Анонс 69 главы «Запретная любовь»

Продолжение читайте эксклюзивно только на ЛитНет.

Название книги «Раздень меня»

Ссылка: https://litnet.com/ru/book/razden-menya-papochka-b564293?_lnref=QJ6vslbL

Улица, по которой шла Калиста, была узкой и влажной после недавнего дождя. Камни на мосту блестели, и на них отражались окна домов — словно маленькие зеркала чужих жизней. Калиста шла быстро, поспешно, внутри всё бурлило: последние недели были как удар за ударом, и мысль о Магдалене не отпускала ни на минуту. Она всё ещё держала в руках старую фотографию — тот самый кадр, где они с подругой стояли под яблоней в детстве, смелые и уверенные, как будто весь мир был у их ног. Она не могла уже какой день дозвониться до Аурелии, приходила к ним домой, но никто не открывал.

И тут случайно, она увидела Летицю возле витрины: девушка стояла, отстранившись от толпы, глаза опущены. Калиста подошла и без церемоний ухватила её за локоть — привычка действовать сразу, не раздумывая.

— Летиция! Где твоя мама? Что происходит? — скомандовала она, не оставляя времени на вежливости.

Летиция вздрогнула, словно её кто-то подловил на мысли о побеге. Она отдернула руку и сказала сухо, почти ровно:

— Отец отправил её на лечение. В больницу. Прости, Калиста, мне нужно идти.

Она вырвалась и ушла, оставив Калисту в зоне поражения. Всё внутри застонало: комбинация слов «отправил», «лечение», «в больницу» прозвучала как приговор. Алессандро, холодный и расчетливый, уже умел избавляться от помех — он делал это осторожно, как хирург. И теперь — снова игра с чужими судьбами.

Калиста ощутила, как мир сжимается. Она знала Магдалену с тех пор, как та впервые привела её к себе домой, как сестра; знала её силу и слабость, знала, что Магдалена не та, кто предал бы дружбу ради корысти. Но карты лежали раскалёнными, и у неё было ощущение, что кто-то уже сделал ход, а она только теперь пришла в игру.

— Он продал дочь и избавился от жены, — прошептала она сама себе. Такие вещи не произносились вслух — но в этой тихой фразе было всё: предательство и убыль человеческой морали.

Она села в первый же поезд и поехала в Рим. Дорога пролетела в эмоциях: обида, ярость, непонимание, и одна распирающая мысль — найти Рикардо, узнать, где Магдалена, убедиться, что та жива. В офисе Гамбино Калиста чувствовала себя чужой: стены знали слишком много, а люди в костюмах смотрели так, будто их мысли были отточены под одну линию.

Перед дверью кабинета Рикардо она глубоко вдохнула и вошла. Но, сына Вито там не обнаружила, вместо него сидел друг покойного Джованни — Маттео, он выглядел расслабленным, слишком расслабленным для офиса, где столько масок и подстав. Он приподнял бровь и с лукавой усмешкой встретил её:

— Чао, Калиста. Ты всегда так врываешься в жизнь людей, как ураган? Какими судьбами подружка невесты моего покойного друга появилась на нашем пороге?

— Где Рикардо? — рявкнула она, не скрывая нетерпения. — Я должна с ним поговорить.

— А здороваться-то тебя не учили? — фыркнул Маттео, но в голосе его слышалась и доля издевки. — Если уж вспомнить, чья ты подружка, тогда воспитание у тебя и впрямь под вопросом. Чего хочешь? Может у тебя тоже желание сложить Рикардо в могилу, как и сделала твоя подруга с Джованни?

Калиста стиснула зубы. Она не привыкла к насмешкам — это было как удар ниже пояса. Она ответила спокойно, но в словах дрожал упрёк:

— Я не пришла за шутками. Где Рикардо?

— Уехал в Тоскану на переговоры, — ответил Маттео. — Его не будет пару дней. Я его замещаю. Что тебе нужно?

— Мне нужно связаться с Магдаленой. Я знаю: Вальтеро увез её в Америку. Только у Рика есть связь с отцом. Я должна убедиться, что с ней всё в порядке. И рассказать ей о том, что сделали с её матерью.

Маттео усмехнулся, и улыбка эта была как стальная занавес:

— Ох, Калиста... Ты наивна. Ты думаешь, кто-то из нас будет тебе всё в белых перчатках рассказывать? Ты правда веришь, что Магдалена поехала против своей воли?

— Её похитили! — выпалила Калиста. — Алессандро продал свою дочь, он также избавился от своей жены! Он монстр!

Маттео расхохотался тихо, но в его глазах мелькнуло что-то отталкивающее, как ледяной клинок.

— Ты слишком доверчива, — сказал он. — Твоя подружка — не та, за кого себя выдаёт. Всё это знали ещё до тебя. Она не бежала от отца — она пошла с Вальтеро добровольно. И не стоит тебе удивляться. Мало кто верил в её наивность.

Слова врезались как холодный острый камень. Калиста забыла дышать, мир вокруг померк. Она не верила. Не могла поверить. Её аргументы обрушились на каменные стены равнодушия.