После балла

Утро после бала врывалось в окна башни Колдовстворца настырно и бесцеремонно. Серый зимний свет лез в глаза, а в голове у многих гудело не то от усталости, не то от остатков вчерашнего веселья. В воздухе густо пахло кофе — крепким, почти отчаянным, который варила Марина, испытывая на прочность хогвартсские чайники.

Александра проснулась с ощущением приятной мышечной усталости — от танцев, от смеха, от долгого стояния на каблуках. Первой мыслью было не о загадках или испытаниях, а о том, что сегодня можно надеть удобные сапоги и тёплый свитер. Она потянулась, и память услужливо подбросила картинку: звёзды, тёмная вода озера внизу и тёплое прикосновение к её ладони. Уголки её губ дрогнули в ленивой, частной улыбке.

В гостиной царил разгром. На столе стояли пустые кружки, а на диване, закутавшись в плед, храпел Илья, не добравшись до своей кровати. Ольга, бледная, но оживлённая, с загадочным видом помешивала в кружке что-то зелёное и дымящееся.

— Утренний эликсир от похмелья души, — торжественно объявила она, заметив взгляд Александры. — Состав: мята, щепотка соли и решимость никогда больше не танцевать мамбо с дурмстрангцем. Он, между прочим, оказался невероятно выносливым.

Дарина, уже собравшая свои густые косы в привычную тугую причёску, скептически хмыкнула, затачивая карандаш для конспектов.

— Мамбо? Это когда ты пыталась встать ему на плечи посреди зала?

— Это был художественный порыв! — парировала Ольга, делая глоток своего зелья и морщась.

Постепенно комната наполнялась. Тарас и Богдан обсуждали за завтраком достоинства и недостатки различных бальных туфель с точки зрения потенциального рукопашного боя. Сардаана молча разбирала и чистила свой амулет из мамонтовой кости, а Алтана, сидя у окна, что-то аккуратно вписывала в блокнот с мягкой, задумчивой улыбкой. Алексей мирно чинил ремень, а Артур, как всегда, молчал, но его присутствие было таким же весомым, как и всегда.

Никто не спрашивал Александру ни о чём напрямую. Но когда она налила себе кофе, Агата, сидевшая рядом с очередной вышивкой, тихо спросила:

— Хорошо спалось? — спросила Агата, не поднимая глаз от узора, её голос был таким же тёплым и мелодичным, как всегда.

— Неплохо, — так же тихо ответила Александра, и этого краткого обмена было достаточно, чтобы понять: вчерашний разговор в кругу девушек, все те откровения и чувства, уже усвоены, приняты и превратились в ещё одну незримую, но прочную нить, связывающую их всех. Никаких лишних расспросов, никакого подтрунивания — лишь это спокойное, братское присутствие.

Позже, когда они вдвоем с Агатой вышли из башни, направляясь в библиотеку за обещанными накануне трактатами по защитным швам, зимний воздух ударил в лицо свежестью, очищая мысли от остатков утренней вялости. Замковый двор, усыпанный искристым снегом, был почти пуст, и лишь далёкие крики с площадки для квиддича нарушали хрустальную тишину. Они шли неспешно, и Александра отмечала, как непривычно легко ступать в привычных сапогах после вчерашних изящных, но неудобных туфель.

Их нагнал Джордж, появившийся из-за угла оранжереи с такой стремительностью, будто за ним гнались дементоры. Он дышал частыми клубами пара, а в руках беспомощно мял какой-то пёстрый кусок ткани.

— Гонсалес! Прекрасно, что ты здесь! — выпалил он, слегка запыхавшись и поравнявшись с ними. — Ты не видела, куда Фред подевал мой экспериментальный свитер? Тот, что должен был менять цвет взависимости от настроения владельца? Вчера вечером он был… ну, в общем, я его снял, а теперь он, кажется, решил проявить самостоятельность и сбежал. Представляешь, может, сейчас где-то в замке бродит невидимая и вечно недовольная одежда.

Александра не смогла сдержать смех, который прозвучал звонко и естественно в морозном воздухе. Агата рядом лишь слегка склонила голову, скрывая улыбку.

— «Экспериментальный свитер»? — переспросила Александра. — И какое же у него было настроение, когда он решил дезертировать?

— Угрюмо-полосатое, — без тени смущения констатировал Джордж. — Но суть не в этом. Если увидишь эту абстракцию, меланхолично плывущую по коридору, это он. Пожалуйста, верни. Боюсь, он натворит дел. Может, напугает какого-нибудь первокурсника.

— Я буду настороже, — с поддельной серьёзностью пообещала Александра, и они ещё пару шагов прошли молча втроём, пока их пути не начали расходиться. — Спасибо ещё раз, — добавила она уже тише, обращаясь лично к нему. — За вчера.

— Да брось, — отмахнулся он, но взгляд его стал на мгновение тёплым и ясным, без обычной искорки озорства. — Самое интересное, если честно, было потом, на балконе. А, ну и до этого, когда ты на танцполе чуть не отправила меня в нокаут тем своим вихревым манёвром.

— Это был усложнённый вариант, — с достоинством парировала она, поднимая подбородок.

— Для меня это был «пас-де-опа-я-сейчас-шлёпнусь-на-паркет», — рассмеялся он, и его смех смешался с колокольным перезвоном где-то в башнях. — Ладно, мне на западное крыло, свитер искать пропащий. Увидимся!

Он махнул рукой и снова рванул с места, оставляя на снегу глубокие следы. Александра с Агатой ещё минуту смотрели ему вслед, а потом переглянулись.

— Он… очень милый, — мягко заметила Агата, и в её голосе звучало одобрение.

— Да, — просто согласилась Александра, и этого слова было достаточно, чтобы вместить в себя и вчерашнюю защиту, и сегодняшнюю беготню за волшебным свитером, и эту простую, светлую радость от его существования где-то рядом.

Основную часть дня заняли не общие уроки в Большом зале, а занятия здесь же, в их башне, под неусыпным оком Хозяйки Медной горы. Она появилась в гостиной вскоре после их возвращения из библиотеки, и воздух будто сгустился, наполнившись терпким запахом камня и далёких трав. Её малахитовое платье сегодня казалось глубже, а взгляд — пристальнее, будто она оценивала не их знания, а само качество их присутствия после вчерашнего «отвлечения».

Урок был посвящён не боевым искусствам и не сложным заклинаниям, а тонкому искусству концентрации и чтению скрытых знаков — «тихой магии», как называла это Хозяйка. Они работали с камнями, водой, огнём камина, учась различать в их, казалось бы, хаотичном поведении тонкие узоры, намёки, потоки силы. Это была медитативная, требующая полного погружения работа, которая идеально подходила для того, чтобы успокоить взбудораженные праздником мысли. Александра, чувствуя на себе тяжёлый, оценивающий взгляд своей наставницы, полностью отдалась процессу, находя в ритмичном дыхании и сосредоточении на пламени ту самую внутреннюю тишину и точку опоры, которые искало её сердце.

Вечером, когда урок закончился и Хозяйка растворилась в глубине коридора, они все с облегчением выдохнули. В комнате снова воцарилась атмосфера непринуждённого быта. Кто-то читал, кто-то писал длинные письма домой, полные впечатлений от бала. Илья и Алтана, сидя за низким столиком, сражались в сложную стратегическую игру, ходы в которой сопровождались не словами, а красноречивыми взглядами и едва уловимыми улыбками. Алексей методично чистил и смазывал кожаные ремни снаряжения. Агата вернулась к вышиванию. Дарина и Ольга вполголоса спорили о достоинствах различных бальных причёсок с точки зрения практичности в потенциальной потасовке.

Александра, устроившись в углу дивана с книгой, лишь наполовину следила за строкой. Она наблюдала за этой картиной — за своими друзьями, за этим микромиром, который они создали здесь, в каменном чреве чужого замка. Вчерашний блеск и сегодняшняя простая рутина, вчерашнее волнение и сегодняшняя сосредоточенная учёба, вчерашнее нежное прикосновение и сегодняшняя его беготня за полосатым свитером — всё это сплеталось в единое, плотное полотно её жизни. И в этом полотне не было ничего лишнего. Всё было на своём месте. И это знание, тихое и глубокое, как вода в колодце, согревало её куда вернее любого камина. Праздник кончился. Но жизнь — эта настоящая, их общая, шумная и тёплая жизнь — продолжалась. И это было главным.

Однако, вечернее спокойствие, сотканное из потрескивания поленьев в камине, шелеста страниц и тихого перешёптывания, было внезапно нарушено. Ритмичный, настойчивый и явно не птичий стук раздался из окна, ближайшего к тому углу, где Александра устроилась с книгой. Тук-тук-тук. Сухой, словно ветка о стекло, но более упругий звук.

Все подняли головы. Илья отвлёкся от игры, Ольга замолчала на полуслове, Агата замерла с иглой в воздухе. Александра, нахмурившись, отложила книгу и подошла к окну. За стеклом, в кромешной тьме зимней ночи, не было видно ни совы, ни знакомой рождественской летучей мыши Хогвартса. Но что-то там было. Что-то тёмное и бесформенное, колышущееся на ветру.

Осторожно отщёлкнув тяжелую раму, она впустила внутрь порыв ледяного воздуха и… это. В окно впорхнул, словно странная пушистая летучая мышь, тот самый полосатый свитер. Он был слегка покрыт инеем и пах снегом и чем-то ещё — слабым ароматом взорвавшейся бомбочки из перца, который, видимо, въелся в шерсть навсегда. Свитер грациозно, с каким-то своим достоинством, планировал по комнате, сделал круг, словно осматривая обстановку, и затем аккуратно упал прямо на колени к Александре, сложив рукава на «груди».

В комнате повисла ошеломлённая тишина, которую первой нарушила Ольга.

— Ну, надо же… Недовольное одеяние само нашло тебя. Видимо, почуяло родственную душу, — фыркнула она, но в её глазах горело живое любопытство.

Дарина присвистнула.

— И какое, интересно, у него теперь настроение?

Александра, всё ещё слегка потрясённая, осторожно потрогала свитер. Шерсть была тёплой, будто он и вправду где-то гулял, а не лежал в сугробе. И полосы на нём сейчас переливались не угрюмыми, а какими-то… задумчивыми, сиреневато-голубыми оттенками.

— Похоже, на спокойствие, — тихо проговорила Агата, улыбаясь этому рукоделию.

Александра смотрела на эту полосатую диковину у себя на коленях, и по её губам поползла медленная, понимающая улыбка. Случайность? В Хогвартсе, да ещё и рядом с продуктом мастерской Уизли, такое понятие было весьма условным. Это была не случайность. Это был… знак. Или, по крайней мере, идеально срежиссированная вселенной комическая подсказка.

— Кажется, у меня есть кое-что, что нужно вернуть владельцу, — сказала она, вставая и аккуратно складывая свитер. Он был на удивление послушным.

— Прямо сейчас? Уже поздно, — заметил Тарас, бросая взгляд на часы.

— Он сказал, что будет его искать. Значит, ещё не спит. К тому же, — она посмотрела на свитер, — негоже такому свободолюбивому созданию ночевать в неволе. Может, опять сбежит, и тогда его настроение станет… скажем, агрессивно-багровым.

Взяв накидку и кивнув друзьям, которые ответили ей одобрительными и немного понимающими взглядами, Ольга даже подмигнула, Александра вышла в коридор. Свитер мирно лежал у неё на руках, лишь изредка пошевеливая рукавом, будто ворочаясь во сне.

Она знала, где его искать. Или, по крайней мере, где начать поиски. Идти к гриффиндорской башне так поздно было бы бестактно, но она вспомнила про "зал Двенадцати",  где Джордж как-то упоминал, что они с Фредом иногда проводят «тихие часы», проверяя идеи, которые слишком взрывоопасны для общежития. Именно там она его и нашла.

Он сидел на подоконнике в конце пустынного зала, освещённый лишь лунным светом, струившимся через высокие витражи, и что-то чертил на пергаменте, зажатом на коленях. Увидев её, он вздрогнул от неожиданности, но лицо его тут же озарила улыбка.

— Гонсалес? В такую-то даль? Неужели...

— Сам явился. Постучался в моё окно с видом заплутавшего путника. — Перебила она его, поднимая в руках сложенный свитер.

Джордж уставился на свитер, его брови поползли вверх.

— Не может быть! Старина Полосатик! Где ты шлялся? — Он спрыгнул с подоконника и осторожно принял свитер, будто принимая на руки капризное животное. Свитер сразу же обвил один из своих рукавов вокруг его запястья, а полосы стали теплее, оранжевее, излучая что-то вроде довольного мурлыканья. — Он… нашёл тебя сам?

— Похоже на то, — кивнула Александра, скрестив руки на груди. — Словно почуял, что ты о нём беспокоишься. Или… — она сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, и в её голосе зазвучала лёгкая, почти невесомая игра, — или решил, что это отличный повод для встречи.

— Повод? — переспросил Джордж, и в его взгляде появился тот самый, внимательный и тёплый огонёк, что был на балконе.

— Ну да, — она слегка пожала плечами, и уголки её губ дрогнули. — Мы распрощались несколько часов назад, и вот — новая, срочная причина для встречи. Прямо как в одной из тех старомодных сказок, где рыцарю всё время приходится возвращаться, чтобы вернуть даме её потерянный платок. Только здесь платок — это полосатый, слегка взбалмошный свитер с переменчивым настроением.

Джордж рассмеялся, и звук его смеха был тихим и счастливым в пустом, звонком зале. Он погладил свитер, который в ответ сделал полосу цвета ласкового золота.

— Знаешь, я начинаю думать, что этот старый вязаный пройдоха умнее, чем мы оба. Он устроил себе целое приключение с побегом и возвращением, а нам оставил… именно это.

— Странное совпадение, — сказала Александра, но в её тоне не было веры в случайность.

— Самое лучшее, — согласился он, и его взгляд уже не шутил. Он был благодарным и очень внимательным. — Спасибо, что принесла.

— Не за что. Теперь, думаю, он будет вести себя приличнее. На какое-то время.

Они постояли ещё мгновение в лунном свете, в тишине, нарушаемой лишь потрескиванием далёкого камина. Свитер мирно дремал на руке Джорджа, его миссия, казалось, была выполнена.

— Тогда… спокойной ночи, Саша. И снова спасибо.

— Спокойной ночи, Джордж. Присматривай за своим гардеробом получше.

Она развернулась и пошла прочь, чувствуя его взгляд на своей спине. Возвращаясь по тёмным коридорам в свою башню, она думала не о магии, способной оживить одежду, а о простой и странной логике, которой, казалось, подчинялась жизнь. Порой вселенная не посылала громких знамений. Она просто подкидывала в твоё окно забавный, полосатый клубок ниток, который вёл тебя туда, куда тебе, возможно, и хотелось. И в этой простой, почти детской магии было больше искренности и тепла, чем в любом пророчестве. Возвращаясь в свою гостиную, где её встретили вопросительные взгляды, она лишь улыбнулась и сказала:

— Миссия выполнена. Свитер вернулся в родные руки. И его настроение, кажется, теперь просто превосходное.

Она снова устроилась в своём углу, но книга уже не привлекала её. Вместо этого она смотрела на огонь, и на душе было тепло и спокойно от этой маленькой, нелепой и прекрасной истории, которая стала их новой, общей тайной.

_______

Извините что так поздно, у меня были проблемы с впн😔Мне бы хотелось услышать ваши отзывы о истории и дальнейшие предложения с развитием отношений с Джорджем