Глава 25. Он знает

После Кайла Джейд и Марк отправились в бар Пантер, где они обычно тусуются. Она побеседовала с ним и попросила больше не делать глупостей. Если не ради себя, то хотя бы ради неё. В таком состоянии Кайл может натворить всё, что угодно.

— Это тот самый бар, куда я обычно приходил, — поделился Марк, сложив руки в карманы, и остановился возле него, смотря на обшарпанную вывеску.

— Если не хочешь, можешь не идти.

— Всё в порядке.

Зайдя внутрь, по ушам ударила громкая музыка и множество неоновых вывесок, подсвечивающих со всех сторон. В стороне Джейд заметила родные лица и ноги понесли её туда, забыв обо всем на свете. 

Она поздоровалась со всеми по очереди и последней была Дженнифер, которая не стала церемониться и погрузила её в страстный, но чувственный поцелуй.

— Кхм, я, конечно, все понимаю, —  прервал их Симба. — но ты так ничего и не объяснила, Джей-Джей. Как ты тут очутилась? С твоим-то чокнутым папашей, которой следит за каждым твоим шагом.

— Удалось улизнуть от него, — улыбнулась она.

— А это что за черт? — спросил Импульс про Марка, наблюдающего за всем со стороны.

— Я не черт, — спокойно отозвался тот.

— Это же... — вспомнила тот самый день Дженифер, когда они с Джейд встретили Марка у двери в кабинет истории.

Она не договорила и посмотрела на Паркер, требуя ответа, что он тут забыл.

— Долгая история, — коротко ответила она. — У меня все не так скучно, как вы думаете, — обратилась она уже ко всем.

В их лицах застыл немой вопрос.

— К нам Ронгфалы прицепились, — пояснила девушка и сразу же увидела в лицах Пантер злость. — Но уже все в порядке.

— Не к нам, а ко мне, если быть точнее, — подсказал Марк.

— И у нас нет времени на разговоры об этом, поэтому лучше расскажи, как вы тут без меня.

— Да что рассказывать-то? — пожал плечами Герберт. — Разборки на разборках. Чувствую, скоро нам прилетит весточка от Ронгов о переговорах насчёт территории.

— Как официально, — усмехнулась Джейд на слове «переговоры».

— Вот-вот. Мы все-таки интеллигентные люди и вопросы тоже должны решать культурно.

— Это же был сарказм? «Культурно» и «интеллигентно» как-то не вяжется с преступными бандами, о которых я столько слышала.

— Уверен, какой бы выход из положения я не предложил, — продолжил Хейз. — они теперь так просто не сдадутся. Но войны никто не хочет. Никому из сторон это не выгодно.

— Джейд, у нас время, — поторопил Марк девушку. — Если отец узнает, что ты была здесь, так ещё и со мной, мне кранты. Потому что я пообещал ему присматривать за тобой.

— Вот же черт! — выругалась она.

— Иди, — легонько толкнула её в спину Дженни.

Так непривычно осознавать, что судьба Пантер в её руках и один её неправильный шаг и все рухнет. Но Джейд пообещала быть на связи и, нехотя распрощавшись с «Дикими Пантерами», поспешила с Марком домой.

— Почему ты не сказала им? — спросил Марк.

— Про что?

— Про то, что нас пасут парочка придурков.

Джейд пожала плечами.

— У них итак проблем выши крыши, не хочу ещё своими их загружать.

— Но мы ещё не придумали, что делать с Ронгами.

— Отец ищет их.

— Да, но этого недостаточно. Они слишком расчетливы и умны, чтобы так просто попасться в руки полиции.

— Я думала, у них кроме мышц на плечах, больше ничего нет, — усмехнулась Джейд.

— Я тоже так думал.

Стоило Джейд с Марком зайти домой, как на них налетела Эмма.

— Где вы были? Уроки уже должны были давно закончится, — сказала она голосом заботливой мамы, будто и вправду ею и была и вовсе не являлась гремучей змеей.

Наверняка, она так распереживалась совсем не из-за того, что они задержались, а из-за того, что ей не терпится поделиться с Говардом тем, что Джейд ходила непонятно куда и вернулась непонятно когда, чтобы он её построже наказал.

Она не уследила за временем и они пришли, когда уроки уже должны были закончится часа два назад.

— Мы решили прогуляться, — взял инициативу в свои руки Марк, понимая, что Джейд начинает закипать и может что-то лишнее наговорить этой закрученной швабре.

Она сузила глаза, рассматривая лица ребят, но потом кивнула и прошла на кухню.

Они помыли руки, переоделись и пошли обедать. Джейд весь день, не считая завтрака, ничего не ела и ей надо бы восполнить силы, которые практически иссякли. Джейд уже хотела разогреть им с Марком еду, но её опередила Эмма и поставила перед ними «Чаудер» – суп, который раньше часто готовила мама.

— Он отравлен? — первым делом спросила Джейд, беря ложку в руку.

Она лишь рассмеялась, словно это была смешная шутка, и сказала:

— Конечно, им можно отравиться только потому, что он очень вкусный, — взболтнула какую-то ерунду Эмма и ещё раз мило улыбнулась.

— Слушай, сделай одолжение.

— Какое? — её миленький голосок совсем не вяжется с той стервой, какой Джейд её знает. Её истинной сущностью. Хочется сейчас взять этот суп и вылить ей на голову.

Но девушка сдержалась, потому что ей было любопытно, как этот суп отличается от маминого.

Она лишь грубо произнесла:

— Свали нахрен и не порти мне аппетит своим присутствием.

Стоило увидеть Эмму, как все мысли, все хорошее настроение мигом улетучивалось и она лишь думала о том, как бы незаметно её убить.

Её лицо поменялось, но она ничего не сказала и вышла из кухни, напоследок одарив Джейд ненавистным взглядом. Она так себя ведёт лишь в присутствии гостей или отца. В этом случае, из-за Марка. Нужно было показаться хорошей домохозяйкой и, можно сказать, заботливой матерью, которой Джейд она никогда не станет.

— Зачем ты так? — в глазах Марка плескалось неодобрение и жалость. К Эмме что-ли?

— Знал бы ты, какая она самом деле, не упрекал бы меня, — коротко ответила Джейд и принялась есть.

Суп вышел никакой. Картофель нарезан огромными ломтями, что еле в рот помещается, лука слишком много, да и суп, походу, недоваренный.

Нет, у мамы самый вкусный «Чаудер» и ничего с ним не сравнится. Она всегда готовила его так, что отвал башки просто случался, вкладывала свою душу в это блюдо, а то, что приготовила Эмма — лишь жалкая пародия.

После обеда Джейд переписывалась с Дженнифер и улыбалась, а Марк иногда искоса на неё смотрел и не знал, чем себя занять.

— Джейд, — позвал он девушку и, когда она повернула к нему голову, продолжил: — скажи, ты долго ещё будешь отказываться от своей дружбы со мной, потому что я теряю терпение, смотря на то, как ты демонстративно делаешь вид, что я для тебя ничего не значу, хотя на деле это не так? Сколько ещё времени тебе нужно для осознания, что я никуда не денусь и буду и дальше пробивать твою железную броню под названием «я тебя ненавижу и всегда ненавидела»? Потому что я вижу другое. И теперь полностью убедился в этом.

Время застыло. Звуки исчезли. Сердце остановилось.

Джейд вылупилась на Марка, боясь даже пошевелиться, потому что он заговорил о запретной для неё теме. Он догадался? По уверенному голосу скажешь, что да. Но как? Она ведь все просчитала. Он никогда не должен был об этом никогда узнать.

И нужно остановить его, пока не поздно.

— Марк, ты не понимаешь, о чем говоришь, — услышала она собственный неуверенный голос. — М-мы...не можем...

— Это из-за моей сестры, так ведь? Из-за того случая ты не можешь со мной общаться, потому что думаешь, что, если я узнаю, то возненавижу тебя.

Как он узнал об этом? Это же невозможно. Никто, кроме одного человека, не знал, что произошло.

* * * *

Два года назад

Хлопья снега падают на нос и шапку Джейд и каждый раз она их стряхивает, чтобы не превратится в снеговика. А Марк в это время посмеивается над ней, думая, что она не понимает, как забавно это смотрится со стороны.

— Что ты смеешься? Не видишь, мне холодно? — притворским обиженным голосом говорит она.

— Я теперь буду звать тебя Снежной Королевой. Ну вылитая же.

И правда. Белая шапка, белая куртка вместе с тёплыми сапогами, серые глаза, которые кому-то могут показаться голубыми. Только тёмные волосы портили образ всей картины. Одежду ей купил отец, так как вся зимняя одежда с прошлого года стала маленькой, и не подрасчитал, что Джейд не любит светлые цвета. И теперь Марк постоянно подтрунивал над ней из-за этой дурацкой одежды, которая ни в какую не сочеталась с самой Джейд.

А ее розовые щёчки, которые она отморозила на улице делали её чертовски милой и похожей на ангелочка. Только вот в глазах этого ангелочка плясали дьяволята.

Он этого не увидел. А зря. Потому что уже через секунду она повалила его на снег и сама не заметила, как, когда он падал, ухватился за её руку и теперь они вместе лежали посреди улицы на завалах снега.

Расхохотались и принялись делать снежных ангелочков, разводя руки и ноги в стороны и потом обратно.

— Мы так и не дойдём до спортзала, — сказал Марк, на что Джейд кинула в его лицо снегом. Он ответил тем же.

Встав и оценив свою работу, ребята двинулись дальше.

Спустя, наверное, вечность они добрались до одноэтажного здания с вывеской, которая гласила: «GYM».

— Еда для мелкой в холодильнике. Покорми её и поиграй с ней, а потом уложи спать, — дал наставления Марк насчёт своей сестры.

Они попрощались и Джейд поплелась в его квартиру. Он попросил её присмотреть за его сестрой, потому что его мама сегодня приходит с работы позже, чем обычно.

Марк с Джейд пошли прогуляться и потом она его проводила к спортзалу, который он регулярно посещал.

Открыла дверь ключами, прошла внутрь, сняла ботинки и поставила их на коврик. Навстречу ей выбежала Виола, трехлетняя сестра Марка, очень милая и разговорчивая девочка, которая была поразительно похожа на своего брата. Светлые волосы завязаны в два хвостика, а красивые голубые глаза с большими ресницами радостно расширились.

Она подбежала к девушке и обняла за ноги, не дав сделать и шагу.

— Дейд, Дейд! Ты присла! — восторженно заверещала девочка.

Джейд усмехнулась про себя. Виола плохо выговаривала шипящие звуки и «р» и поэтому речь у неё получалась забавная.

— Привет, солнышко, — тепло поприветствовала Виолу Джейд и, кое как разувшись, пошла на кухню.

Квартира состояла из ванной комнаты, двух спален: матери и Марка, балкона и кухни. Дизайн минималистичный, но комфортный для проживания.

— Ты голодна? — спросила Джейд.

— Не-ет. Не хоцу, — помотала головой Виола. — Мозно мне йогут, котолый мама покупала?

— Конечно, можно. Но перед этим ты должна покушать. Твой братик огорчится, если ты ничего не покушаешь.

Девочка удивленно замахала своими ресничками, но потом сдалась:

— Холошо. Не хоцу, чтобы блатик ходил глустный.

Джейд улыбнулась и подогрела овощное рагу. Поставила его на маленький стол Виолы и достала из кухонного шкафчика мультифруктовый сок, поставив его на то же место.

Виола уселась на свое место, а Джейд села за обычный стол и наблюдала, как та уплетала блюдо, приготовленное её мамой.

Сколько же оптимизма и жизнерадостности в этих маленьких существах! Они даже не представляют, как поднимают настроение окружающим и как не дают сдаваться и опускать руки молодым мамам, которые, буквально, живут ради них.

У Джейд уже имелся опыт общения с детьми и она не сомневалась, что станет прекрасной мамой.

После плотного обеда Виола сидела на полу возле стеклянного балкона и разглядывала, что происходит на улице. Спешаших прохожих по своим делам, дворовым собакам, ну и, конечно, больше всего её привлекал снег. Это был второй снег в её жизни и наблюдала она за ним с чрезвычайной внимательностью, боясь что-либо упустить.

Потом Виола попросила Джейд открыть балкон, чтобы она смогла поиграть со снегом. Хоть немного.

— Там холодно, Ви, ты уверена, что хочешь этого? Можем выйти на улицу и там ты поиграешь, — уговаривала Паркер малышку.

Но она стояла на своём. Была такая же упрямая, как брат. Тогда Джейд принесла ей зимние перчатки, помогла одеть и приоткрыла балкон. Он был недостроен, выложен был лишь пол.

На улице зажглись фонари, так как уже начинало темнеть. В некоторых окнах домов, расположенных напротив, было темно, в некоторых было видно стоящую новогоднюю ёлку, в некоторых светилась светодиодная лента или дискошар, освещая всю комнату различными яркими цветами.

В комнате Марка зазвонил телефон. Джейд оставила его там, когда пришла. Но она и не собиралась отвечать. Наблюдала за тем, как Виола играет со снегом и лепит из него снежные шарики.

Телефон позвонил ещё раз. Потом снова. Не выдержав, Джейд ответила на звонок.

— Что? — раздражённо спросила она.

— Почему не отвечала? — раздался из динамика строгий голос отца.

— Занята была.

— Эмма сказала, что ты ей нагрубила. Просто так. Ни за что.

Девушка закатила глаза.

Отец познакомил ее с этой Эммой Миллер совсем недавно и поставил перед фактом, что они с отцом теперь будут жить вместе с ней тоже. Она только две недели назад переехала к ним, но Джейд уже успела её возненавидеть.

Что отец вообще в ней нашёл? Перед ним она вся такая белая, пушистая, а перед Джейд — настоящая мигера.

И теперь делает всё, чтобы выставить её в худшем свете перед своим отцом.

— Ни за что? — разозлилась Джейд. — Она вылила мой суп в унитаз, сказав, что это невозможно есть.

— Не может такого быть, Джейд! Не придумывай!

— Это правда, папа! Почему ты мне опять не веришь? Я тебе уже сто раз говорила, что эта Эмма мне не нравится. Да и я ей не особо.

— Что ты такое говоришь? — в его голосе летали искры и казалось ещё немного и он перейдёт на крик. Очень не любит, когда его женщину обвиняют в клевете и оскорбляют. — Я понимаю, что ты скучаешь по маме, но она...

— Бросила нас, я знаю. Но иногда мне кажется, что...

Прежде, чем Джейд успела договорить, раздался детский крик. Полный ужаса и страха.

Телефон полетел на пол, где взволнованно продолжал говорить Говард, прося Джейд ответить и сказать, что случилось.Но она уже ничего не слышала. Понеслась на кухню и её сердце остановилась, когда она увидела, что Виолы больше не было на прежнем месте. Девушка обыскала весь дом, зовя Виолу по имени и прося отозваться. Но той словно и не было в доме.

Страх сжимал горло Джейд цепкими пальцами и заставлял задыхаться, пока слезы отчаяния и безнадежности заполоняли её глаза и каплями стекали по подбородку.

Тогда Джейд осмелилась выйти на балкон, голыми ступнями наступая на снег, но в тот момент её ничего не волновало. Ни леденящий холод, ни сковывающий страх.

Внизу...лежало бездыханное тело Виолы, которое не подавало признаков жизни.

Джейд закричала и закрыла рот рукой, оседая на пол. Потом, собрав вокруг себя остатки надежды и спрятав их в карман, она преодолела четыре этажа и вышла на улицу.

Ей казалось, что она забыла, как ходить, как дышать, потому что у Виолы не было пульса. Её лицо было бледное и выражало спокойствие, волосы разметались по земле, под её головой образовалась лужа крови, которая медленно расползалась по земле и превращала белоснежный снег в кровавый.

Джейд прижала к себе тело девочки и зарыдала. Громко, протяжно. Она кричала, проклинала весь мир и себя, царапала себе лицо и била себя, била, била, била.

«Это я во всем виновата» – подумала она в тот момент.