6

Он зашёл в квартиру, щёлкнул выключателем, и мягкий свет залил прихожую. Не раздеваясь, Влад прошёл в спальню и начал быстро кидать вещи в рюкзак: пару футболок, джинсы, зарядку, наушники. Всё, что могло пригодиться в дороге. Он не хотел тратить время на сборы утром — хотел просто проснуться, умыться и выехать.

Закончив, он бросил рюкзак у кровати, выключил свет и рухнул на постель, даже не переодевшись как следует. Глаза слипались мгновенно. Он выключил будильник, чтобы проспать подольше, и провалился в глубокий сон, не успев даже подумать о том, что обещал написать ей.

А Дарина сидела на диване в своей квартире, уставившись в телефон. С каждой минутой тишина в чате становилась всё тяжелее. Она уже несколько раз открывала диалог с Владом, но так и не написала — не хотела казаться навязчивой. Он же сам обещал отписаться. Обещал и не написал.

Она перешла в новости Москвы. Пролистала ленту, проверила, нет ли сообщений о ДТП, о каких-то происшествиях. Ничего. Ни одной новости, которая могла бы объяснить его молчание. В голову закралась тревожная мысль: «Может, он передумал? Может, он вообще не собирается приезжать и просто решил замять это всё? Может, я ему не так уж и нужна?»

Дарина постаралась отогнать эти мысли. Она зажмурилась, взяла телефон, положила его на тумбочку и натянула одеяло до самого носа. Но сон не шёл. Она смотрела в потолок, слушала тишину, и внутри разливалось лёгкое разочарование. Ей хотелось верить, что он просто устал и заснул. Что он не специально. Что она ему действительно нужна.

Но сомнение всё равно осталось.

Она повернулась на бок, закрыла глаза и прошептала в темноту:

— Ну пожалуйста, просто усни, Влад. А завтра я поверю, что ты просто забыл.

И через несколько минут она тоже провалилась в сон, оставив телефон на тумбочке без единого уведомления.

Она проснулась рано. Глаза ещё слипались, а рука уже тянулась к телефону — проверить, не пришло ли сообщение. Экран был пуст. Ни одного уведомления. Дарина вздохнула, откинулась на подушку и уставилась в потолок.

Настроения не было с самого утра. Добавились женские дни, и она чувствовала себя разбитой, опустошённой, готовой расплакаться от любого пустяка. А тут ещё это молчание. Она снова открыла чат с Владом — последнее сообщение было вчера, вечером. Никакого «я доехал». Никакого «спокойной ночи».

Она натянула одеяло выше, закрыла глаза и почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Потом ещё одна. Она не плакала от того, что он не написал — скорее от накопившейся усталости, от гормонов, от того, что ей хотелось верить, но внутри засело противное сомнение: «А нужна ли я ему на самом деле?»

Дарина пролежала так до одиннадцати утра, пока телефон наконец не завибрировал. Она медленно взяла его, прочитала сообщение от Влада:

«Доброе утро, только проснулся. Сейчас буду выдвигаться к тебе, завтра вечером планирую быть в Краснодаре.»

Она прочитала и почувствовала, как внутри всё сжалось от обиды. Ей хотелось обрадоваться, но вместо этого она написала сдержанно, почти холодно:

«Я же просила написать вчера!»

Ответ пришёл быстро:

«Бля, Дарин, прости правда. Просто я залетел домой, быстро накидал вещи и уснул. Совсем вылетело из головы.»

Дарина посмотрела на сообщение, потом поставила на него реакцию — палец вверх — и закрыла приложение. Она вышла из сети, отложила телефон в сторону и снова уткнулась в подушку. Ей хотелось злиться, но внутри больше было обиды. И пустоты.

Влад увидел её реакцию — только палец вверх, без слов, без улыбок. Он понял, что она обиделась. И понял, что сам виноват. Он не стал ничего писать — сейчас любое его сообщение, как-будто только разозлит её сильнее. Лучше дать ей время.

Он сел в свой серый Urus, завёл двигатель и выехал из подземного паркинга. Уже через минуту в салоне зазвучал голос — он начал обзванивать сотрудников, раздавая указания. Сначала одному, потом другому, потом связался с замом.

— Я уезжаю на неделю, — сказал он спокойно, но жёстко. — Все вопросы ко мне через сообщения, если срочно — звоните. Всё остальное решаешь ты. Я буду не в городе. Завтра вечером отключаюсь от дел.

Зам на том конце немного удивился, но переспрашивать не стал. Влад дал ещё пару распоряжений, сбросил звонок и сосредоточился на дороге. Он смотрел на трассу, которая скоро приведёт его к ней, и надеялся, что завтрашняя встреча всё исправит. И что Дарина всё-таки даст ему шанс объясниться лично.

Он уже успел проехать больше пяти часов. Дорога была ровной, Москва осталась далеко позади, а впереди расстилалась бесконечная трасса. В салоне играла негромкая музыка, за окном проплывали поля и небольшие населённые пункты. Влад чувствовал себя хорошо — усталость ещё не навалилась, а мысли о том, что он скоро увидит Дарину, придавали сил.

Внезапно экран на панели загорелся — входящий вызов. Он удивлённо посмотрел на имя и слегка приподнял бровь. Она звонила сама. Это было неожиданно. Он быстро принял вызов и ответил, сдерживая лёгкую улыбку:

— Да, алло?

Голос Дарины зазвучал в динамиках, и Влад почему-то сразу почувствовал тепло внутри:

— Ну как ты там едешь? Или забыл?

— Ну Дарин, ну правда, — усмехнулся он, — голова была загружена, просто вылетело.

— Проехали. Где едешь? — спросила она уже мягче.

— Еду в Воронеж, остановлюсь на ночь, отосплюсь и завтра поеду дальше, — ответил он, перестраиваясь в правый ряд.

— Долго ещё? — в голосе послышалось лёгкое беспокойство.

— До Воронежа показывает полтора часа, — вздохнул Влад. — Но там пока найду гостиницу, пока найду где поесть ночью, пока заселюсь... думаю, будет слишком поздно. Так что завтра попозже выезжать буду, когда высплюсь.

— Сильно устал? — спросила она.

— Ну немного, ещё по работе дергают, от этого труднее. А так нормально, — ответил он, стараясь звучать бодрее.

— А ты на своей машине или на каршеринге? — вдруг спросила Дарина.

Влад улыбнулся в темноту салона:

— На своей.

— А что за машина у тебя?

Он загадочно усмехнулся и ответил:

— А вот приеду — узнаешь.

— Козлина, — фыркнула она, но в голосе послышалась улыбка. — Ладно, давай езжай. Отвлекать не буду. И просить, чтобы написал тоже не буду.

— Это намёк, чтобы я всё-таки отписался, да? — усмехнулся он, чувствуя, как внутри теплеет от её шутливого тона.

— А ты догадливый, — ответила она, и в голосе слышалась лёгкая улыбка.

— Хорошо, — сказал он мягко. — Я напишу. Обещаю.

— Давай, езжай. Спокойной ночи, Влад.

— Спокойной ночи, Дарина.

Они отключились. Влад убрал телефон и посмотрел на дорогу. Где-то в душе он чувствовал что-то тёплое и почти забытое — чувство, что его ждут. И это придавало сил на всю оставшуюся дорогу.

Влад заехал в Воронеж уже далеко за полночь. Город спал, только редкие огни отелей и заправок освещали пустые улицы. Он нашёл гостиницу — хорошую, с охраняемой парковкой, заселился, снял куртку и устало рухнул на край кровати. Глаза слипались, голова гудела от дороги и рабочих звонков, но он помнил.

Он взял телефон, открыл чат с Дариной и написал:

«Я в Воронеже, заселился. Извини что поздно, очень устал. Сладких снов, увидимся завтра.»

Отправил. Посмотрел на экран, надеясь увидеть ответ — хотя бы смайлик или короткое «ок». Но сообщение осталось непрочитанным. Влад вздохнул, положил телефон на тумбочку, выключил свет и, не раздеваясь, упал на подушку. Он почти сразу провалился в сон.

А Дарина уже спала. Она видела его сообщение только утром, когда проснулась и взяла телефон. Прочитала, чуть улыбнулась, но ничего не ответила. Просто закрыла чат и отложила телефон в сторону. Всё равно он скоро приедет. Тогда и поговорят.