18 серия. Хрупкая надежда. Нападение Катастраса

POV Кейси.

Ллойд смотрел на фигуру на троне и не верил своим глазам. Ледяной император — тот, кто терроризировал Никогда королевство — был Зейном. Нашим Зейном. Другом, который жертвовал собой, который учил нас терпению, который всегда находил правильные слова. Теперь он сидел перед нами, холодный и чужой.

— Зейн, — снова позвал Ллойд. — Это я. Ллойд. Твой друг.

Император склонил голову, разглядывая нас из-под маски.

— Вы называете меня чужим именем, — сказал он, и в его голосе не было ни тепла, ни узнавания. — Я — Ледяной император. И я не знаю никакого Зейна.

— Ты — ниндзя, — не сдавался Ллойд. — Ты — мастер льда. Ты сражался плечом к плечу с нами против зла. Ты помнишь Ниндзяго?

Император молчал. Его глаза оставались пустыми.

— Мы были командой, — продолжал Ллойд. — Дрались с пиратами, змеями, призраками. Ты всегда был самым мудрым. Самым спокойным.

— Я? Спокойным? — в голосе императора мелькнула тень насмешки.

— Да, ты, — твёрдо сказала я. — Помнишь, как Ллойд случайно сделал твоё кимоно розовым, когда мы стирали вещи после битвы? Ты сначала разозлился, а потом спас мне жизнь.

Император замер. На секунду мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то живое. Но Хакс, стоявший рядом, усмехнулся.

— Ложь, — сказал он. — Император не носил розового. И у него не было друзей.

— Заткнись, — бросил Гармадон, не оборачиваясь. — Ты ничего не знаешь о том, кем он был.

Он повернулся к трону.

— Зейн, ты был самым храбрым из нас. Ты жертвовал собой, чтобы спасти других. Ты заслужил право называться ниндзя. Ты заслужил право на память.

— Я не помню, — глухо сказал император. — Ничего.

— Тогда вспомни самое начало, — сказала я, делая шаг вперёд. — Как мы познакомились. Как ты впервые пришёл в монастырь. Как ты шутил, а мы не понимали.

— Я… — Император поднёс руку к голове. — Эти образы… они не мои.

— Они твои, — сказал Ллойд. — Просто свиток забрал их.

— Свиток дал ему силу, — вступил Хакс. — Свиток сделал его великим. А вы хотите забрать это величие.

— Величие без памяти — пустота, — ответил Гармадон.

— Хватит! — Император ударил посохом о пол, и лёд треснул вокруг нас. — Я не знаю этих воспоминаний. И не хочу знать.

— Зейн, пожалуйста, — прошептал Ллойд.

— Меня зовут не Зейн, — отрезал император. — И я не ваш друг.

Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Хакс улыбнулся — холодно и торжествующе.

— Вы слышали, — сказал он. — Император не желает вас знать. Скоро вы предстанете перед судом, и ваша ложь сгорит вместе с вами.

— Скипетр, — ответил Гармадон. — Он напоминает мне Свиток Запретного Кружитцу. И изгнание Зейна Асфирой.

— Она говорила, что отправила его в Никогда королевство, — добавила я.

— Но не сказала, что здесь он станет этим.— Ллойд перевёл взгляд на ледяную фигуру на троне. — Зейн, сколько ты уже здесь? Как долго ты…

— Ледяной император? — закончил за него Зейн тем же чужим, холодным голосом. — Десятилетия. Я держу свиток уже десятилетия.

— Десятилетия? — Ллойд отшатнулся. — Но нас не было здесь и недели!

— Время в Никогда королевстве течёт иначе, — сказала я, и все повернулись ко мне. — Я знала это. Но не думала, что разница настолько огромна.

— Что это значит? — спросил Гармадон.

— Это значит, что здесь прошли годы, а может быть, столетия, — ответила я, глядя на Зейна. — Пока в Ниндзяго прошло всего несколько часов. Или дней.

— Сколько? — спросил Ллойд. — Сколько именно?

— Не знаю, — честно ответила я. — Но некоторые из тех, кого мы знали, могли уже умереть. Или даже переродиться.

Ллойд сжал кулаки. Его лицо побледнело.

— Зейн, — сказал он, делая шаг вперёд. — Это не твоя судьба. Ты не должен быть этим императором. Брось посох. Брось свиток.

— Не слушай их, повелитель, — вмешался Хакс. — Эти чужеземцы пришли за свитком. Они хотят украсть твою силу.

— Мы пришли за тобой, — возразил Гармадон. — За нашим другом.

— У меня нет друзей, — повторил Зейн.

— Ложь, — бросил Ллойд и рванул вперёд.

За ним — Гармадон и я. Вьюжные воины преградили путь, но мы отбросили их с помощью кружитцу. Наши стихии слились в единый поток, и враги отступили.

Хакс попытался остановить нас, выставив свой меч, но мы перепрыгнули через него, сосредоточившись на троне.

— Зейн! — крикнул Ллойд, протягивая руку.

Но император поднял скипетр, и ледяная волна сбила нас с ног. Мы покатились по полу, а Хакс рассмеялся.

— Глупцы! — воскликнул он. — Вы думали, что сможете победить императора в его же замке? Я должен убить вас за это.

Он занёс меч, но Зейн поднял руку.

— Нет, — сказал он. — Бросьте их в темницу.

— Что? — Хакс обернулся. — Но, повелитель…

— Ты слышал меня, — голос Зейна был спокойным, но в нём чувствовалась сила, не терпящая возражений. — Я хочу допросить их позже.

Хакс скривился, но подчинился.

Я стояла, сжимая кулаки. Моих знаний, моей силы, моей вселенской магии хватило бы, чтобы перевернуть этот сюжет с ног на голову. Я могла заставить Зейна вспомнить всё — его друзей, его жизнь, его любовь к П.И.В.В.Ж. Я могла закончить эту историю здесь и сейчас.

Я уже открыла рот, чтобы начать, как вдруг передо мной вспыхнуло свечение. Оно было ослепительным — золотистым, тёплым, совсем не похожим на холодный свет ледяного замка.

— Что это? — спросил Ллойд, прикрывая глаза рукой.

— Не знаю, — ответил Гармадон, вставая в защитную стойку.

Но я знала. Я чувствовала эту энергию — она была частью меня, частью моего королевства.

Свечение рассеялось, и передо мной предстал он. Главный охранник моего королевства — высокий, в сияющих доспехах, с тревогой на лице.

— Ваше Высочество, — поклонился он. — Катастрас, Сын Хаоса, нападает на королевство. Ваши родители и брат с сестрой держат оборону, но силы неравны. Стражи пали, враг прорывается к замку.

— Что? — Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Сколько у нас времени?

— Минуты, — ответил охранник.

Я повернулась к Ллойду. Его лицо было бледным, но в глазах горела решимость.

— Иди, — сказал он, не колеблясь. — Спасай свою семью.

— Но Зейн… — начала я.

— Мы справимся, — перебил Гармадон. — Мы не сдадимся. И ты не сдавайся.

— Я вернусь, — пообещала я. — Как только смогу.

Я сделала шаг к порталу, и в этот момент из тени выступил Хакс.

— Ты никуда не пойдёшь, — прошипел он, занося меч.

Но Гармадон встал между нами.

— Тронешь её — и я превращу тебя в лёд, — сказал он. — Никто не причинит вред моей будущей невестке.

Я почувствовала, как краска заливает мои щёки, но времени краснеть не было.

— Спасибо, — бросила я и шагнула в портал.

Последнее, что я увидела перед телепортацией — странный взгляд Ледяного императора. Он смотрел на меня не как на врага. Он смотрел так, будто пытался вспомнить.

Но у меня не было времени разгадывать этот взгляд.

Я открыла глаза в своём королевстве. Небо было багровым, замок горел, а на площади кипела битва. Мои родители — король и королева Вселенной — сражались плечом к плечу с остатками стражи. Брат, Дэн, отбивался от троих врагов сразу. А сестра, Соня, прикрывала его магическим щитом.

— Держитесь! — крикнула я, создавая барьер, который отбросил нападающих.

— Кейси! — воскликнула мама, и в её глазах блеснули слёзы. — Ты вернулась.

— Вернулась, — ответила я. — И теперь мы вместе.

В этот момент из огня вышел он. Катастрас, Сын Хаоса. Его тело было соткано из тьмы и звёздной пыли, а глаза горели красным.

— Наконец-то, — сказал он, и его голос прозвучал как раскат грома. — Последняя принцесса явилась.

— Что тебе нужно? — спросила я, вставая между ним и своей семьёй.

— Ты, — ответил он. — Я ждал этого мгновения много лет. Ты сбежала от меня, спряталась в другом мире, но теперь ты здесь. И мы можем закончить то, что начали.

— Я ни за что не позволю тебе победить, — сказала я, чувствуя, как вселенская энергия наполняет каждую клетку моего тела.

— Ты уже не та слабая принцесса, что дрожала передо мной, — усмехнулся Катастрас. — Что ты можешь сделать?

— Я покажу тебе, — ответила я, и мои глаза вспыхнули золотом. — Я покажу тебе, кем я стала. Кем я стала, чтобы защитить тех, кого люблю.

Я подняла руки, и энергия хлынула из меня потоком света. Катастрас отшатнулся, но тут же восстановил равновесие.

— Неплохо, — сказал он. — Но недостаточно.

Продолжение следует…