Глава 23 «настоящая причина согласия»

Сердце стучало быстрее, чем обычно. Она уже собиралась открыть дверь, как, сжимая ручку двери, неожиданно обернулась.

— Знаешь... — начала Эмма, собираясь с мыслями. Её голос был ровным, но внутри всё сжалось.

Дженна молча подняла голову, посмотрев на неё.

Эмма не разрывала зрительного контакта, стоя ровно, как струна. Но внутри было не так спокойно. Даже неловко.

— Если ты всё равно будешь играть роль моей «жены», то не могла бы ты снова стать моим...

— Телохранителем? — резко перебила Ортега. Лицо было невозмутимо, без выражения каких-либо эмоций.

— Да, — голос дрогнул. Костяшки побелели, сжимая дверную ручку, как последний щит.

Дженна молча смотрела на неё несколько секунд.

Воздух в помещении сгустился. Повисла тихая, тягучая тишина.

— То есть ты согласна?

— Допустим.

Губы дрогнули в мизерном подобии улыбки.

— Спасибо. Елена кое-что изменит в контракте, я удвою зарплату. Если ещё что-нибудь понадобится, скажи, — на груди осело странное, почти приятное чувство спокойствия.

Из губ вырвался едва слышный смешок.

— Благодарю за такую щедрость. Но, как ты могла заметить, я не нуждаюсь в деньгах.

— Но... что тогда я могу тебе предложить? — Эмма нервно сглотнула.

На несколько тягучих мгновений повисла тяжёлая, почти осязаемая тишина.

Дженна отвела взгляд, упорно глядя в одну точку.

— Соблюдать дистанцию. Не проявлять интерес к моей жизни и не задавать вопросов, — голос тихий. Но в нём вернулась стальная, ледяная нотка.

Правый мизинец дрогнул. Внутри, где-то глубоко под рёбрами, резко проскользнул жуткий холод. На мгновение грудь словно пронзило тонким, идеально заточенным колом.

— Под видом вопросов ты имеешь в виду то, что у тебя есть оружие? Или то, что обычная управляющая отелем может не раздумывая убить человека? — резко, на одном дыхании выпалила Майерс. Голос дрогнул.

Взгляд Дженны резко потяжелел. Все мускулы напряглись. Эмма мгновенно уловила это. В этом взгляде чувствовался такой каменный лёд и что-то ещё, от чего сердце пропустило удар. Пальцы, мёртвой хваткой державшие дверную ручку, вспотели.

На губах дрогнула едва заметная полуулыбка.

— Какая ты проницательная, Майерс. Уловила суть? — спокойно, с лёгкой насмешкой произнесла она. Но от этого ледяного спокойствия холод по спине Эммы только усилился.

— Кажется, я перешла черту, — тихо, сдавленно произнесла она. — Но, чтобы ты знала, я ни разу не интересовалась происхождением твоего оружия, блять, меня даже не особо волновало то, что я увидела тогда... — она резко запнулась, ощущая, как кровь приливает к вискам. — Той ночью. И уж тем более не задумывалась о том, чтобы «рыть» на тебя информацию.

— И я не жду от тебя объяснений или оправданий на этот счёт, — она сделала короткую паузу, восполняя недостаток воздуха в лёгких. С каждым словом голос постепенно снижал тембр. Пульс зашкаливал. Ладони вспотели.

— Это не важно, потому что благодаря этому же оружию ты дважды спасла мне жизнь.

Последняя фраза словно глухо отозвалась в грудной клетке, проникнув туда безвозвратно. В горле засел сухой ком.

Рука неосознанно сжала рукав пиджака.

Последние слова будто всё ещё витали в воздухе, отбиваясь воображаемым эхом.

Дверь тихо, но резко закрылась с другой стороны, оставляя после себя лишь едва ощутимый аромат ванили и ещё чего-то...

Дженна просидела так ещё около тридцати секунд, глядя на то место, где только что стояла Эмма.

И почему-то в груди что-то сильно защемило.

Взгляд упал на контракт, лежащий на небольшом низком столе.

В самом низу красовалась одна строчка:

«Соглашение будет действовать год после его подписания».

Год. Целый, сука, год Дженне придётся строить вокруг себя ледяные стены. Находиться с Эммой рядом. Видеться каждый день. Пытаться держать дистанцию. И... не потерять контроль. Последнее оказалось сложнее всего.

Потому что она уже начала его терять.

Хотя в этом «контракте» были и плюсы.

Так ей будет проще держать Майерс в поле зрения. Наблюдать за тем, чтобы то, что она видела, осталось между ними.

Хотя Ортега понимала, что Эмма ничего не расскажет. Что следить не нужно. Что... она доверяет ей.

Однако Дженна делает это не по своей воле. Она выполняет приказ.

От дедушки. Или, как он велел Дженне его называть, — крёстный отец.

Договор, который невозможно было расторгнуть. Он был подписан между Грейс и её семьёй ещё много лет назад.

Договор, в котором было сказано о том, что Эмма никогда не должна была узнать о мафии и стать частью этого мира. Несмотря на то, какие отношения с ним имела Грейс Уилсон.

Эмма была неприкосновенна.

И теперь, когда мафия узнала о том, что Майерс видела то, чего не должна была, были предприняты меры.

Наблюдение. Пристальное наблюдение — это всё, на что они способны, так как по контракту у них были связаны руки.

Дженна не выбирала быть её сталкером.

Она лишь оказалась самым удобным кандидатом на эту роль.

Из-за ошибки. Её собственной ошибки.