12

Настоящее.— Земля вызывает Эвана!! — весело воскликнула Аня, слегка хлопнув его по щеке.Эван вздрогнул, словно его внезапно вытащили из чужих мыслей. Моргнув, он огляделся. Костёр тихо потрескивал, бросая оранжево-жёлтые блики на лица друзей, отражение воды сверкало в солнечных лучах. Шум лета, смех, запах дыма и травы — всё смешалось в яркий калейдоскоп впечатлений.— Ой... простите, — смущённо пробормотал Эван, почесав затылок. — А... отношений у меня не было.Вокруг повисло удивлённое молчание. Лица ребят округлились от удивления, словно они только что услышали невероятную тайну.— Прям вообще ни разу?.. — переспросил Илья, слегка приподняв брови, недоверие сквозило в каждом движении.Эван молча кивнул. Щёки мгновенно окрасились румянцем, горячим и стыдливым.— Бедняжка. Ну да ладно! Мы это исправим, — весело заявила Ника, подмигивая. — Найдём тебе кого-нибудь!Эван сжал руки в кулаках, стараясь не показать смущение, и решил просто проигнорировать её слова. Он даже не понимал, что именно имела в виду Ника, но вмешиваться в разговор не хотелось.— Так, Дэниела что-то долго нет... — Ника встала и оглянулась. — Похоже, его съел медведь. Ладно, пошли без него купаться?— Кто за — поднимите руки! — добавила Аня, глаза её сверкали азартом.Руки мгновенно взметнулись вверх одна за другой. Все — кроме Эвана.— Родной, прости, но шестеро одного не ждут, — Аня игриво подмигнула. — Поэтому пошли с нами прыгать!Она не стала ждать, подбежала к обрыву, размахнулась и прыгнула, закрутив сальто. Эван едва успел раскрыть рот от удивления, почти уронив челюсть. В его глазах мелькнул страх, смешанный с восхищением.Увидев его реакцию, Ника громко захохотала и протянула руку:— Твоя очередь, любимый.Эван замер. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Он сомневался, руки дрожали. Вода внизу казалась тёмной и манящей одновременно. Каждое мгновение на обрыве растягивалось, будто замедлялось — только он, шум ветра, лёгкая дрожь в теле и предостерегающее эхо в голове: не прыгай...Эван глубоко вдохнул, пытаясь собраться. Внутри всё сжималось — смесь страха и адреналина. Он посмотрел на ребят, на костёр, на сверкающее озеро и понял: назад дороги нет.Снизу Аня, уже всплывшая, махала руками и кричала:— Давай, Эван! Тут офигенно!Эван нервно зашевелился, но ещё колебался. Сердце стучало так, что казалось, вот-вот вырвется наружу. Он смотрел на сверкающую воду, на солнечные брызги, на ребят, которые уже смеялись и плескались.— Эван! — позвал Илья, словно пытаясь отвлечь его от внутреннего панического голоса. — Давай уже!И внезапно толкнул его сзади.Эван не успел даже вскрикнуть — и уже летел вниз. Ветер свистел в ушах, руки рефлекторно зажались, а потом — резкий холодный удар воды. Плеск. Брызги окатили лицо, дыхание захлебнулось, но спустя мгновение он понял: вода не глубокая. Дно ощущалось ногами, ноги мягко касались песка и камней под водой.— Ты идиот, блин! — раздался рядом знакомый голос. Эван вытер глаза — это был Дэниел, нырнувший следом. — Ты чего позволил себя столкнуть? А если бы плавать не умел? Или об камни влепился?Эван замер. Его сердце почти перестало биться на мгновение. Он не ожидал такой прямой тревоги.И тут — сильная рука схватила его за запястье. Резко, но с очевидной заботой.— А потом мне пришлось бы за тебя отвечать! — с небольшой долей раздражения, но всё же с тревогой в голосе добавил Дэниел.Эван моргнул, глядя на него. Неужели... он действительно волновался?— Хэй, парни! — крикнула Аня сверху, её голос звенел от смеха. — Давайте к нам! В мяч поиграем!Эван даже не заметил, как остальные по очереди прыгнули в воду. Дэниел, всё ещё удерживая его за руку, подтянул к центру, отпустив лишь тогда, когда они оказались в глубине, где вода доходила почти до груди.— Эй, Дэн, ты пропустил бомбу! — радостно вскрикнул Максим. — девчонки сделали сальто!Дэниел лишь бросил на него спокойный взгляд, почти без эмоций, но с лёгкой искрой в глазах.— Гоу в волейбол! — крикнул Илья и запустил мяч в сторону Ники.Ника ловко отбила мяч прямо Жене. Эван чуть растерялся, отскочил назад, но всё же успел отбить. Мяч с шумом ударился прямо в лоб Роме.— Ой, прости! — вскрикнул Эван, сердце ещё больше забилось.Ребята рассмеялись, смех смешался с плеском воды и криками. Вода хлюпала, брызги летели во все стороны. Игра становилась всё оживлённее, шумнее, радостнее. Минут десять они резвились, пока внезапно Ника не закричала:— Господи Иисусе, пчела!!Она закружилась на месте, пытаясь убежать, но вода мешала. Пчела действительно носилась надо всеми, вызывая визг и хаотичные всплески. Ребята размахивали руками, стараясь отпугнуть насекомое, но только усугубляли его злость — та металась всё быстрее, будто в ярости.Один лишь Дэниел стоял в стороне — в тени камней, где вода была чуть прохладнее. Он выглядел отстранённым, почти усталым, словно наблюдал за хаосом со стороны и не собирался вмешиваться.— Помогите! Тут нечисть летает! — кричал Эван, плескаясь и отпрыгивая от пчелы. Он стремительно греб к Дэниелу, надеясь на спасение.— Эй, сюда не беги! — отшатнулся Дэниел и сам начал осторожно пятиться назад. Плыть по мелкой воде с камнями оказалось сложнее, чем казалось.— Ай! — вскрикнул Эван, неловко споткнувшись.И вдруг он упал прямо на Дэниела. Оба с шумом погрузились в воду, брызги летели во все стороны. Дэниел вынырнул первым, плюнув воду и нахмурив брови.— Идиот ты хренов! — зашипел он, вытирая лицо и обмахиваясь руками. — Ты что творишь вообще?!Эван только засмеялся, хотя сердце всё ещё бешено колотилось.Они вместе вернулись к остальным.— Эван, ты наш спаситель! — весело воскликнула Ника, расправляя руки. — Ты избавил нас от этой чёртовой пчелы! Иди сюда!Она шагнула к нему, намереваясь обнять. Дэниел хмыкнул, закатил глаза и поплыл в сторону, стараясь увернуться.— Эй, ты куда? — Ника обернулась. — Ты же тоже нас спас! Давай, иди! Бегом!Остальные ребята окружили Дэниела и потащили его в общие объятия. Смех, плеск воды и шум объединяли их. Было тесно, мокро и громко, но в этом хаосе чувствовалось тепло и радость.Эван вдруг ощутил, что это настоящая дружба. Хоть он и знал этих ребят всего лишь несколько часов, впервые за долгое время ему не было одиноко. В груди защемило, и хотелось даже... заплакать. Но он сдержался, сжав кулаки, чтобы слёзы не прорвались.Он взглянул на Дэниела. Тот скривился, морщась от пота и влаги:— Фу, вы все потные! — пробурчал Дэниел.— Ой, зануда, — отмахнулась Аня. — Ладно, пора выбираться, пока не стемнело.Она уверенно поплыла к берегу, двигаясь так, словно знала это место как свои пять пальцев.Эван глянул на горизонт. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в густые золотисто-розовые оттенки. День подходил к концу, но в его сердце казалось, что что-то только начинается.Когда они выбрались из воды, друзья, промокшие и уставшие, забрались обратно на обрыв. Там было сухо, тепло от оставшегося дневного солнца, и с высоты открывался вид на гладь озера, в котором отражались последние отблески света.Эван сел рядом с Дэниелом, подтянув колени к груди. Его взгляд был прикован к небу, к мягкому сиянию заката.— Согласись... красивый закат, — тихо сказал он, почти для себя.Дэниел чуть повернул голову, взглянул на Эвана и — непроизвольно улыбнулся.— Красивый, — коротко согласился Дэниел.И тут же опомнился. Он ведь не на небо смотрит. Он смотрел на Эвана.Уловив на себе чей-то взгляд, Дэниел быстро повернул голову — и встретился глазами с Никой. Та, полулёжа на плече Ани, ухмыльнулась, не сводя с него взгляда. Она прищурилась и, играючи, несколько раз подняла брови. Намёк был ясен: она всё заметила.Дэниел сжал губы, сдвинул брови и беззвучно прошипел:— Только попробуй.Ника, закатив глаза, отвернулась и снова уткнулась в плечо Ани, словно ничего и не было.Дэниел снова перевёл взгляд на горизонт, затем — на Эвана. Сердце будто щёлкнуло в груди. Он быстро поднялся на ноги, стряхивая с себя остатки воды, чувствовал, как мокрые волосы прилипают к лбу.— Нам пора. Не стоит сидеть до темна, а то комары сожрут нафиг, — сказал он, нахмурившись, слегка отряхивая штаны от песка.— Ты прав, — поддержал Илья, тут же поднимаясь на ноги.Все остальные, не споря, закивали и начали собирать вещи: кто полотенце, кто оставленные бутылки с водой. Усталость навалилась мгновенно, как тяжёлый плед, стоило телу перестать двигаться.Эван всё ещё сидел на обрыве, не отрывая взгляда от заката. Его пальцы по инерции теребили край штанов, а мысли кружились, как чайки над водой. Вдруг он почувствовал дыхание у самого уха.— Идио~от, ты идёшь? — прошептал Дэниел, почти ласково, но с заметной ехидцей.Эван вздрогнул, словно его выдернули из глубины мыслей:— Д-да, иду, — быстро поднялся, отряхивая ладони от пыли и песка, стараясь выглядеть уверенно.Они пошли домой. На этот раз молча.Сначала тишина казалась гнетущей: каждый шаг по тропинке в лесу отзывался в ушах шуршанием листьев, редкими криками птиц и своим эхо в груди. Но вскоре она стала уютной, как мягкий плед. Дэниел краем глаза поглядывал на Эвана. Он пытался понять его эмоции: слишком спокойное лицо, без грусти, но и без привычной беззаботности.Он не выдержал.— Ты чего такой унылый? — спросил Дэниел, ускорив шаг и вставая рядом.Эван моргнул, будто очнулся.— А? А... Да нет, я не унылый. Я... — он немного помолчал, затем тихо добавил: — Я очень счастлив. Я никогда в жизни не был настолько счастлив.Дэниел остановился. Его взгляд сузился, он прищурился, словно пытаясь разглядеть каждую эмоцию на лице Эвана:— В смысле? У тебя что, никогда друзей не было?Эван молча кивнул, слегка опуская глаза.У Дэниела в голове всё коротнуло. Он чуть не споткнулся о корягу, забыв, что идёт по лесу. Тело дернуло, но в ту же секунду Эван схватил его за руку, крепко удерживая:— Осторожно.— Ага... — пробормотал Дэниел, чувствуя неожиданное тепло от касания и не отводя взгляда от лесной тропинки.Он не знал, что сказать. Язык словно прирос к нёбу, особенно когда речь заходила о вот таком. Утешать? Поддерживать? Это явно не входило в его навыки. Поэтому они шли молча, каждый погружён в свои мысли.Но на этот раз тишина не была неловкой. В ней было что-то... мирное. Уютное. Простое. Как будто мир на время замер, а вокруг были только они двое и вечерний воздух, пахнущий лесом и влажной землёй.Эван чувствовал, как хорошо ему рядом с Дэниелом. Даже когда тот хмурится, бурчит, цепляется — это будто добавляло ему шарма. Это не поддавалось логике. Просто есть.Дэниел же украдкой смотрел на Эвана. Долго. Почти жадно. Светлые волосы, слегка растрёпанные ветром; серые глаза, в которых отражался остаток заката; ровный нос и мягкие, почти детские черты лица... И эта улыбка, которую он уже запомнил, как что-то своё.Ему нравилось всё. И от этого же — не нравилось ничего.Почему он? — подумал Дэниел, стиснув зубы. Почему не Ника, не Аня...Если быть честным, ответ он знал. Полный идиот не заметил бы, что Ника и Аня не интересуются парнями. И от этого почему-то стало особенно обидно.Даже они могут просто... любить. Спокойно. Без вопросов.Он встряхнул головой, пытаясь выбросить эти мысли, и наконец они подошли к дому.Эван оживился, чуть подпрыгивая на месте:— Ура, кровать!!Он распахнул дверь и, не разуваясь, забежал внутрь. Где-то грохнуло — он, вероятно, запрыгнул прямо на кровать. Тело требовало отдыха. Даже ленивый, неторопливый день умудрился его вымотать.Дэниел последовал за ним, тихо закрывая дверь за собой. Он глянул на Эвана, который уже устроился на кровати, раскинув руки и слегка вытянув ноги. В его глазах ещё горел остаток вечернего света, а лицо выражало смесь усталости и радости.Дэниел вздохнул, снимая мокрую футболку и шорты. Он сел на край кровати рядом, не слишком близко, но достаточно, чтобы ощущать тепло и присутствие Эвана.Эван повернулся к нему, с любопытством и лёгкой улыбкой:— Ты тоже устал, да?Дэниел кивнул, почти улыбнувшись в ответ, и неожиданно для себя подумал: Вот так просто — сидеть рядом и ничего не говорить. И всё равно хорошо.В комнате стало тихо. Снаружи уже слышались вечерние звуки: лёгкий шелест листвы, далекий крик птицы. А внутри, между ними, было что-то своё — не громкое, не яркое, а тёплое и спокойное.Эван вдруг протянул руку и слегка коснулся руки Дэниела, играючи, почти невзначай. Дэниел моргнул, не отдернувшись, а наоборот — чуть сжал пальцы Эвана в ответ.Мгновение длилось дольше, чем казалось возможно. В нём было что-то честное, тихое и настоящее.И впервые за день Дэниел понял, что усталость — это не только тело. Это чувство, которое растворяется, если рядом есть кто-то, с кем можно молчать и всё равно быть вместе.Вдруг Дэниел понял, что происходит, и резко встал с кровати, перекатился на свою. Он сел, обхватив колени руками, и неожиданно в памяти всплыло лицо матери. Почему? Он не понимал.

Он вспомнил тот вечер, когда ему было семь лет. Маленький Дэниел сидел на холодном полу прихожей, сжимая в объятиях свой старый, потрёпанный рюкзак. Его пальцы впивались в ткань так, будто могли удержать что-то настоящее, родное, что не должно было исчезнуть.В ту минуту мама сказала лишь одно:— Я скоро.Её голос был тихим, но решительным. Она встала, аккуратно подтянула туфли на каблуках, поправила ровный слой помады на губах — и вышла из квартиры, не оглядываясь.Дэниел остался один. Он сидел, глядя на закрывающуюся дверь, и ждал. Ждал, пока она вернётся. Ждал, пока свет не погаснет за окнами, пока не наступит темнота. Потом ждал, когда вокруг воцарится тишина, холодная и бесконечная. Его маленькое сердце билось всё тише, а в конце концов он перестал ждать вовсе.Утро застало его с тем же рюкзаком в руках и пустотой внутри. И только когда она вернулась, в руках у неё была шоколадка — та самая, что он любил. Она поставила её на стол и, улыбаясь, сделала вид, будто ничего и не случилось. Эта улыбка — натянутая, словно пластмассовая маска — не доходила до глаз.

Дэниел лёг на кровать, осторожно укрывшись одеялом, чтобы не ощущать холод, который почему-то проникал до самых костей. Его взгляд упал на Эвана, который уже тихо дышал и спокойно смотрел в потолок.Зависть пронзила Дэниела насквозь. Почему Эван может так легко отпускать мысли, забываться и засыпать? Ему же приходилось ждать. Ждать, пока каждое мышечное волокно не расслабится, пока сердце не замедлит стук, пока тело не сдастся и не погрузит его в сон.Он вздохнул — тяжело, глубоко, словно отпуская груз, который всё время сжимал грудь. Закрыл веки. И наконец позволил себе уснуть.