На его ужин не рассчитан

Дженни тихо утешала женщину:

— В наших семьях мы многого не можем изменить, можем изменить лишь себя.

Ее семья не шла в сравнение. Только умершая мать относилась к ней тепло и заботилась, брат и отец обращались с ней плохо. Поначалу она очень переживала, но когда узнала, что на это есть свои причины, больше ничего не требовала.

Розэ, вздохнув, кивнула:

— Да, можем изменить только себя. Я каждый раз клянусь себе, что, если у меня будут дети, то ни в коем случае не буду относиться к ним по-разному из-за пола.

Жаль только, что в этой жизни у нее точно не будет детей.

Зачем женщина будет терпеть трудности все девять месяцев, если не ради любимого мужчины?

И разрывающую боль при родах?

Однако женой мужчины, которого она любит всем своим сердцем, не может быть женщина с таким происхождением, как у нее.

Девушки говорили много, Розэ пришлось прервать беседу:

— Мне пора возвращаться, а ты побудь дома, делай, что хочешь.

Дженни выступила с предложением:

— Чтобы поблагодарить тебя, я вечером приготовлю вкусный ужин. Я помню, что ты любишь острое, тогда сделаю мясо, битые огурцы и супчик, хорошо?

Розэ и не догадывалась, что та знает о ее пристрастии к острому, поэтому сразу обрадовалась:

— Прекрасно, я давно не ела, как следует.

Работа секретарем была престижной и хорошо оплачивалась, но имелись и свои трудности. Если она задерживалась на работе, то приходилось готовить что-то на скорую руку, в основном она питалась на работе.

— Хорошо, спасибо еще раз, ну иди на работу.

Позже ассистентка ушла на работу. Дженни разобрала свои вещи. Закончив с ними, решила позвонить подруге.

Услышав о несносном Сынхване, Лиса выругалась сквозь зубы:

— Этот кусок отбросов хочет получить от меня?

Дженни прекрасно училась в университете, каждый семестр получала самую высокую стипендию, а брат всеми способами старался вытянуть у нее эти деньги. Однажды Манобан страшно разозлилась, затащила его в укромный уголок и избила. Она прекрасно действовала кулаками и ногами, была известной дикаркой. Из-за этого Сынхван даже несколько дней не мог встать с кровати. После этого парень стал гораздо спокойнее.

Дженни знала, что Лиса переживает за нее, но успокоила подругу:

— Эту проблему не решить силой.

— Переезжай ко мне, там приняты все меры безопасности. Эта сволочь не попадет внутрь, даже если захочет. Все равно ты в основном сидишь дома и пишешь сценарии. Он не найдет тебя и успокоится сам по себе. Я сейчас же отправлю тебе ключи экспресс почтой. Не надо жить у Розанны, чтобы Ким тебя не злил.

Лиса была человеком действия, если сказала, то сделает обязательно.

Дженни же поспешила ее остановить:

— Не надо ничего отправлять, если потеряются, хлопот не оберешься. Ничего страшного, я поживу у нее всего несколько дней.

Ей казалось невозможным, чтобы Тэхен что-нибудь замышлял, как сказала Лиса.

Кто может обращать внимание на бывшую жену?

Лиса обеспокоенно спросила у нее:

— Что ты собираешься делать дальше?

— Точно не могу прятаться от них все время. Увидим, как они поведут себя дальше, иначе придется действовать решительно.

Лиса презирала действия отца и брата подруги:

— Два взрослых мужика с руками и ногами, не хотят работать, а только требуют денег от других людей, просто позор!

Дженни печально сказала:

— Если бы тогда они стремились к чему-то, мама не умерла бы от злости.

Ее мать умерла от болезни, но болезнь была вызвана многолетней тоской, злостью и раздражением. Источником же тоски были ленивые и любящие хорошо пожить отец с сыном. Женщина, даже сильная, может умереть от злости, если ей достанутся такие муж и сын.

Поговорив с подругой, Дженни взяла себя в руки и продолжила работу над сценарием.

Мужчины и все такое — это ненадежно, самое лучшее — это работа. Отдать все силы работе, тратить деньги, которые заработала сама, комфортнее всего.

***

Девушка приготовила битые огурцы, вареное мясо и сварила кочудян чиге — все основательные блюда, чтобы выразить свою благодарность.

Расставив блюда на столе, Дженни села у телевизора, дожидаясь, когда Розэ придет с работы. Через какое-то время она ей позвонила и извиняющимся тоном сказала:

— Джен, я не могу придти ужинать, слишком много работы.

Она понимала, что та будет очень занята.

Но, взглянув на обильный стол, она не знала, как лучше поступить. Ей не съесть столько в одиночку. Если убрать все в холодильник, то вкус будет не тот.

Подумав, девушка предложила:

— Давай так, я отправлю тебе порцию, еды действительно слишком много.

Дом находился в десяти минутах ходьбы от здания «Кронфильма», ей было достаточно пройтись.

— Правда? – обрадовалась собеседница. — Просто здорово! Я только что посмотрела на фото блюд и чуть не расплакалась. Как любезно с твоей стороны принести их мне!

— Еды слишком много, мне столько не съесть. А Сехун остался с тобой после работы?

— Да, мы вдвоем.

— Тогда я принесу побольше, поедите вместе.

— Хорошо, спасибо...

Она задержалась на работе вместе с братом, очевидно, их босс тоже там. Но Дженни спросила только про Сехуна и ни словом не обмолвилась о Тэхене.

***

В это время Розэ с Сехуном находились в кабинете Кима. Повесив трубку, девушка посмотрела на начальника и обратилась к сидящему напротив нее брату:

— Закажи ужин только начальнику

Сехун с Тэхеном непонимающе посмотрели на нее. Та с трудом заставила себя объяснить:

— Дженни приготовила ужин и она скоро принесет его, чтобы мы с братом поели.

Тэхен поднял губу и холодно усмехнулся.

«Да она специально игнорирует меня!»