Глава 21. Свадьба в Норе

Не успели Рон и Гарри привести себя в надлежащий вид, как к ним присоединился мистер Уизли.

— Гермиона сказала, что вы переодеваетесь, — с порога начал он. — О... Гарри, ты изумительно выглядишь, но почему не в своей парадной мантии? Я думал, ты будешь в ней, — казалось, что своим нарядом Поттер смешал Артуру какие-то карты.

— Но Рон тоже в костюме, — Гарри кивнул на друга — тот и в самом деле впервые в жизни облачился в сюртук, такой же, как и на отце, и теперь чувствовал себя несколько непривычно. Чуть раньше Рон признался, что они взяли одежду напрокат специально для торжества.

— Но у нас для Оборотного зелья припасен волос такого мальчика... Боюсь, тебе будет тесновато в твоей одежде... но выхода ведь нет, — Артур, казалось, разговаривал сам с собой, но суть его тревоги Поттер ухватил.

— Вы хотите, чтобы я выпил Оборотное зелье? Зачем? — подобный поворот событий удивил.

— Но тебя же могут узнать. Это опасно, — отмахнулся Артур, продолжая что-то шептать себе под нос.

— Меня и в Косом переулке узнают, и в Хогвартсе. В чем проблема? — Гарри не собирался принимать Оборотное зелье хотя бы по той причине, что Снейп строго-настрого запретил ему пить любые зелья.

— Тебя разыскивают...

— Вы же не хотите сказать, что пригласили на свадьбу Пожирателей Смерти? В таком случае мне лучше воздержаться от присутствия на торжестве, — Гарри уже был готов отправиться к Биллу и принести ему свои извинения за то, что уйдет, не дождавшись церемонии.

— Нет! Как ты мог такое подумать! Но приглашенных будет много, и мы не можем ручаться, что кто-нибудь не окажется настолько слаб, что пожелает выдать тебя ради обещаний личной безопасности. Дамблдор передал через Гермиону, чтобы мы позаботились о тебе, и даже прислал это, — Артур протянул флакон с непонятного цвета бурдой. — Я уже бросил туда волос парня, похожего на нас, — он указал на Рона и на себя, — чтобы тебя приняли за нашего родственника.

— Простите, но я не стану этого пить ни при каких условиях, — Гарри даже не притронулся к зелью.

— Но как же... — Артур растерянно посмотрел на Поттера, а затем на Оборотное в своей руке.

— Ты же не собираешься уйти прямо сейчас? — Рон словно прочитал мысли Гарри — тот именно так и планировал поступить. — Не переживай, тебя непросто узнать в этом костюме, — попытался он найти выход.

— Ладно, сейчас что-то придумаю. Я научился маскироваться и без магических приемов, — Поттер вздохнул, ему не хотелось расстраивать Рона. Имелась только одна загвоздка — он оставил и линзы, и грим в доме Дариуса. — Дайте минут двадцать, — Гарри сначала хотел аппарировать, но, взглянув на друга, понял, что тот наверняка увяжется следом. Выход оставался один — попросить помощи у Никоделауса. — Мне лучше остаться одному. Потом оценишь результаты, — бросил он Рону, и тот с неохотой вышел вслед за отцом. Артур, похоже, обрадовался, что все разрешилось без его вмешательства.

Оставшись в одиночестве, Поттер надежно запечатал двери и навел все известные ему чары, чтобы никто не смог засечь приход его нового кузена. Никоделаус не подвел и уже через три минуты Гарри на уровне интуиции почувствовал его присутствие за тонким слоем перехода в тень.

— Нико, прости, что потревожил, но мне нужно на пару минут домой, а аппарировать без нежелательного сопровождающего не выйдет, — тихо проговорил он.

— Пойдем, — Никоделаус с улыбкой на миг показался из тени, а через пару секунд они стояли на пороге дома Дариуса. — И что стряслось?

— Они решили, что я должен сменить внешность для безопасности, и предложили выпить Оборотное, — Гарри кинулся внутрь дома.

— Тебе пока нельзя, в новом виде можешь выдать свою сущность, — Никоделаус не отставал ни на шаг.

— Я помню наказ Северуса не тащить всякую гадость в рот, — тихо проговорил Поттер, торопливо добираясь до своей комнаты. — Я забыл линзы здесь. Сейчас замаскируюсь, как обычно, надеюсь, этого хватит.

— Ты же понимаешь, что я теперь вынужден буду наблюдать за тобой? У меня нет еще одного готового сигнального маяка, — очень серьезно заявил Никоделаус. — Северуса призвал Темный Лорд. Так что он оставил тебя под мою ответственность. Ну... имелось в виду, если ты обратишься за помощью.

— Надо, значит — надо. Мне так даже спокойнее. Если бы ты знал, как с ними сложно, — Гарри печально улыбнулся. Он уже взял все необходимое и собрался возвращаться.

— Ты стал другим, конечно же, у тебя не выйдет общаться по-прежнему. Привыкнешь. А не захочешь — можешь в любой момент бросить все и скрыться из магического мира, — Никоделаус постарался, чтобы его тон прозвучал бесшабашно. — Но ты же не сделаешь этого. Да? Ты, как и Северус, печешься о них. Ладно... Давай я помогу тебе загримироваться. Лучше мне там не выходить из тени зря.

Гарри согласился, что с помощью он справится со своим преображением быстрее. Он снял очки и положил их в карман, а глаза спрятал за серыми линзами. Никоделаус осторожно наложил тон на его шрам и принялся слегка изменять цвет лица.

— Ты чего так смотришь на меня? — Поттеру казалось, что тот чуть не облизывается.

— Ты очень красивый. Особенно, когда не скрываешь свои глаза за уродливыми очками или цветными линзами, — голос Никоделауса стал соблазнительным и каким-то урчащим.

— Прекрати! — благо Поттер сразу сообразил, что тот его дразнит, и рассмеялся.

— Но я сказал правду. Так что готовься к толпам поклонников. Кровь вампира к моменту окончания инициации сделает тебя привлекательным для многих, — Никоделаус отступил на пару шагов, любуясь своей работой. — Легкий загар тебе идет. А давай и волосы тебе сделаем, как у меня, только цветом наоборот.

— Белую прядь предлагаешь? Если выкрасишь обычным колдовством, то можно попробовать, — коробочка с гримом отправилась в карман, чтобы при необходимости продемонстрировать ее Рону.

— Да. И завяжу на твою магию, чтобы только ты смог отменить чары, — взмах палочки и удовлетворенная улыбка сказала Гарри, что результат стоил попытки.

— Здорово, — Гарри посмотрелся в зеркало — из него и впрямь вышел симпатичный парень, в котором даже он с трудом узнавал себя прежнего. — Пора назад.

— Запомни — я все время рядом. Вмешиваться не стану, если твоей жизни не будет угрожать опасность, но вдруг посчитаешь, что тебе пора убраться оттуда — просто скажи об этом мне. В тени меня нельзя увидеть, но я все услышу.

— Знаю. Северус показывал, — Поттер вспомнил, как наблюдал за аземой.

Несколько шагов, и они снова оказались в комнате Рона, однако в реальный мир Гарри вышел один.

* * *

Рон отыскался возле шатра рядом с Фредом и Джорджем. Все они держали в руках длинные списки гостей и были готовы приступить к своим обязанностям временных распорядителей, размещая прибывших в шатре за уютными столиками, на которых очень скоро появятся угощения.

— Как вас зовут? — обратился к Поттеру один из близнецов, явно приняв его за первого гостя.

— Эмм... — Гарри пытался сообразить — действительно ли он настолько серьезно изменился? Но, похоже, это было именно так, потому что теперь уже и Фред, и Джордж пялились на его непривычную для магов прическу, не проявляя ни малейших признаков узнавания.

— Ничего себе! Если бы я раньше не видел тебя в этом костюме, то ни за что не узнал бы, — Рон с восторгом уставился на расплывшегося в улыбке Гарри.

— Ты о чем, братец? Вы знакомы? Мерлинова задница! Да это же... — договорить Джордж не успел, Фред, тоже наконец опознавший визитера, запечатал ему рот ладонью.

— И это все без магии? — Рону явно понравилось то, как выглядел его друг.

— Лицо — да. А волосы подкрасил и уложил чарами. Ты же не думаешь, что я по улицам ходил без маскировки? — почти шепотом поинтересовался Гарри.

— А ты — красавчик! Тебе явно понадобится охрана, — Джордж и Фред, дурачась, зажали Поттера с двух сторон. — Мы готовы за умеренную плату побыть твоими телохранителями.

— Отстаньте, клоуны, — рассмеялся Гарри. Он уже не держал на них зла за то, что они доложили Дамблдору о его побеге. В конце концов, они были членами Ордена Феникса, так что этого стоило ожидать, а не надеяться на школьную дружбу.

— Рон, ты не знаешь, где?.. Ну ты сам понял, о ком я спрашиваю, — к ребятам подбежала Гермиона, неплохо выглядевшая в красном открытом платье.

— А зачем тебе? — Фред развернулся так, чтобы слегка прикрыть собой Гарри.

— Он не выпил зелье, — недовольно прошептала Гермиона, поглядывая на Поттера и не узнавая его. — Мне только что мистер Уизли об этом сказал.

— Так может, оно ему и не понадобилось? Ведь ты смотришь прямо на него, — Рон не успел в полной мере насладиться недоумением подруги, наконец-то признавшей Гарри, потому что внимание всех переключилось на приближавшегося к ним Дамблдора, явно переместившегося в Нору каминной сетью.

После обмена приветствиями, директор, которого не обманула маскировка Поттера, тоном не терпящим неповиновения распорядился:

— Пойдем, мальчик мой, отойдем в сторону. Пока есть время до начала церемонии, нам нужно серьезно поговорить.

— Конечно, сэр, — Гарри показалось, что он вернулся к моменту, когда они с друзьями остались сегодня наедине, и теперь понял, кого ему так напомнила тогда Гермиона.

— Я рад, что ты в здравии и научился скрывать свою внешность, но тебе не следует и дальше так рисковать собой. Мисс Грейнджер сказала, что ты не намерен оставаться в Норе после свадьбы. Это так? — Дамблдор не скрывал своего недовольства.

— Да. Я планирую продолжить свое путешествие, — у Гарри по спине пробежал озноб — как бы там ни было, но Дамблдора называют великим не только за его достижения в области колдовства. Казалось, что его взгляд проникал в самую душу, не позволяя спрятать в тайне от него ни единого своего намерения.

— Это неразумно. Я запрещаю тебе отлучаться отсюда...

— На каком основании запрещаете, позвольте спросить? Я — совершеннолетний, — Гарри вызывающе задрал подбородок. Намек на насильственное ограничение свободы для вампира — оскорбление, и Поттер уже это полностью осознал, невзирая на то, что инициация еще не закончилась. Казалось, сама кровь бунтовала в нем против требования директора.

— Неужели мне нужно повторять, что ты слишком важен для нашего мира. Ты — наша надежда на освобождение от зла. Я забочусь о тебе, — Дамблдору не понравился огонь свободолюбия в ответном упрямом взгляде. Этого он и боялся. Поттер распробовал жизнь без ограничений, и она ему, само собой, пришлась по вкусу. Теперь уговорами и призывами к долгу вряд ли удастся заставить его слушаться с той же легкостью, как раньше.

— Обо мне ли? Профессор, я вырос и научился заботиться о себе самостоятельно. Спасибо, конечно, но я справлюсь со своей защитой. Не волнуйтесь, — Гарри старался не слишком дерзить.

— Тебе придется смириться. Судьба не позволит тебе проигнорировать пророчество, — Дамблдор впился взглядом в лицо Гарри, и тот почувствовал, как нагрелся амулет на его груди. Он не успел еще сообразить, что происходит, когда на грани слышимости до него донесся голос Никоделауса:

— Этот старый дурак пытается тебя прочесть.

— В таком случае, что бы я ни делал, пророчество исполнится, и нет нужды со мной носиться, как дракониха с яйцом. Сэр, я же сказал, что повзрослел. Трагедия с Сириусом многому меня научила. Так что даже не пытайтесь влезть ко мне в голову. Гермиона говорила, что вам нельзя колдовать, — наобум бросил Поттер и заметил, как злобно зыркнул на него Дамблдор. Это длилось всего краткое мгновение, тот сразу же постарался сделать вид, что его зря заподозрили в незаконной легилименции. Но Гарри успел убедиться, что добрые улыбки — лишь маска.

— Как ты мог такое подумать обо мне...

— Я это почувствовал, сэр. Не опускайтесь до откровенной лжи, раз уж вас поймали на горячем. Остаток лета я проведу по своему усмотрению. У вас есть еще ко мне вопросы? — взгляд, нарочито брошенный в сторону входа в шатер, где уже выстроилась вереница гостей, дал понять Дамблдору, что их беседу пора сворачивать.

— Ты скоро станешь членом Ордена, — Дамблдор решил напомнить, что уже почти получил право командовать. — Нельзя терять времени. Нужно срочно приступить к поиску сам знаешь чего. Мисс Грейнджер передаст тебе мои инструкции.

— Вы точно знаете, где находится опасная вещь, которую следует уничтожить? — Гарри поостерегся вслух произносить слово «хоркрукс».

— Нет. Но я поделился своими наработками по поводу способов, как найти...

— Ясно. В таком случае мы можем искать до скончания века. Вы намерены подключить остальных членов Ордена? — Поттер был крайне серьезен, и Дамблдору ничего не оставалось, как сказать правду:

— Нет. И это не обсуждается. Нам нельзя опускать руки. Я уверен, что Гермиона поможет тебе...

— Ничего не выйдет. У вас ушло несколько лет, чтобы найти один. Думаю, стоит дать объявление в «Ежедневный Пророк». Если этим займутся все волшебники — дело пойдет быстрее, — Поттер откровенно насмехался над ситуацией.

— Это не шутки, Гарри! Ты сам понимаешь, что подобного нельзя делать. Поговори с мисс Грейнджер, она все объяснит.

— Уже поговорили, — буркнул Гарри, ему до тошноты надоело выслушивать указания. — Простите, мне нужно отлучиться на минутку. Встретимся в сентябре, — он бесцеремонно развернулся и отправился в сторону дома, притворяясь, что ему понадобилось в туалет. — Как же они меня достали, — прошипел он, достаточно удалившись от директора. — И как я раньше не замечал его притворства.

— У тебя обострились наблюдательность и интуиция, — тихонько сообщил невидимый Никоделаус. — Волшебников легко читать, даже не заглядывая в их головы. У них все написано на лице.

— Теперь я понимаю, как Северусу в прошлом удавалось всегда догадываться о моих мыслях, — Гарри, на удивление, понравилось чувство защищенности, возникшее от осознания, что буквально в шаге от него находится взрослый вампир, в любой миг готовый забрать его в тень.

* * *

Церемония бракосочетания оказалась до примитивности простой: чиновник из Министерства спросил у Билла и Флер, по своей ли воле они вступают в брак, и, получив утвердительные ответы, прочитал какое-то длинное заклинание. После этого выскользнувшая из его волшебной палочки полупрозрачная, словно туман, золотая лента связала запястья новобрачных и тут же растаяла в воздухе, а гости разразились поздравительными аплодисментами. Заиграли приглашенные музыканты, а нанятые официанты принялись разносить угощения. Гарри, Рон и Гермиона сидели почти у парусиновой стены шатра, а вокруг расположились столики, занятые остальными Уизли и некоторыми членами Ордена — Люпин, Тонкс и Грюм были среди них.

— И зачем мне было менять внешность, если последний дурак поймет, что рядом с вами может сидеть только Поттер? — тихо поинтересовался Гарри у Гермионы, не позволившей ему устроиться где-нибудь в стороне.

— Так сказал директор.

— А свои мысли у тебя есть? Ты сегодня раз пятьсот уже вспомнила его, — Поттер посмотрел на Дамблдора и задумался — не опоил ли тот Гермиону каким-нибудь зельем послушания.

— Но он прав, ты сейчас очень важен для всех. Нужно прислушиваться к его мнению.

Рон переглянулся с Гарри и поднял глаза к небу — теперь у него хотя бы было с кем поделиться эмоциями, которые вызывало упрямство Гермионы.