Глава 33. Живые хоркруксы

Через несколько минут Поттер, сообразив, что ведет себя как изнеженная барышня, взял себя в руки.

— Прости, это оказалось для меня потрясением. И вообще — у меня такое чувство, что я каждый раз, сталкиваясь с чем-то неприятным или пугающим, превращаюсь в сопливого ребенка. Будто я вовсе не совершеннолетний, а какой-то нервный пятилетка. Это жутко неприятно.

— Не волнуйся — скоро пройдет. Ты же новорожденный, не забывай об этом, — чуть насмешливо успокоил Снейп, заметив, что Поттеру неловко из-за своей реакции.

— Расскажи, откуда ты узнал, что я якобы был носителем отпечатка личности Волдеморта, и почему считаешь, что я уже не являюсь им? И вообще — как ты выяснил про хоркруксы? — решительно потребовал Гарри, стараясь реабилитироваться после того, как дрожал, словно заячий хвост.

— Присядь. Стоя неудобно говорить о серьезных вещах, — Снейп вернул Гарри на диван и сам устроился рядом, продолжая одной рукой обнимать его за плечи, не желая терять контроля над своим обращенным. Мало ли что тому придет в голову, пока он будет слушать пояснения. Психика вампиров, находящихся в стадии становления, слишком ранима и способна подтолкнуть к различным безумствам даже при меньшем стрессе. — Ты же понимаешь, что я рассказал тебе обо всем в виде последовательной истории, но на самом деле получал эти сведения по крупицам? Мне не позволено подсматривать за участниками противостояния из тени. Разве что в критических ситуациях, и то только после одобрения инициативы старейшим. В свое время я сумел добиться лишь согласия совета на сбор данных обычным для волшебников путем. Меня недолюбливают в клане из-за желания жить в мире магов, хотя и признают полезность получаемой мною информации.

— Тебя едва терпят в Ордене за служение Волдеморту, но довольны, что ты приносишь сведения, так сказать, из первых рук, — провел аналогию Поттер. — Полагаю, и в стане Пожирателей все обстоит приблизительно так же.

— Да, — пренебрежительно фыркнул Снейп, демонстрируя свое показное равнодушие к такому положению дел. — Но я вспомнил о запретах совета не для того, чтобы ты делал сравнительную характеристику. Ты должен понять, что я не имел возможности использовать все свои способности даже там, где волшебники не озаботились надежной защитой от вампиров. Схлопотать наказание от руководства клана — нет ничего хуже. Так что я не рисковал нарушать наши правила и законы, хотя и понимал, что вампиры за мной намеренно не следят. Это дело принципа и уважения к традициям. Поэтому ты должен понять, что у меня нет ответов на все вопросы. Тем, что знаю, я поделюсь с тобой, — Северус сделал небольшую паузу, выделяя в смысловом плане свои предупреждения, а затем принялся выкладывать факты по порядку: — О том, что у Волдеморта был хоркрукс-дневник, я случайно узнал, когда ты учился на втором курсе. Так уж вышло, что я, направлялся к Альбусу, намереваясь выяснить у него подробности истории с Тайной комнатой, когда по пути чуть не столкнулся с разозленным Люциусом Малфоем, как выяснилось, мчавшимся туда же. Мне удалось под чарами невидимости пройти следом за ним на лестницу за горгульей. Да-да — я банально подслушивал, — Снейп тут же описал то, что смог выяснить.

* * *

— Как это понимать, профессор Дамблдор? Зачем вы отдали мальчишке дневник? — Снейп, затаившийся под дверью услышал, как что-то вроде тетради или небольшой книги шлепнулось на стол, вызывая характерный звук.

— Мистер Малфой, эта вещь больше не представляет опасности, а мистер Поттер пожелал вернуть ее вам, — речь директора сочилась превосходством.

— Не понимаю, для чего вообще был разыгран этот спектакль, не говоря уже о том, что вы осознанно подвергли всех студентов смертельной опасности? — Люциус Малфой сбросил маску холодности и шипел не хуже змееуста.

— О чем вы? Мне действительно пришлось поломать голову, пока я не понял, что происходит, — казалось, Дамблдор искренне удивился обвинению.

— Я не собираюсь оценивать ваши умственные способности, но подбрасывать подобную вещь первокурснице — жестокость. Или ее родители дали на это добро, решив для пользы общества проредить свой выводок? Я уверен, вы смогли быстро разобраться, что вам принесли ваши верные Уизли, — Люциус, даже взяв себя в руки, продолжал злобно выплевывать слова.

— Мистер Малфой, не имею представления, о чем вы говорите! — раздражение и замешательство прорвались в тоне директора.

— Хватит притворяться! Артур Уизли должен был передать вам эту вещь, чтобы вы смогли предпринять соответствующие меры. На пакете было четко указано: «Альбусу Дамблдору». Неужели Уизли разучились читать? Для чего вы устроили этот фарс и подставили меня сопляку Поттеру? Это вместо признательности за важные сведения?

— Я... Я действительно не понимаю, о чем идет речь, — смущенный голос директора позабавил Снейпа, прильнувшего ухом к дверному полотну.

— Вы хотите сказать, что это не вы отдали дневник одному ребенку, подвергнув его жизнь опасности, а второго — Поттера — отправили разбираться с последствиями своих деяний?

— Мистер Малфой, мне никто и ничего не передавал. Я сегодня впервые увидел эту тетрадь, к тому же уже продырявленную клыком василиска. Если вы собирались что-либо мне передать, могли бы сами принести. И не нужно меня винить в том, что мистер Поттер оказался настолько внимательным и сообразительным, что понял, кто подбросил эту вещь мисс Уизли, — твердо заявил Дамблдор, доказывая, что он абсолютно ни при чем и не приложил свою руку к чудовищным событиям.

— Я всегда догадывался, что Предатели крови умеют лишь плодиться, как кролики, а на заботу о своих отпрысках и на их воспитание у них времени не хватает, — надменно заявил Малфой. — Оставьте это себе и сделайте выводы. Не приведи Мерлин, вы кому-нибудь расскажете о нашем разговоре.

— Вы мне угрожаете? — рыкнул Дамблдор.

— Предупреждаю, потому что, судя по вашим действиям, благодарности за столь важную информацию, разглашение которой может стоить мне жизни, я не дождусь.

Северус услышал приближающиеся шаги и отскочил в сторону, вжимаясь в стену, чтобы Малфой смог пройти мимо и ненароком не обнаружить его. Когда дверь уже начала открываться, Дамблдор спросил:

— Где вы это взяли?

— Отыскал, — раздраженно бросил Малфой и, не став ничего уточнять, покинул директорский кабинет.

* * *

— Ясно, — Гарри слушал внимательно, стараясь ничего не упустить из внимания. — Это случилось после того, как я освободил Добби, — он насмешливо хмыкнул. — Выходит, Малфой намеревался передать дневник Дамблдору, чтобы тот сообразил, что у Риддла есть хоркрукс, а Уизли не проверили купленные книги, хотя именно на это был расчет. Думаешь, Дамблдор сказал правду и это не он отдал дневник Джинни Уизли?

— Я склонен в этом ему поверить. Звучало все очень убедительно, — заверил Снейп. — Да и Люциуса можно понять — он не хотел светиться, зная, что это смертельно опасно для его семьи, но не рассчитал, что ты способен испортить ему игру. Как бы там ни было — хоркрукс в дневнике уничтожен. Про кольцо Гонтов ты в курсе. Альбус обратился ко мне за помощью, когда получил от него проклятие, убивающее его теперь. Зачем он надел на палец столь опасный артефакт — для меня загадка. Но после этого я понял, что хоркрукс у Риддла не один. Насчет медальона Слизерина мне не было ничего известно — о нем я услышал от тебя. А вот о том, что с тобой не все так просто, я заподозрил после того случая, когда ты увидел во сне, как Нагини укусила Артура Уизли, — Северус крепче прижал к себе Гарри, дернувшегося, когда речь пошла о нем. — Понимаешь, ни при каких условиях волшебник не способен смотреть глазами другого человека в реальном времени. Не существует чар, которые предоставили бы волшебнику такую возможность.

— Но я тогда видел глазами змеи, — уточнил Поттер.

— Тем более. Сознания человека и животного несовместимы. Позже на наших занятиях окклюменцией я выяснил, что ты неоднократно наблюдал за событиями так, словно находился в шкуре самого Волдеморта, и убедился, что это были не сны. Нет такого колдовства, чтобы ментально соединиться с человеком, тем более на огромном расстоянии, кроме... создания живого хоркрукса. Тогда сознание можно сливать с отпечатком собственной личности в таком особенном артефакте и смотреть на мир чужими глазами. Существуют письменные свидетельства, когда маг создавал якорь в человеке, а позже объединял с ним свою оставшуюся после гибели бессмертную часть сущности, тем самым продолжая жить в новом теле. Как я подозреваю, Дамблдор, объясняя тебе тему хоркруксов, называл ту субстанцию душой.

— Постой, ты хочешь сказать, что такой колдун вселялся в того человека, из которого сделал хоркрукс? Риддл тоже должен был в меня вселиться? — Поттер возмущенно засопел, а его сердце заколотилось, как сумасшедшее. Северус прижал его к себе чуть крепче, напоминая о своей поддержке.

— Как считает Альбус, Волдеморт не имеет представления, что сделал из тебя хоркрукс. Это у него якобы вышло случайно в момент развоплощения.

— Так ты рассказал об этом еще и Дамблдору? И почему он утаил от меня такую важную информацию? — Гарри, даже помня заверения Снейпа, что уже не несет в себе часть Риддла, все равно брезгливо вздрогнул.

— Нет, я ничего ему не рассказывал. Это он мне сообщил в конце учебного года. Хотя я к тому времени уже знал правду. Мне удалось во время наших дополнительных занятий незаметно применить специальные чары, и они подтвердили, что у тебя две магические составляющие, вместо одной. Сейчас это уже не так — твоя личная магия ничем посторонним не дополнена, — поспешил отметить Северус. — После обретения тобой вампирской сути все чуждое твоему организму было уничтожено.

— Во время связи с сознанием Волдеморта у меня болел шрам, даже иногда кровоточил. Директор говорил, что я из-за него могу видеть чужими глазами. А выходит...

— Нет. Шрам, вероятнее всего, лишь играл роль своеобразной направляющей для ментального соединения. В нем остался отпечаток магии Риддла, поэтому он и болел, когда слепок посторонней личности, находившийся в тебе, связывался со своим оригиналом, так сказать. Кстати, это тоже... странно. Согласно письменным свидетельствам можно утверждать, что только Риддл потенциально был способен смотреть твоими глазами, а не наоборот, как происходило в твоем случае. Могу предположить единственное — хоркрукс в тебе и в самом деле, как говорил Альбус, был неправильный, ведь он создавался не с помощью известного волшебникам обряда.

— То есть он действовал наоборот? Будто во мне находился оригинал? — спросил Гарри. Снейп кивнул в ответ на высказанную им мысль. — Поэтому Волдеморт и возродился таким ущербным уродом, — последовал вывод.

— Не исключено. Эта область колдовства слишком плохо изучена. Обычно маги держали в тайне личные эксперименты по созданию хоркруксов.

— Как думаешь, еще кто-то знает, что я был этой дрянью?

— Вероятнее всего, Помфри. Ты часто попадал в Больничное крыло, так что она не могла не заметить странностей в твоей магической системе. Возможно, она и не в курсе, что именно с тобой не так, но сам факт точно не ушел от ее внимания. Кстати, Нагини я вычислил именно благодаря тому, что ты как бы ее глазами видел происходившее с Уизли возле Отдела тайн. По сути, скорее всего, ты тогда так же связался ментально с Волдемортом, а тот в свою очередь осознанно установил контакт со змеей, которая является его хоркруксом. Тебе понятно?

— Все очень сложно и запутано. У меня сразу столько вопросов возникает, что я не знаю, с какого начать, — Гарри задумался, а Северус не торопил его, сознавая, что они обсуждают слишком серьезные вопросы, чтобы относиться к ним легкомысленно.

В дверь коротко постучали, а в следующую секунду в гостиную заглянул Никоделаус.

— Ужинать не собираетесь? — он мгновенно оценил напряженные лица Поттера и Снейпа, молча и слегка раздраженно уставившихся на него, и предположил: — Видимо, нет. Я передам Дариусу, чтобы не тревожил вас.

— Хорошо, когда понимают с первого взгляда, — сдержанно бросил ему Северус, а Никоделаус, кивнув, оставил их в покое.

Гарри вдруг сорвался с места и бегом кинулся в свою комнату, но не успел Снейп последовать за ним, как тот вернулся с карандашом и своим блокнотом «Вопросником» в руках.

— Думаю, так будет проще, — Поттер открыл чистую страницу и принялся записывать перечень известных им хоркруксов, комментируя свои действия вслух: — Дневник я случайно уничтожил на втором курсе.

— Вряд ли это была случайность. Я бы поставил на то, что отпечаток, хранившийся в тебе, просто решил избавиться от, так сказать, конкурента. Дневник был создан Риддлом, когда он был еще студентом, о чем тебе рассказал сам полувоплотившийся хоркрукс. Согласно теории магических взаимоисключений, вероятнее всего, находившийся в тебе слепок не смог бы активироваться, пока по земле ходил бы Риддл из дневника, который и притянул бы в себя то малое, что осталось от Волдеморта после событий памятного Хэллоуина и что сейчас находится в возродившейся особи. М-да... звучит несколько запутанно, — прокомментировал свои же слова Снейп.

— Я понял суть. Ты считаешь, что отпечаток сущности и подсказал мне, как можно уничтожить дневник? В принципе, логично, если предположить наличие у него свободы мысли, — Гарри недоуменно распахнул глаза. — Я это сказал? Ничего себе, на что я способен! Умнею на глазах, — он скептически скривился.

— Чему ты удивляешься? Теперь ты запоминаешь все, что прочел, услышал и увидел, а следовательно, у тебя расширяется словарный запас и развивается способность применять знания на деле, — завуалированно похвалил Северус, решив, что от него не убудет, а Поттеру сейчас требуются стимул и поддержка.

— Ясно, — Гарри улыбнулся — впервые после того, как услышал новость о своем бывшем состоянии в качестве хоркрукса. — Продолжим. Кольцо Гонтов уничтожено Дамблдором. Медальон Слизерина украден неизвестным с инициалами «Р.А.Б.» и заменен на побрякушку.

— А где сейчас поддельный медальон?

— У меня. В смысле — в твоем доме вместе с моими вещами. Дамблдор отдал его мне в качестве напоминания, что «не всегда приложенные усилия приводят к нужному результату». Это его слова, — с готовностью отметил Поттер.

— Покажешь мне. Попробую снять отпечатки магии — вдруг обнаружу подсказку, где искать настоящий, — пояснил свою просьбу Северус.

— Хорошо. Следующий хоркрукс — змея Нагини. Я видел ее только глазами Волдеморта. Она показалась мне огромной, — Гарри вопросительно посмотрел на Снейпа.

— Жуткая тварь, — подтвердил тот. — Способна проглотить человека и не подавиться. Но тут есть и один плюс — мы знаем, где ее можно найти, раз она все время вертится возле Волдеморта.

— Точно. Пятый — это я. По твоим словам, мы можем отметить его как уничтоженный. Так ведь? — уточнил Поттер, делая очередную запись.

— Однозначно, — подтвердил Северус, хотя его немного покоробило определение «уничтоженный» в отношении самого Гарри.

— Итого — три обезврежено, один потерялся и один дожидается нашего внимания. Если положиться на интуицию Дамблдора, то осталось разыскать еще два хоркрукса. Он слишком уверен, что их семь, — подвел итог Гарри, откладывая блокнот в сторону.

— Как знать? — Снейп пожал плечами. — Нельзя отрицать, что Альбус обладает весьма неплохим аналитическим мышлением. И в том, что их стоит попытаться найти, я с тобой полностью согласен.

— Северус, а зачем директор сказал тебе, что я хоркрукс? Интересно, как давно он узнал обо мне? С первого курса, когда мадам Помфри выяснила, что у меня не все в порядке с магией? — предположил Гарри, размышляя вслух.

— Судя по оговоркам Альбуса, он выяснил это гораздо раньше. Идея спрятать тебя в маггловском мире показалась ему весьма удачной для того, чтобы об этой твоей особенности не узнали раньше времени посторонние.

— Он сохранял мне жизнь? Но зачем? Это не согласуется с его утверждениями, что все части души Риддла следует уничтожить. Что он готовил для меня? И почему мне заявил, что узнал о хоркруксах только после того, как увидел дневник? Он хотел, чтобы ты избавился от меня?

— Он хотел, чтобы я избавился от него, — процедил недовольно Снейп и рассказал о просьбе Дамблдора убить его.

— Мерлин, как все сложно. Значит, я был прав — Драко Малфой пытался покончить с Дамблдором, но потом передумал и сбежал. А значит, и отпала необходимость тебе делать это вместо него, как хотел директор. Но каким боком тут я? — голова Гарри шла кругом от наплыва информации, но и прерывать беседу, чтобы немного освоиться с новостями, он не хотел, пытаясь добраться до истоков истины.

— Альбус собирался сойти с арены, пожертвовав собой во имя всеобщего блага. В чем я теперь совсем не уверен, — Северус махнул рукой, мол, это обсудим в другой раз. — Именно поэтому он рассказал мне о том, что ты — хоркрукс. Он заверял, будто для того, чтобы справиться с Волдемортом, необходимо вынудить его собственноручно убить тебя. При таком раскладе он не просто уничтожил бы свой отпечаток личности в тебе, а и совершил бы преступление против магии, умышленно причиняя значительный колдовской вред как бы близкому кровному родственнику. Это вряд ли убило бы, но значительно ослабило бы его. К волшебникам магия относится лояльнее, чем к вампирам в этом плане. Альбус обязал меня, когда ты разберешься с хоркруксами, передать тебе, что ради всеобщего блага ты должен стать жертвенным агнцем, добровольно встав под Аваду Риддла.

— Он хотел!.. То есть, я — жертвенный баран?! — Гарри вскочил и забегал по гостиной, пылая праведным гневом, заставляя Снейпа напрячься и тщательно отслеживать его действия. — Да с чего он решил, что я соглашусь? Нет... Я, конечно, тупой гриффиндорец, но я тоже хочу жить! То есть я должен был разыскать все хоркруксы, уничтожить их, рискуя своей жизнью, а потом и сам сдохнуть? А где гарантия, что Авада убила бы меня? Один раз уже не вышло!

— Гарри, сядь! — хватило одного окрика, чтобы Поттер послушался, хоть и не перестал пылать гневом. — Тебе это уже не грозит, а со временем, надеюсь, мы сумеем разобраться в резонах Альбуса. Уверен, что не все так просто, как он хотел мне представить. Но для того, чтобы понять, что им двигало, тебе необходимо успокоиться и сделать вид, что ты ничего не знаешь о судьбе, запланированной им для тебя. А еще нам предстоит позаботиться о легенде, которую я ему скормлю, если он обратится ко мне с вопросами, когда выяснит, что ты уже не хоркрукс.

— Все равно не понимаю. Зачем было столько лет рисковать, оставляя меня в живых — а вдруг Риддл возродился бы во мне?

— Возможно, именно этого Дамблдор и хотел добиться, — задумчиво проговорил Снейп. Он уже не раз обдумывал этот вопрос и каждый раз не находил логических причин для того, чтобы сохранять хоркрукс, созданный в человеке, если намерен уничтожить его создателя.

— Все, я пас! Не могу ни о чем думать! Голова раскалывается... Это какой-то мрак! Сначала Грейнджер со своими выходками, а теперь ты вот вывалил на меня гору директорского дерьма, — Поттер жалобно посмотрел на Снейпа. — Северус, я есть хочу. Крови.

— Поохотимся на волшебников? Еще не настолько поздно, чтобы они все отправились спать.

— С удовольствием. Сейчас я, как никогда ранее, чувствую себя вампиром — не таким, как эти лживые... доноры.

— Они не все такие. Не обобщай, — ради истины твердо заметил Северус и усмехнулся, порадовавшись, что их беседа прошла намного лучше, чем он представлял раньше. До сентября еще полмесяца, так что у Гарри будет достаточно времени, чтобы подготовиться к встрече с Дамблдором.