Часть 25

Клубиться пыль из-под копыт могучих,

Несутся всадники во весь опор.

Уж позади леса дремучие,

И мчатся кони на родной простор.

Среди холмов пологих и цветущих,

Разгуливает вольный ветерок.

Он самодержец всемогущий,

Его свистящий шепоток,

Разносится по степи дикой,

Словно мелодия разверзшихся небес.

Ветер-скиталец, он владыка,

Пустынных и просторных мест.

Попредержав коней уставших,

Путники сделали привал,

Возле прозрачного ручья журчащего.

Сон безмятежный всех одолевал.

Команду дав расположиться,

Бадма вгляделся в сумрачную даль.

За живописными холмами солнце нежное садится,

Дня пролетевшего печаль,

Легла на сердце паутинкой тонкой,

Душа тоской оплетена.

Осталась где-то позади знакомая сторонка,

2

Под сенью ночи спрятана она.

Солнца последние лучи исчезли за холмами,

Повергнув всё вокруг в сплошную темноту.

Мерцанье ярких звёзд над головами,

Рассеивало сумрачную черноту.

Костёр походный разгорелся,

Уставших путников заботливо согрев.

Пахучий запах дыма по долине разлетелся,

В траве душистой глубоко засев.

Бадма взглянул на спящего Чингиза,

«Спит крепко, малый, подустал.

Выдержал долгий путь без всякого каприза....»

-Бадма неспешно размышлял.

Волчонок маленький подле Чингиза притаился,

Уткнувшись мордочкой в мальчишкено плечо,

Зверёныш всё ещё страшился,

Что потревожит кто его.

Внезапный крик заслышав птицы,

Он поднимал головку уши навостря.

Стоило мышке полевой вдруг появиться,

Как начинал повизгивать волчок тут же скуля.

«Не бойся, малый, тут тебя не тронут!»

-Бадма спокойно произнёс.

Раздалось карканье вороны,

«Откуда ветер нам тебя принёс?!»

-Бадма подумал в полудрёме,

И незаметно погрузился в сон.

Поочерёдно задремали кони,

3

Свежестью ночи воздух напоён.

Друзьям, спать под открытым небом в поле чистом,

Случалось уж не первый раз.

Не на перинах, а на почве каменистой,

В лесу, в пещерах и в горах.

От ночи укрываться приходилось,

От снега и промозглого дождя.

Судьбе неведомой впадать в немилость доводилось,

И смотреть смерти собственной в глаза.

Воля железная, дух закалённый,

Пытливый ум и крепкий стан -

Есть атрибут, им каждый воин наделённый,

Но героизм особый избранным лишь дан.

Бадма был предан своему правителю,

Храбро и мужественно воевал.

Он воин опытный, сообразительный,

Но раболепствовать перед тираном всё ж не стал.

Свернул с дорожки узкой и кровавой,

Раскаявшись в содеянных грехах.

Отправился с товарищами воин бравый,

Судьбу пытать на новых рубежах.

В сторонке дальней ждёт его невеста,

Разлука с нею причиняет боль.

Когда вернётся к милой неизвестно,

Досталась воину решающая роль.

Гостинцы припасти необходимо,

Для будущей красавицы жены.

В его душе неизгладимы,

4

Её лица прекрасные черты.

Лишь только лучшего она достойна:

Наряды, украшенья и меха.

Подчеркнут тела её стройность,

И заблестят от радости глаза.

Бадма замыслил удивить невесту,

Вернувшись с полною сумой.

И потому отправился он в путешествие,

Чтобы богатым воротиться к ней домой.

Спит крепким сном прекрасный воин,

Не ведает, не знает о дурном.

Ничто его не беспокоит,

Ведь он мечтает об одном:

О жизни мирной и спокойной,

О счастье личном, о любви.

Закончились для воина любые войны,

Есть место в его жизни для другой главы.

Чингиз всю ночь проспал чудесно,

Не беспокоясь ни о чём.

Проснувшись, оглядел товарищей

Сидевших полукругом тесным,

И говоривших о своём.

Мальчишка добродушно улыбнулся,

Зевнул протяжно и спросил:

«Не позднова-то ль я проснулся?

Нечто чего я пропустил?»

В ответ мужчины рассмеялись:

«Нет, нет, проснулся в самый раз!»

5

Взглядами меж собою обменялись,

Тот, что постарше вновь продолжил свой рассказ.

Костёр потрескивал игриво,

В походном котелке вскипела чистая вода.

Рассказчик бросил в кипяток сушёных трав неторопливо,

«Чай крепкий к завтраку, друзья!»

-Он произнёс торжественно и внятно

И каждый свою чашку протянул.

Разнёсся запах ароматный,

Волчонок носом потянул.

Обнюхал у костра сидевших,

И попытался разодрать мешок.

Раздался голос прекратить велевший,

Один из путников толкнул волчонка в бок.

Волчонок взвизгнул, отошёл в сторонку,

Чингиз озлобившись вскочил.

«Не смей калечить моего волчонка!»

-Обиженно проговорил.

В воздухе назревала ссора,

Мальчишка сжал до боли кулачки.

«Не стоит начинать раздора!

Чингиз, дружочка покорми!

-Бадма к мальчонке обратился-

Чем хочешь волка накормить?»

Чингиз внезапно спохватился,

Лишь хлебных крошек может предложить.

Чингиз нахмурился и загрустил заметно,

Что ж теперь делать? Как же быть?

6

Попытки чаем напоить Салкына тщетны,

Необходимо мясо раздобыть.

Бадма взял в руки лук и стрелы,

И мальчику сказал: «Пойдём со мной.

Я научу тебя охотиться - продолжил смело-

Волчонка обязательно возьми с собой!»

Два путника покинули стоянку,

Бывалый воин и мальчишка озорник.

Перемахнув через ручей и выйдя на полянку,

Они направились к холмам окрестным напрямик.

Следом за ними, семеня ногами,

Бежит не отставая маленький зверёк.

И останавливаясь временами,

Пытливо наблюдает как взлетает мотылёк.

«Салкын, не отставай, дружочек!

-Кричит Чингиз волчонка торопя-

Получишь лакомый кусочек,

Тогда насытишься сполна!»

Бадма вдруг резко приостановился,

И палец приложил к губам.

Он подозрительно насторожился,

И поглядел по сторонам.

В пару шагах от них, в кустах терновых,

Послышался глухой шумок.

Бадма взглянул на мальчика сурово,

Схватив его за локоток.

Дал знак Чингизу притаиться

И голоса не подавать.

7

Вдруг из кустов колючих выпархнула птица,

И начала над незнакомцами летать.

Расправив серенькие крылья,

Метнулась в голубую высь.

Воздух смешался с лёгкой пылью,

Звуки шуршащие вдруг раздались.

«Пора, пора — Бадма заметил -

В кустах колючих кролики сидят.

Вот первый пробежал, за ним второй и третий,

Травою сочною хрустят.»

Бадма пристороился удобно

И натянул тугую тетиву.

Его лицо перекосилось в жуткую гримасу злобно,

Он метко выпустил стрелу.

Стая напуганных животных,

Вмиг разбежалась кто куда.

Лишь один кролик жирненький и плотный,

Лежать остался навсегда.

Стрела смертельная пронзила тельце,

Он не успел сообразить,

Что неизвестные пришельцы,

Задумали беднягу поразить.

Чингиз команду дал волчонку,

Искать подстрелянную дичь.

«Беги, ату - ищи зайчонка!»

-Кинул победный, громкий клич.

Салкын унюхав запах крови,

В кусты помчался во всю прыть.

8

«Теперь его не остановишь!»

-Только успел Бадма проговорить.

Через минуту, вынырнув из кущи,

Держа в зубах истерзанную тушку.

Салкын, на глас хозяина зовущий,

Примчался прижав маленькие ушки.

Он крепко сжал свою добычу,

Кровь тонкой струйкой капала с клыков.

Мохнатой мордой в землю тыча,

Волк жертву разорвать готов.

«На славу, мальчик потрудился,

Теперь спокойно можешь есть!

-Чингиз к волчонку обратился-

Тебе Салкын хвала и честь!

Справился с трудною задачей,

Твой первый, маленький улов.

Пусть с помощью большого человека он удачен,

Но всё ж к охоте ты готов.»

Присев на корточки проворно,

Стал наблюдать Чингиз за тем,

Как раздирает волк упорно,

Свой завтрак без особенных проблем.

Брызнула кровь и кости затрещали,

Безумный, неприятный миг.

У бедного Чингиза ноги задрожали,

Он отвернул свой бледный лик.

Дурнота к горлу подкатила,

Безудержная тошнота.

9

В ознобе мальчика заколотило,

«Вернуться в лагерь нам пора!

-Проговорил Бадма тревожно-

Пойдём, волчонок не сбежит.

Найти назад дорогу по следам не сложно,

Пусть унимает свой здоровый аппетит!»