глава 2

внимание! уведомление о наличии в тексте тяжёлых тем, которые могут вызвать эмоциональный дискомфорт, триггеры или травмирующие воспоминания у чувствительных читателей.

После встречи с человеком, из-за которого её жизнь слишком изменилась, в душе девушки что-то затрепетало. Ностальгия не давала пощады, но Анна понимала, что сделала тогда правильный выбор. В мыслях крутилась та самая ситуация.

nine months ago

— Валера, ты серьёзно? Мы из-за тебя попали в ментовку, между прочим. А ты продолжаешь обвинять меня, будто это всё из-за той ситуации с Кариной... Нормально тебе? Совесть не грызёт?

— Кузнецова, ты, как моя девушка, должна поддерживать меня, а не гнать! Да, это всё из-за Карины! Да и вообще, когда ты последний раз так загонялась из-за ментуры? Ты там не первый раз была. Ты там уже местная.

— Девушка? — глаза Ани округлились. Сердце забилось чаще, показывая ей, насколько сильно она его любит. Каждая ссора давалась тяжело. — То есть сначала ты бегаешь с этой конченной Кариной, совсем забывая про меня, а потом называешь своей девушкой? Подралась-то я с ней из-за тебя, из-за твоих поступков и действий. И в этой ситуации ты меня виноватой выставляешь? Задушись своим эго, придурок.

После сказанных слов Кузнецова не стала ждать ответа и быстрым шагом направилась в комнату старших. Там, как всегда, сидел Вова, читая морали своему младшему брату.

Распахнув дверь, Аня протараторила:— Вова, я домой. Скажи своему старшему суперу, что он конченный мудак и пусть дальше сосётся со своей подстилкой, называя меня своей любимой девушкой.

Старший даже не успел сориентироваться. Аня, захлёбываясь слезами, уже быстро двигалась в сторону выхода. В самый последний момент Марат резко подскочил, хватая девушку за руку. Когда он увидел красные от слёз глаза, аккуратно прижал её к себе, словно без слов поддерживая.

Пока Туркин боролся с самим собой, Вова не медлил и последовал примеру своего младшего. Также подошёл, только более вальяжной походкой, и аккуратно подтолкнул девушку к выходу. Это не было жестом неуважения или желанием поскорее её выгнать. Нет. Это была обычная, свойская поддержка. Вывести на свежий воздух, вдохнуть полной грудью, желая наконец-то выслушать и понять близкого человека.

Аня сразу же поддалась. Она потихоньку двинулась вперёд, чувствуя прожигающий взгляд себе в спину. Она знала, чей он.

Летняя ночь сразу встретила ребят свежим воздухом. Кузнецова вдохнула, наполняясь приятным ароматом где-то неподалёку растущей липы. Вова уставился на неё, желая поскорее узнать всё в подробностях.

— То, что вы с Турбо сегодня перекантовались в обезьяннике, это я понял... Вопрос — вы чего бунт устроили? Турецкий сериал решили нам показать? — старший зажёг сигарету.

Кузнецова переминалась с ноги на ногу, желая поскорее свинтить домой. Такие допросы давались тяжело, особенно если касались её недо-парня.

— Ну а что? Сначала он клянётся мне в любви, чуть ли не пятки целует, а потом я вижу его с этой... — она замялась, но эмоции взяли верх, позволяя выражаться так, как хочется. — шлюхой. На дискаче она подошла ко мне, предъявила, а он ещё и поддержал её! Ну...

— Дальше, — спокойно сказал Адидас, продолжая делать затяжки.

— А я мямля, по-вашему? Врезала я ей, она там истерику закатила... В итоге оказалось, что её папаша мент, ну она и сдала меня. А его уж со мной потащили, давно её батя на Туркина зуб точил, — она активно жестикулировала руками, в одной из которых уже была зажжённая Маратом сигарета. — В итоге повязали, посадили. Туркина отпустили пораньше, а я ещё пару часиков там посидела.

— Странно ты разговариваешь... Вам там ничего не подсыпали в ментовке? Ты сначала заплаканная полностью, а потом рассказываешь о своей драке так, будто пересмотрела бои без правил, — сказал младший. А когда увидел, что у неё потухла сигарета, поджёг вторую. — Ну ты не парься, не впервой тебе.

— Да ей-то не впервой... Проблема в том, что такими темпами она уж больно их постоянным гостем станет, а это не есть хорошо. Одно дело — группировщики, которые постоянно возятся с драками и убийствами, а другое дело — она. Молодая девчонка, которая по факту просто тусит с Универсамом, а проблем у неё столько, будто она всех прикрывает, — сказал усатый, вынимая сигарету из её рук.

Затяжка — первая, вторая, третья. Он выглядел так, словно пытался очень хорошо что-то придумать. Аня не знала зачем. А тем более — почему.

Кузнецова чуть повтыкала в асфальт, рассматривая узоры на луже. Братья засмотрелись на неё, пытаясь понять, что с ней случилось. Девушка всегда была суперхолоднокровна к чужим, а особенно к лезущим к Валере девкам. Она знала, что лучше них.

— Ты ничего сегодня не пила? — спросил Марат, после чего Аня задумалась.

— Да нет... Ну, как сказать... Воду дома пила... — после сказанного она снова уставилась в асфальт. Вова нервно вздохнул, понимая, что с девушкой точно что-то не так. — А, это... ещё в ментовке мне какао сделали.

— Вкусное было? — с насмешкой спросил младший, из-за чего получил подзатыльник от старшего. Пазл сложился.

— Да нет, херня в чистом виде, — Анна глянула на друзей. — Там корицы столько было, что я, наверное, за всю свою жизнь столько не употребляла.

— Красавица, смотри, чтоб ты другого ничего не употребляла. Звоночки приличные, — произнёс Вова. — Домой нельзя тебе в таком виде, родители прибьют. Оставайся сегодня в качалке, мы тут на ночь останемся с тобой.

— Вы чё? Я с Туркиным не останусь, вы чего?! Нормальная я, отстаньте! — её голос становился всё громче, привлекая внимание проходящих мимо людей. Их было не так много, ночь как-никак. Но заинтересованные всё-таки были.

— Да уйдёт твой Туркин, успокойся, — Марат улыбнулся. — Мы только останемся. Нормально будет?

— Ну... если вы... то ладно... — с большими паузами между словами произнесла блондинка.

Братья переглянулись. Оба всё поняли.

Суворов младший взял подругу за руку, аккуратно ведя в сторону качалки. Девушка отмахивалась, не желая вновь оказаться там, где всё напоминает о её... парне. Но, полностью игнорируя нытьё Кузнецовой, Марат наконец провёл её до пыльного дивана, на котором когда-то привычно лежал Турбо. Аня устало рухнула на него, попутно зевая.

Несколько пар глаз уставились на девушку, отчего она резко отвернулась в другую сторону, желая скрыться от столь пристального внимания.

Туркин, сидящий около ринга, устало вздохнул. А когда заметил, что все парни глядят на Анну, молниеносно произнёс:— Бездельники, она щас встанет и глаза вам повыкалывает, а я ей с этим помогу. Совсем отбились от рук.

Аня сразу же обратила на кучерявого внимание. На её лице мелькнула лёгкая улыбка. Даже несмотря на всё, он не забывал следить за ситуацией и помогать ей.

Адидас что-то буркнул себе под нос, по типу: «Санта-Барбара», направляясь в свою излюбленную комнатушку. Марат уселся рядом с блондинкой, начиная рассказывать шутки, дабы развеселить подружаню.

Она беззаботно рассмеялась. Обожала проводить время с этими взрослыми, но ментально маленькими парнями. Всегда поддержат, пошутят, защитят.

Адидас младший принялся рассказывать вторую историю, но его сразу же остановила Аня.

— Подожди... Чёт голова совсем раскалывается... Помолчи немного, — она посмотрела на друга. — Ощущение, будто молотком херачат...

Марат почти сразу понял причину. Какао не просто так слишком пахло корицей.

Так как мама часто рассказывала парню об опасностях на дискотеках, ему было известно о таком препарате, как бутират. Препарат, который может вызывать чрезмерное чувство эйфории, повышать сексуальное желание, создавать ощущение, будто человек находится под наркотическими веществами. Но самое страшное: граница между обычным кайфом и передозировкой крайне мала. Перебор может привести к потере сознания, угнетению дыхания, коме и смерти.

Если бы ей дали это несколько раз, это могло привести к зависимости, которую пришлось бы лечить только в квалифицированном стационаре. Парню оставалось только надеяться, что употребила она это один раз.

— Турбо, — тихо прошептала Аня, после чего супер сразу обратил внимание. — Мы можем выйти поговорить на улице? Без никого.

Он немного замялся, но не стал тупить. Поднялся, подал руку девушке, а после аккуратно вывел её из помещения.

— Скажи мне, какого чёрта ты так делаешь? Ты её ублажаешь, целуешь, обнимаешь, а я что?.. Чем я хуже?

— Ничем... Я просто запутался, — Валера закурил сигарету. Едкий дым растворился в воздухе. — Люблю я только тебя.

— Ты врёшь, — уверенно сказала она, вытягивая сигарету у него из рук. Видимо, это уже стало привычкой.

— Чего? Ты вышла со мной поговорить, чтобы утверждать, где я вру, а где нет?

— А ты вышел поговорить, чтобы врать мне? — Аня усмехнулась. — Я столько чувств и времени потратила на что, скажи мне? На измены? На «я запутался»?

Турбо глянул на тёмное небо, украшенное множеством звёзд. Вздохнул, потёр виски, уставился на блондинку. Задумался, не понимая, что ответить.

— Молчишь... А знаешь, ничего не нужно, — Анна горько улыбнулась, пока горячая слеза стекала по её красным щекам. — Мне всё понятно. Мы расстаёмся, Туркин.

Она не стала ждать его реакции. Зашла в подвал, уселась на диван, начиная тихо плакать. Суворов младший моментально понял причину и без единого слова обнял подругу.

Валера не стал возвращаться. Быстрым шагом ушёл домой, начиная обдумывать те самые решающие слова. С этого момента их жизнь полностью изменилась.

03:21

Аня посапывала на диване, пока оба брата оберегали её сон. Вова что-то шепнул Марату, на что тот, почти засыпая, махнул рукой, борясь с желанием уснуть. Оба чувствовали ответственность, словно защищали самый драгоценный предмет в этом мире.

Горькие слёзы потекли по её лицу. Она почувствовала, будто вновь оказалась там — девять месяцев назад. Эти отношения казались самыми романтичными в мире, самыми милыми и дружелюбными. Отношения, в которых парень полностью за свою девушку, и ровно так же наоборот. Если бы Ане кто-то сказал год назад, что такое произойдёт, она бы в жизни не поверила.

И вот так, провожая себя мыслями о прошлом, Аня дошла до своего дома.

***

дорогие, буду очень рада вашей поддержке 🩷