Глава 63. Будни Дамблдора

Среда у Снейпа не задалась с самого утра. Сначала он обнаружил, что зелье для Больничного крыла, оставленное на ночь для упаривания, свернулось, свидетельствуя о сомнительном качестве кое-каких ингредиентов, а следовательно, возникла необходимость срочно отправиться к школьному поставщику, чтобы все-таки выполнить заказ мадам Помфри на противопростудное. Однако никто не освобождал Северуса от преподавания, поэтому, как бы это ни раздражало, посещение аптеки в Лондоне пришлось отложить, по крайней мере, до обеда.

— Альбус, я отлучусь к Малпепперу, иначе нечем будет лечить сопливых студентов, — бросил Северус, вставая из-за стола в Большом зале.

— Вернешься камином. Нам нужно поговорить, — «обрадовал» его чуть ли не приказом Дамблдор, внезапно появившийся перед глазами обитателей замка после двух недель самовольного заточения. Не то чтобы директора никто не видел все это время, но в обществе толпы юных волшебников он не показывался, предпочитая одинокие прогулки по краю Запретного леса и беседы с преподавателями в собственном кабинете.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил Снейп, надеявшийся воспользоваться случаем и мотнуться по своим делам, а из-за распоряжения Дамблдора практически потерявшего возможность сделать это, не привлекая внимания к своему долгому отсутствию.

Василиск все так и лежал в Тайной комнате, ожидая, когда его разделают на части и продадут за баснословные деньги. Не всего, конечно же, но какую-то часть после снятия чар Слизерина все же придется сбыть. Северус более-менее разобрался с колдовством, позволившим туше пролежать несколько лет без повреждений, но повторить его не надеялся — слишком уж сложным оно было. А зельеварческие чары стазиса не рассчитаны на сохранность крупных частей органических ингредиентов. Придется кое-что высушить, выварить и сделать различные вытяжки и настойки. Одному быстро справиться со значительным объемом ценного материала не удастся, а подключить к помощи можно только самых близких — Гарри и Дариуса. Даже Нико не хотелось бы посвящать в тайну появления столь редкой добычи. В связи со всем этим Снейп потихоньку прощупывал почву и искал надежных подпольных покупателей, не желая половину выручки отдавать в качестве налогов Министерству, не говоря уже о том, что он собирался сохранить в тайне источник поступления этих дорогостоящих материалов. Само собой, в Лютном он действовал под прикрытием личины, чтобы, не приведи Мерлин, сведения не дошли до Дамблдора или Риддла. Иначе можно и вовсе лишиться всего василиска, добытого Поттером в честном бою. Магам ведь законы охоты не писаны. Из-за возникшего у директора желания поговорить, время, которое можно провести в Лондоне, не вызвав подозрений, сократилось, оставляя для собственных нужд не более получаса, что закономерно не прибавило хорошего настроения.

* * *

— Ты хотел что-то мне сказать? — без приглашения усевшись на стул возле директорского стола, поинтересовался Снейп, вернувшись в школу. Ноги гудели от бесплодной беготни. Кроме ингредиентов для школы, сегодня ничем интересным разжиться не удалось. — Только я попрошу, Альбус, не задерживай меня сильно, не то Поппи не дождется своих зелий и завтра.

— Я уже пару недель думаю над одним вопросом, но сомнения не дают мне сделать верный вывод и выбрать правильную линию поведения с Поттером, — начал издали Дамблдор.

— И что он натворил на этот раз? — состроить привычную ехидную мину не составило труда. Практика — великое дело.

— Влюбился, — посверкивая водянистыми глазами из-под очков-половинок, выдал директор, а Северус с трудом удержал на лице насмешливую маску, не на шутку испугавшись, что их тайна личных отношений с Гарри раскрыта старым манипулятором. Однако не успел он начать прикидывать, как тот смог догадаться, как услышал: — Я уже упоминал, что летом он знакомил своих друзей с неким Николасом Фасулаки?

— Ты что-то говорил об этом, — кивнул Снейп, мысленно облегченно вздыхая. Он понял, что речь идет об очередной ошибке Альбуса. — И при чем здесь это знакомство?

— Поттер получает от него письма.

— И потому ты решил, что он в кого-то влюбился? Думаешь, этот Николас помогает ему держать связь с какой-то девицей? — Северус догадывался, куда клонит старый маразматик, но не принимал всерьез его подозрения.

— Нет, Гарри с ним — любовники! — смакуя собственные слова, выдал Дамблдор.

— Что? Неужели все ведущие переписку обязательно должны быть любовниками? Откуда у тебя такая уверенность, что Поттер предпочитает в своей постели мужчин? Ерунда! — язвительная насмешка в тоне демонстрировала полное неприятие сказанного.

— Гарри сам мне это сказал!

— Поттер приходит к тебе советоваться по поводу собственных предпочтений? — Снейп просто офигевал от уверенности, звучавшей в заявлениях Альбуса. — Вот так и сказал, что у него любовник... этот, как его...

— Николас Фасулаки, — с усмешкой подсказал Дамблдор. — Конечно же, мальчик мне ничего открыто не говорил. Однако не стоит сбрасывать со счетов мой богатый опыт общения с молодежью. Их тайны быстро перестают быть секретом для меня, достаточно лишь перекинуться с ними парой слов и взглянуть на их лица, по которым можно читать их маленькие секреты, как в книге. Гарри так смущался и розовел, когда я его напрямую спросил о его отношениях с мистером Фасулаки, и ничего не отрицал, а лишь отметил, что не намерен обсуждать со мной свои постельные дела. Да любой гетеросексуальный парень вылил бы на меня ушат возмущений, что его заподозрили в связи с мужчиной! А уж Гарри с его активировавшейся в последнее время дерзостью и подавно должен был устроить мне вынос мозга. А он лишь симпатично покраснел... Так что я не ошибаюсь, поверь мне.

— А ты не думаешь, что Поттера смутила необходимость говорить с тобой на подобную тему, и покраснел он совсем по другому поводу? Нет-нет, я не говорю, что ты ошибаешься, но я не вижу основательных причин для твоей уверенности, — Северус помахал перед собой ладонью, останавливая ненужные объяснения, потому что знал правду. Он проклинал и директора, и свою природу. Неподтвержденные узы вампирского запечатления подталкивали сорваться с места и помчаться прямиком к Гарри, чтобы удостовериться, что он на самом деле и не помышлял о Нико. Разум твердил, что это все выдумки, но какой-то призрачный червячок сомнения не давал покоя. После закрепления связи ревность должна практически пропасть, ведь их привязанность будет настолько сильной, что они фактически даже в мыслях не захотят изменять друг другу, но сейчас совсем другое дело. Умом Северус понимал, что Дамблдор городит чушь, но от этого жажда убедиться в своей правоте не становилась меньше. — Но суть не в этом. Ну влюбился Поттер, при чем тут я?

— Нужно как-то заставить мальчика забыть своего Николаса.

— Зачем? — Северус даже не стал скрывать удивления. — Ты же в курсе, что лезть в личную жизнь, по крайней мере, неэтично, а еще — что гораздо важнее в нашем случае! — это чревато неконтролируемыми выходками, если дело касается такого истеричного индивидуума, как Поттер. Тебе мало его летней демонстрации непослушания?

— Мы не знаем, кто такой этот Фасулаки. Зачем мужчина, на несколько лет старше, привязался к Гарри? А вдруг он — союзник Тома, который пытается втереться в доверие, чтобы потом провернуть свое черное дело?

— Если бы это было так, то Поттер давно уже встретился бы с Темным Лордом, — бросил контраргумент Снейп.

— Не знаю, не знаю... У Тома могут быть какие-то особые планы на Гарри. Иначе он поручил бы юному Малфою убить его, а не меня.

— Темный Лорд желает справиться с Поттером собственноручно. Он неоднократно повторял, чтобы его сторонники не устраивали самодеятельности и не трогали Поттера без его приказа. Но оставим это в стороне. Чем я-то могу помочь? Я не знаком с мистером Фасулаки, поэтому не могу уговорить его оставить Поттера в покое, — чем дальше, тем сильнее Северуса раздражал разговор с директором, задумавшим напакостить своему Избранному.

— А этого и не требуется. Заставь Гарри стыдиться своей связи с мужчиной. Ты ведь умеешь виртуозно давить на больные точки, — предложил Дамблдор. — Смущение говорит, что он еще не готов отстаивать свое право на однополую любовь. Сколько бы ни распинались все о равноправии в этом плане, все же традиционные отношения всегда выигрывали в любом споре.

— И как это согласуется с тем, что и ты, и я — тоже предпочитаем мужчин, а не женщин? Альбус, ты предлагаешь мне очернить самого себя? Выставить свой выбор как извращение? А остальные ребята в школе, которые тоже поглядывают на свой пол? Их тоже заодно с Поттером нужно сломать? — Снейп на миг умолк, потому что горло слегка перехватило, невзирая на его знаменитый самоконтроль. — Ты прав, я способен довести до белого каления своими язвительными репликами, и не скрою — это мне в большинстве случаев нравится. Но разрушать жизненные установки подростков лишь для того, чтобы отвадить от Поттера мнимого любовника?.. Даже я не настолько циничен. Сам разбирайся с мальчишкой, а меня в подобное не впутывай. Мне проще заавадить щенка, чтобы он не портил тебе настроение и не заставлял завидовать его молодости, чем допустить, что из-за него пострадают другие парни, — Северус не устоял и слегка «куснул» Дамблдора.

— Не обязательно это делать так, чтобы твои слова слышали другие, — заупрямился тот.

— Точно! Приглашу Поттера на беседу и доведу до слез своими насмешками, — саркастично предложил Снейп. — Это так не работает — и ты прекрасно в этом осведомлен. Нет! Я сказал: на этот раз — без меня! Как бы мы ни пытались спрятать от посторонних глаз свою личную жизнь, старшекурсники прекрасно осведомлены, кто из нас чем дышит, и им известно, что я гей, потому что я никогда этого не скрывал, как впрочем, и ты еще лет десять-пятнадцать назад. Так что на роль того, кто будет убеждать Поттера, что трахаться нужно исключительно с девочками, тебе придется поискать кого-нибудь другого. Например, Минерву, славящуюся некоторым предубеждением к таким, как мы с тобой. Ей это больше подойдет. Я вообще не понимаю, как тебе в голову пришла подобная идея? Ты же не первый год работаешь с подростками! Они не терпят, когда им указывают, чья задница привлекательнее. Да Поттер из чувства противоречия вцепится в того Фасулаки, даже если сейчас между ними ничего нет, лишь бы сделать все по-своему.

— Не исключено, что ты прав. Я мог поспешить с выводами о том, насколько далеко у них все зашло, — поразмыслив с минуту, выдал Дамблдор. В любимых им пестрых одеждах он был похож на нахохлившуюся яркую птицу, недовольную и готовую клюнуть любого, кто неосторожно к ней приблизится. — Ладно... Можешь идти. У меня больше нет к тебе вопросов.

— Ты бесполезно отнял у меня кучу времени, — пробурчал Северус, направляясь к двери. — Вот еще в постель Поттера я не заглядывал, — несмотря на брезгливо высказанную мысль, он сейчас с превеликим удовольствием затащил бы Гарри к себе хотя бы только для того, чтобы больше не испытывать ревности после беспочвенных предположений Альбуса.

Дамблдор еще не меньше часа анализировал их беседу, но к собственному разочарованию был вынужден признать, что Снейп действительно удержал его от ошибочного шага — Гарри наверняка не простил бы вмешательства в свою личную жизнь и тогда обстановка только усложнилась бы. Да и замечание по поводу зависти больно ударило по самолюбию, потому что было слишком близко к правде — Альбус жаждал полноценно колдовать и иметь все возможности молодого тела, о котором мечтал уже не первый год.

* * *

Ближе к середине ноября в Хогвартс прибыла первая партия Улавливателей особого спектра остаточной магии, якобы скапливавшейся в школе после колдовства студентов, о которых ранее упоминал Люциус Малфой. Чиновник, доставивший ящик с артефактами, кстати, довольно громоздкими, и прилагающиеся к ним документы, почему-то назвал их накопителями, и эта оговорка очень сильно насторожила Снейпа, в качестве специалиста по проклятиям принимавшего поступившее оборудование.

— Альбус, не нравится мне это, — сообщив о своих недобрых предчувствиях в отношении якобы инициативы Отдела тайн, заявил Северус, бегло просматривая принесенные служащим Министерства бумаги. — Я не специалист по артефактам, но даже я в состоянии понять, что эти агрегаты — по-другому и не назовешь! — не простое украшение для школьных помещений, — он ткнул пальцем в один из Улавливателей, в данный момент стоявший на директорском столе.

— Что тебя так напрягает? Раз улавливает, то, естественно, где-то все это аккумулирует. Для этого, как я понимаю, и предназначены все эти грозди кристаллов. Они сменные? Естественно! Ведь нужно, чтобы артефакт долго работал, а не выходил из строя, как только соберет определенное количество рассеянного магического потенциала, — Дамблдору не хотелось задумываться над посторонними вопросами, ему и личных проблем хватало.

— Уже не говоря о том, что я никогда нигде не видел упоминаний, что волшебникам способна вредить разлитая в пространстве свободная энергия. Напротив, все древние семьи постарались построить свои жилища поближе к природным источникам магии, — стоял на своем Северус. Еще во время первого упоминания Люциуса о каких-то дополнительных приборах для школы, ему это показалось подозрительным.

— Но тут ведь идет речь об остаточной, той что уже некоторым образом преобразована... — с долей сомнения уточнил Дамблдор, удивленный напористостью Снейпа. Тот никогда ничего не делал без достаточных причин, и приходилось все же прислушиваться к его предупреждениям.

— Вызови специалиста, пускай хоть поверхностно разберется, что нам подсовывают, до того как мы подключим это в гостиных факультетов. Не забывай — в Министерстве уже полно соратников Темного Лорда. Почему подобная инициатива появилась только сейчас, а не в прошлом году или вообще десятилетие назад? — Северус привел еще один аргумент в пользу проверки доставленных Улавливателей. — Хогвартс никогда не нуждался в дополнительных средствах для регулирования циркуляции в нем магических потоков. Для его постройки очень тщательно выбрано место, все помещения и их расположение скрупулезно просчитаны, даже движущиеся лестницы, так раздражающие многих, играют в этом исключительно важную роль. Тебе об этом известно так же прекрасно, как и мне. Так зачем нам это? — он снова указал на ощетинившийся молочно-серыми дымчатыми кварцевыми кристаллами магический прибор.

— Мне и так уже кровь попили из-за этого нововведения. Отдел тайн связался с Отделом образования. Попечительский совет вроде бы выступил в качестве спонсора и оплатил затраты на создание этих артефактов. Они не поленились подписать указание на установку даже у министра... — Альбус принялся перечислять, с какими службами им придется вступить в борьбу, если вдруг там прознают о независимом тестировании артефактов. — К тому же у меня нет среди знакомых специалиста такого уровня, чтобы он смог справиться с проверкой и к тому же не работал в Министерстве.

— Билл Уизли, — тут же выдал имя кандидатуры Снейп. — Разрушители проклятий Гринготтса весьма прилично разбираются в определении принципов работы любых артефактов, иначе они не смогли бы выполнять свои обязанности. Он не откажет тебе в просьбе помочь. Лучше подстраховаться и убедиться, что это всего-навсего воплощение чьей-то зауми, и не более того. Мы не имеем права рисковать детьми. Ты ведь всегда повторяешь, что они — наше будущее, — надавил на сознательность Северус, интуиция которого просто вопила, что нельзя отступаться. — Да и те нераспознанные нами чары вызывают вопросы, — он ткнул пальцем в сторону оплетающих основание самого крупного центрального кристалла тонких витых полосок серебра, исписанных цепочками разных знаков и рун. На них Снейп и Дамблдор при своей скорее любительской, чем профессиональной, диагностике обнаружили что-то странное. — Больно уж они смахивают то ли на следящие, то ли на маячковые метки. И подозрительно много непонятных бесполезных плетений, будто что-то пытались основательно спрятать.

— Да уж... Навертели умники с этими артефактами... — Дамблдор решил все же не отмахиваться от дельного предложения, хотя промедление с установкой и сулило неприятности — Попечительский совет слишком часто в последнее время совал нос в дела школы и настаивал на скорейшем внедрении этого новшества. — Раньше умели изящнее работать, — он кинул взгляд на приставной столик с кучей небольших магических помощников. — Попробую договориться... — чистый пергамент тут же лег перед Дамблдором, и тот принялся писать письмо.