукам вытащить его из воды. Для спасения сына шицзе ему пришлось окунуться, и его извечно находящаяся на лице маска лисицы, спала. Она всплыла, но факт того, что его лицо всем показалось не скрыть. Сперва никто не заметил этого, ведь были заняты чуть не потонувшим мальцом. Цзян Чэн повернулся к нему, чтобы поблагодарить за спасения Цзинь Лина, но застыл. Перед ним был его шисюн. Промокший, с лисьими ушами и уже пятью хвостами. Это он. Старейшина И Лин, что уже как лет семь должен быть мертв. За главой ордена повернулись и другие, и все застыли будучи в шоке. Первой опомнилась Янли. Она была права, это её дорогой братец! Слезы потекли из глаз, скатываясь жемчужинами по розовым щекам. Она бросилась к нему, заключая в объятия. « Я знала, знала, что это ты! Глупый А-Сянь! К чему всё это было?» ,— безустанно твердила она. Где-то сзади засверкал Цзыдянь на пальце хозяина. Цзян Чэн был зол, он злился, что Усянь жив и ничего не сказал, что тот бросил его когда-то. Он был рад его возвращению, но злость была сильней. Саньдоу взмыл вверх, он запрыгнул на него, а после выхватив братца из объятий сестры за шиворот, унёс его.

     Он принёс его в свои покои. Бесцеремонно он бросил его на кровать. Цзыдянь обратился в сверкающий кнут, а вокруг искрились фиолетовые молнии. «Почему..», — тихо начал было он, но после сорвался на крик. Слава богам на покоях стояла печать молчания. «Чертов придурок, почему ты скрывался!? Почему бросил меня на эти долгие семь лет!? Ты и понятия не имеешь, как я страдал без тебя!», — он был словно в истерике. Пошёл первый удар кнутом. Вэй Ин закричал от боли. Место от левого плеча до правого бедра жгло с неимоверной силой. « Когда ты уже начнёшь исполнять обещания! Почему ступил на путь тьмы?! Я верил и доверял тебе, а ты возился с этими Вэнями!», — все крики эхом отдавались от стен. Его шисюн молчал. Снова. Сейчас он как всегда натянет чертову улыбку, даже не скажет ничего о ранении. Словно ничего и не было. Словно только А-Чэн здесь жертва. Он не думает о себе, только о других. Ради остатков ордена Вэнь он пожертвовал собой. Он всегда жертвовал своим и собой. Злость бурлила внутри, грозясь вырваться наружу с ещё большей силой. « Почему ты каждый раз выбираешь не меня?», — уже не столь злостно, сколько отчаянно спросил он. Лис снова молчал. Последовала пощёчина. Между ними повисла тишина. Вслед за шиди заплакал и Усянь, но тихо. Он кусал губу до крови, лишь бы не показать слабость. Извечная привычка. « Он не должен доставлять всем неприятности своим состоянием», — с таким девизом по жизни он рос. Для всех он должен оставаться просто сорванцом, но не как не таким. « Прошу, ответь мне честно. Почему?», — прошептал Саньду Шеншоу. Он уже не мог кричать. Вдруг послышался голос « Потому, что я ужасный старейшина И Лин, доставляю всем проблемы будучи тёмным заклинателем.». Нет. Он не такой. Цзян Чэн прекрасно это знает. « Ответь мне честно.», — отрезал он. Снова тишина. Вот и настало время откровения. « Я встал на путь тьмы по особенной причине», — неуверенно начал Вэй Ин. « Мне пришлось пойти по этому пути, я не мог иначе», — говорил он, но его прервали. «Мог!», — кратко сказали ему. «Не мог! У меня больше нет золотого ядра!», — начал срываться старший.. «Что?», — тихо, надеясь, что всё сказанное неправда прошептал брат. Уже начиная захлёбываться в слезах Вэй Усянь говорил. « Тогда ты потерял ядро! Я знал, что ты жить без него не сможешь, а потому и отдал своё!», — слова дались ему с трудом. В горле застал предательский ком. И всё же сглотнув его, снова заговорил. « Воспользовавшись моим бессилием Вэни скинули меня с Луанцзань! Что мне ещё оставалось делать?! Я умер бы там, если бы не темная ци!», — в истерике изливал всю истинну А-Ин. Ноги младшего подкосились. Он поверить не мог, что именно он сам бросил его. Считал, что не виновен. Каким же он был наивным! Пелена слёз накрывала глаза, сам он уткнулся в плечо шисюна и плакал. Им обоим нужен был этот разговор. Стоило ему состояться, как всё разрешилось. Все недопонимания исчезли. Оставалось только дать эмоциям выплеснуться.

    Сколько вообще времени прошло? Час, может два. Они просто молча рыдали. Теперь-то всё будет намного лучше. Янли ждала пока они затихнут, им нужно было время. Сейчас она уже постучалась в Цзинши. Её впустили. Теперь они уже втроём. Как оно и было в прошлом. Не началась бы Аннигиляция Солнца, может быть всё было бы по другому. Сложилась бы их судьба счастливей? Возможно. Хотя зачем держаться всеми силами за прошлое, когда они могут все вместе ткать счастливое будущее. Они воссоединились — а это самое главное.

    Возвращение Старейшины И Лин потрясло всех. При чём был он теперь Китсунэ. Эта новость сотрясла весь заклинательский мир. Кто-то забоялся, а кто-то был несомненно рад. Такими людьми были Не Хуайсан, Лань Сичэнь и Лань Ванцзи. Они были рады возвращению старого друга. Все шептались на каждом углу, но никто в Юнмэн Цзяне не был не рад первому ученику. Этот лис с самого начала завоевал их любовь, теперь все адепты равнялись на него. А как же был счастлив Цзян Сычжуй. Он наконец-таки встретился со своим папой вновь. И снова же рыдания. Он не хотел отходить от него даже на метр. Теперь все счастливы, конечно раны прошлого затянулись не до конца, но, что может быть лучше? Они счастливы, и никто больше не нужен им.

    С того происшествия прошёл год. Теперь они уже все вместе, как в старые былые времена собирали лотосы. Смех разливался по всей заводи. Семья полная, жизнь наладилась. Что может быть лучше? Таков счастливый конец истории. Их совместной истории.