23

Утро перед отъездом в Москву выдалось суетливым и тёплым. Лёва метался по квартире, пытаясь запихнуть в рюкзак всё, что видел: игрушечных динозавров, конструктор, несколько машинок и даже старую футболку с надписью "Я — гонщик". Влад наблюдал за этим хаосом с улыбкой, стоя в дверях детской комнаты.

— Лева, стоп, — сказал он, входя и аккуратно останавливая мальчика за плечи. — Всё это остаётся здесь.

— Но как же я буду играть? — возмутился Лёва, глядя на свои сокровища.

— В Москве я куплю тебе всё новое. Лучшие игрушки, самые крутые машинки. Ты же хочешь быть похожим на меня, да? — подмигнул Влад. — А настоящие гонщики не таскают с собой старые игрушки. Они берут с собой только самое важное. Например, зарядку для телефона, чтобы маме звонить. И сменные носки.

Лёва задумался, потом кивнул:

— Хорошо. Но ты обещал мне Ламборгини!

— Обещал, — подтвердил Влад. — Покажу тебе гараж. Сделаем тебя самым крутым парнем в Москве.

Дарина стояла в дверях, наблюдая за этой сценой. Её мама подошла сзади, положила руку на плечо и тихо сказала:

— Дарин, ему нужны дети. Посмотри, как он светится рядом с Лёвой.

Дарина перевела взгляд на Влада, который уже помогал брату складывать вещи, шутя и подкалывая мальчика.

— Я знаю, мам, — ответила она.

— Дочь, он будет прекрасным отцом. Я это вижу. Он так нежно играет с ним, так терпеливо объясняет.Вы говорили о детях еще? — спросила мама.

— Да, мы говорили, — кивнула Дарина. — Поверь, мы работаем над этим.

Она улыбнулась, но мама заметила лёгкую грусть в её глазах. Дарина умолчала о том, что перед самым вылетом в Новосибирск, когда Влад был на встрече в офисе, она сделала тест. Две полоски. Она повторила его на следующий день — снова две полоски. Сердце билось где-то в горле, но времени на УЗИ уже не было. Она хотела убедиться окончательно, поэтому решила никому не говорить, пока они не вернутся в Москву. Не хотелось давать ложную надежду, если всё пойдёт не так.

Мама продолжала говорить, глядя на Влада, который уже стоял на коленях перед Лёвой, застёгивая его рюкзак:

— Если Влад реально миллиардер, как вы сказали, то у ваших детей будет прекрасное будущее. Вы сможете дать им всё.

У Дарины навернулись слёзы. Она не плакала — просто глаза стали влажными, а дыхание перехватило. Она так хотела дать этому мужчине ребёнка, хотела увидеть его с малышом на руках. Хотела подарить ему ту самую семью, о которой он мечтал. Ей было страшно, но и радостно одновременно.

Влад, закончив с Лёвой, обернулся и увидел, что Дарина стоит с красными глазами и смотрит на него. Он мгновенно оставил мальчика и подошёл к ней, взяв за руки:

— Родная, ты чего? Что случилось?

Дарина улыбнулась сквозь слёзы:

— Ты так с ним играешь... У тебя глаза так светятся. Ты просто создан быть отцом.

Влад обнял её и прижал к себе, поцеловав в макушку:

— Я очень хочу ребёнка, Дарина. Свою кровиночку. Мне неважно, мальчик или девочка. Я просто хочу нашего малыша. Хочу баловать его, воспитывать, ходить на его школьные спектакли. Если будет дочка — я стану ещё большим каблуком, чем сейчас. И буду защищать её от всех.

Дарина рассмеялась сквозь слёзы, потом отстранилась и прошептала ему на ухо так, чтобы никто не слышал:

— Я пока не уверена на сто процентов, но перед вылетом из Москвы тест показал две полоски. Я переделала его вчера утром — тот же результат. Надо будет после прилёта сходить на УЗИ, чтобы подтвердить окончательно.

Влад застыл. Его глаза расширились, а сердце, казалось, остановилось на мгновение, а потом забилось где-то в горле. Он смотрел на неё, боясь поверить. Потом прижал её к себе так крепко, что она почувствовала, как дрожит его тело. Он не мог говорить — просто повторял:

— Я тебя так люблю... Я тебя так люблю.

Мама Дарины стояла в стороне и наблюдала за ними. Она не слышала их разговора, но видела, как Влад обнимает её дочь, как его плечи слегка подрагивают, а Дарина улыбается сквозь слёзы. Ирина Геннадьевна поняла: её дочь в надёжных руках. А её муж, Сергей Петрович, подошёл сзади, положил руку на плечо жене и прошептал:

— У них всё будет хорошо. Я чувствую. Они справятся.

Лёва, ничего не понимая, подбежал к ним и дёрнул Влада за рукав:

— Владик, а мы уже едем? Я хочу на самолёт!

Влад отстранился от Дарины и, всё ещё не веря до конца, посмотрел на мальчика, потом снова на жену и, улыбнувшись, сказал:

— Да, Лева. Едем. Нас ждёт Москва.

Самолёт мягко оторвался от взлётной полосы, и Лёва, прижавшись носом к иллюминатору, замер с открытым ртом. Это был его первый полёт, и он не мог оторвать взгляда от того, как земля медленно уходит вниз, становясь всё меньше и меньше, пока не превратилась в разноцветное лоскутное одеяло.

— Мы летим! — закричал он, оборачиваясь к Дарине. — Мы правда летим!

Дарина улыбнулась и достала телефон.

— Лев, повернись, я сфоткаю тебя для мамы и папы.

— А они увидят, что я в самолёте? — спросил он, сияя.

— Увидят, — ответила она, делая несколько кадров. — Скажи «сыыыыр»!

— СЫЫЫР! — заорал Лёва, и Дарина засмеялась, отправив фото в родительский чат.

Влад сидел рядом через проход, но как только разрешили расстегнуть ремни, он сразу пересел к ним, придвинувшись так, чтобы Дарина могла опереться на его плечо. Лёва сидел между ними и впитывал каждую секунду: ему принесли детский набор с наклейками и игрушками, он разложил всё на столике, а Влад показывал ему, как работает планшет в кресле.

— Ого! — удивился Лёва, когда стюардесса принесла ему сок в маленькой бутылочке и шоколадку. — А можно я всё это возьму домой?

— Это твоё, — кивнул Влад. — Бери.

Через час Лёва начал клевать носом. Дарина укутала его пледом, и он прилёг, положив голову ей на колени. Влад перегнулся через подлокотник и прошептал:

— Завтра, сразу после того, как закинем его в детский центр, поедем на УЗИ. Я уже договорился с нашим доктором.

Дарина кивнула, чувствуя, как усталость смешивается с волнением.

— Я записала нас на двенадцать, — ответила она тихо. — Только никому ни слова.

— Никому, — подтвердил Влад и поцеловал её в висок.

Когда они приземлились в Москве, Лёва проснулся и снова был полон энергии. Он выбежал в аэропорт и начал восторженно рассказывать про самолёт:

— Я видел облака снизу! А ещё я пил сок с трубочкой и смотрел мультики! Это был самый лучший день в моей жизни!

Дарина позвонила родителям:

— Мы долетели. Всё хорошо. Лёва в восторге.

В аэропорту их встречал Костя. Он стоял у выхода и удивлённо уставился на маленького мальчика, которого Влад нёс на руках.

— Влад, а это кто у тебя? — спросил он, подходя ближе.

— Это Лёва, брат Дарины, — ответил Влад. — Он у нас в гостях на неделю.

Костя присел на корточки:

— Привет, Лёва. Я Костя, друг Влада. У тебя есть любимая машинка?

— Ламборгини! — сразу же выпалил Лёва.

Костя засмеялся и переглянулся с Владом:

— Ну, ты попал. Ладно, пойдёмте, я на гелике.

Когда они вышли на парковку и Лёва увидел здоровенный чёрный Mercedes G-класса, он аж пискнул.

— Это что, твоя машина, дяди Кости? — спросил он.

— Моя, — улыбнулся тот.

— А у Влада две такие же! — выпалил Лёва, и Костя рассмеялся.

— Ну, Владик, теперь ты просто король среди детей.

В машине Лёва не закрывал рта. Он смотрел в окно на проплывающие огни Москвы, задавал тысячу вопросов и рассказывал про Новосибирск. Все смеялись, и даже Дарина чувствовала, как в груди разливается тепло.

Когда они зашли в квартиру, Лёва замер, осматривая просторную гостиную.

— Здесь мы будем жить? — спросил он, не веря своим глазам.

— Да, — ответил Влад, подхватывая его на руки. — Пойдем я покажу тебе все комнаты, и ты выберешь себе любую.

Лёва носился по квартире, заглядывая в каждую дверь, пока Влад не поймал его и не отвёл в ванную.

— А теперь мыть руки и спать, — сказал он строго, но с улыбкой.

— Я не хочу спать! — запротестовал Лёва.

— Кто не спит, тот на Ламборгини не катается, — напомнил Влад.

Лёва мгновенно затих и даже не спорил, когда Влад помог ему переодеться в пижаму и уложил в кроватку в гостевой комнате.

Вернувшись в спальню, Влад лёг на кровать и положил голову на грудь Дарины.

— Он уснул, — отчитался он, словно докладывая о выполненном задании.

Дарина провела пальцами по его волосам и улыбнулась.

— Устал?

— Нет, — ответил он. — Я счастлив. Ты такая... разная. Грудь стала мягче, больше. Это признак.

— Ты заметил? — улыбнулась она.

— Заметил, — прошептал он. — Я всё замечаю, когда речь о тебе.

— Завтра в двенадцать, — сказала Дарина. — Я записалась на УЗИ. Наш доктор.

— Я рядом, — ответил Влад, прижимаясь к ней. — Мы справимся. Что бы ни случилось, мы вместе.

Через несколько минут они оба уснули, обнявшись, а за стеной, в гостевой комнате, тихо сопел Лёва, которому снились большие машины и бесконечное небо.