Глава 5 «Внутренний контур»

Мы ехали по ночному Питеру молча. Машина дребезжала на каждом стыке моста, а фары едва пробивали плотный туман, поднимавшийся от Невы. На часах было начало четвертого утра — самое глухое, мёртвое время, когда город замирает перед рассветом.

Даня сидел рядом, упершись лбом в холодное боковое стекло. Его профиль казался резким, почти злым в тусклом свете редких фонарей. Он то и дело сжимал и разжимал левую ладонь, словно настраивая себя на то, что ждало нас впереди.

— Нам нужно будет зайти со стороны набережной, — тихо произнёс он, не поворачивая головы. — Там есть разгрузочный дебаркадер для кухни. Камера над ним работает, но кабель идёт через подвал, и его легко замкнуть. Я знаю, где распределительный щиток.

— А охрана? — спросила я, крепче сжимая руль. — Макс сейчас там?

— Макс дежурит до пяти. Но он обычно сидит на центральном пульте в холле. Если мы обойдём служебные коридоры, он нас не увидит. Главное — не шуметь.

Я припарковала машину за два квартала до «Бездны», в темном дворе за полуразрушенной стеной. Мы вышли в сырую пустоту питерской ночи. Воздух был ледяным, ветер с реки мгновенно прошил куртку насквозь. Я невольно поёжилась, пряча лицо в высокий воротник.

Даня заметил это. Он остановился, молча расстегнул свою куртку, достал из глубокого внутреннего кармана перчатки и протянул их мне.

— Надень, — хрипло сказал он. — У тебя пальцы окоченеют, ты даже пистолет держать не сможешь, если придется.

— А ты? — я посмотрела на него.

— Я привык. Мои руки всегда горячие, — он упрямо засунул свои ладоши в карманы куртки и зашагал вперёд.

Я натянула его перчатки. Они были мне велики, пахли табачным дымом и чем-то очень домашним. Внутри меня снова заворочалось то самое странное чувство, которое я так тщательно пыталась подавить в себе все эти дни. Этот парень был подозреваемым по делу об убийстве. Но прямо сейчас он отдавал мне последнее тепло, пока моё собственное начальство списывало смерть человека ради очередного конверта с деньгами.

Мы бесшумно пробрались к дебаркадеру «Бездны». Клуб в темноте выглядел жутко — огромный бетонный короб без окон, окруженный ржавыми контейнерами для мусора.

Даня присел у распределительного щитка на стене. Вытащив из кармана мультитул, он быстро открутил защитную панель. Несколько секунд ковыряния в проводах, тихий щелчок, едва заметная искра — и маленький красный огонек камеры над дверью погас.

— Чисто, — прошептал он, поднимаясь. — Дверь закрыта на магнитный замок. У меня есть мастер-карта.

Он приложил серую пластиковую карточку к считывателю. Тот тихо пискнул, замок щелкнул, и тяжелая металлическая дверь приоткрылась, впуская нас во внутренний контур клуба.

Внутри пахло хлоркой, разлитым пивом и застоявшимся кальяном. В темноте служебного коридора горели только зеленые таблички «Выход». Было тихо, но эта тишина казалась тяжелой, давящей на уши после уличного ветра.

Мы двигались медленно, прижимаясь к стенам. Даня шел впереди, указывая дорогу. Моя рука невольно лежала на кобуре под курткой, но я понимала: если нас найдут, оружие вряд ли поможет выбраться отсюда живыми.

Вдруг в конце коридора, со стороны главной лестницы, послышался тяжелый, размеренный стук армейских ботинок по бетонному полу.

Кто-то шел в нашу сторону.

Даня среагировал мгновенно. Он схватил меня за локоть и буквально втянул в узкую нишу между огромными вентиляционными трубами. Это было крошечное, темное пространство шириной едва ли в полметра. Мы оказались прижаты друг к другу настолько близко, что я физически чувствовала каждый удар его бешено колотящегося сердца.

Даня накрыл мой рот своей ладонью, заглушая мое дыхание. Его вторая рука легла мне на талию, надежно фиксируя и прижимая к своему телу, чтобы я случайно не задела металлические трубы.

Пахло его парфюмом, дождем и мятой. Его лицо было в паре сантиметров от моего. В темноте я видела только его глаза — расширенные, темные, сосредоточенные. Я замерла, боясь даже моргнуть. Расстояние между нами стерлось. Я чувствовала тепло, исходящее от его тела, и этот жар заставлял меня забыть о холодном ветре снаружи.

Шаги приблизились. Через щель между трубами я увидела тяжелую фигуру Максима. Он медленно шел по коридору, светя фонариком по углам. Луч света скользнул по нашему укрытию, на секунду выхватив из темноты металлические решетки вентиляции, и ушел дальше.

Максим остановился, прислушался, а затем тяжело вздохнул и пошел обратно в сторону поста охраны.

Когда шаги окончательно затихли, Даня медленно опустил руку от моего лица. Но его ладонь на моей талии осталась. Он смотрел на меня сверху вниз, и его дыхание щекотало мои губы. В этой тесноте, среди пыльных труб, между нами возникло такое плотное, осязаемое напряжение, что воздух казался горячим.

— Нам... надо идти, — едва слышно прошептала я, чувствуя, как щеки предательски начинает припекать.

Даня сглотнул, его кадык дернулся. Он медленно кивнул, но прежде чем отпустить меня, его пальцы на моей талии слегка сжались — на долю секунды, словно он не хотел разрывать этот контакт.

— Да, — хрипло ответил он. — Пошли. Архив на втором этаже.

Мы быстро поднялись по узкой служебной лестнице на второй ярус. Дверь с надписью «Бухгалтерия. Архив» была закрыта на обычный замок. Даня достал из кармана связку отмычек, опустился на одно колено у замочной скважины.

— Посвети телефоном, только закрой экран пальцами, чтобы свет был точечным, — шепнул он.

Я сделала, как он просил. В узком луче света его пальцы двигались со скоростью профессионального взломщика. Тихий металлический щелчок — и дверь бесшумно открылась.

Мы зашли внутрь. Кабинет Алисы был небольшим, заставленным стеллажами с папками. На столе всё еще лежали её личные вещи: кружка с недопитым чаем, блокнот, ручки.

Даня сразу прошел к массивному рабочему столу. Он опустился на колени под него, нащупывая фальш-панель на задней стенке тумбы.

— Нашел, — тихо произнес он. — Тут сейф. Электронный.

— Код знаешь? — я присела рядом с ним в пыльной темноте под столом. Наша близость здесь снова казалась слишком тесной, наши плечи соприкасались.

— Алиса использовала дату рождения своей матери. Она мне как-то говорила, когда мы обсуждали пароли на оборудовании. 1204.

Даня быстро набрал цифры на светящейся панели.

Сейф тихо пискнул, и тяжелая дверца приоткрылась.

Внутри лежал небольшой черный ноутбук с наклейкой в виде виниловой пластинки на крышке. Тот самый ноутбук Алисы.

Я протянула руку, собираясь забрать его, как вдруг на первом этаже клуба оглушительно взвыла сирена охранной сигнализации. Служебный коридор за дверью кабинета мгновенно залило тревожным красным светом.

— Черт! — выплюнул Даня, хватая ноутбук и судорожно запихивая его в мой рюкзак. — Они поняли, что камеру закоротило! Бежим!